В июле 2004 года Джо организовал выставку в художественной галерее Индианаполиса – города, в котором я родился. Помимо наших работ, там также были выставлены: одно полотно моего деда Бернарда Воннегута, который был художником и архитектором, два полотна моего отца, тоже художника и архитектора, Курта Воннегута и по шесть работ моей дочери Эдит и сына Марка, того самого, который работает врачом.
Ральф Стэдмен, узнавший об этой «семейной» выставке, послал мне свои поздравления. Я написал ему в ответ: «Джо Петро Третий организовал воссоединение четырех поколений нашей семьи в Индианаполисе, так что теперь мы с тобой двоюродные братья. Может быть, он – сам Господь Бог, как ты думаешь? Одним словом, нам с тобой повезло – он еще не такое может».
Все это, конечно, шутка.
А что вы думаете о наших работах (см. www.vonnegut.com)? Знаете, я как-то спросил ныне покойного (к моему великому сожалению) художника Сида Соломона, который не одно лето подряд был моим соседом на Лонг-Айленд, как отличить хорошую картину от плохой. И он дал мне самый удовлетворительный ответ из всех, которые я когда-либо ожидал услышать. Он сказал: «Следует выбирать не менее чем из миллиона – тогда ты точно не ошибешься».
Я рассказал об этом своей дочери Эдит, тоже профессиональной художнице, и она согласилась, что это неплохая мысль. Она ответила, что стоит, наверное, прокатиться на роликах по Лувру, выкрикивая: «Да, нет, нет, да, нет, да» – и так далее.
Одобряете?
Храни Вас Бог, доктор Кеворкян!
Особая благодарность Марти Голденсону с Общественной радиостанции Нью-Йорка, оказавшему вашему покорному слуге, скитавшемуся по Тому свету, неоценимую помощь в качестве редактора, воодушевлявшему его на творческие поиски всякой всячины и к тому же уговорившему сию радиостанцию платить автору по доллару за слово, что не так уж и мало для столь отдаленного от цивилизации места, как Рай.
Предисловие
С Куртом Воннегутом мне довелось пообщаться дважды. Первый раз, когда он был еще жив, и второй, совсем недавно, – уже после того, как он умер.
Мы встретились в конце голубого туннеля – того, что соединяет наш бренный мир с Небесами.
В настоящий момент доктор Джек Кеворкян отстранен от консультирования тех, кто желает покинуть этот мир, и даже тех, кто хотел бы заглянуть в рай хоть одним глазком, а потому мне пришлось отправиться туда совершенно самостоятельно. Прошу простить меня, если я не стану вдаваться в подробности.
Первый раз мне удалось поговорить с Куртом Воннегутом четверть века назад, когда он приехал в Лондон. В то время я был начинающим журналистом. Воспользовавшись советом агента Воннегута, я позвонил в отель, где он остановился, и попросил разрешения взять у него интервью.
Он ответил, что чувствует себя уставшим и предпочел бы отдохнуть. К тому же все, что он хотел сказать, он уже сказал в своих книгах. Он был очень вежлив. И, судя по голосу, действительно устал.
Мне хотелось сказать, как много значили для меня его книги и что в детстве я зачитывался его «Сиренами Титана», «Колыбелью для кошки» и «Бойней номер пять», и это были не просто любимые книги – я очень многое взял для себя из них.
Но я так и не сказал ему этого при жизни.
И вот Курт Воннегут младший уже косит идеально подстриженный газон в преддверии рая.
– Я пришел, чтобы взять у вас интервью, – окликнул я его, – по поводу книги о встречах после смерти.
– Той, что собрана из программ на нью-йоркском радио? – зевнул он. – Припоминаю такую.
– Я пишу предисловие к ней и хотел бы задать вам несколько вопросов.
– Честно говоря, я предпочел бы обойтись без интервью, – ответил он, но затем увидел выражение моего лица. – Слушайте, да напишите все, что вам вздумается. Я ведь уже умер и не стану возражать.
– Только не говорите, что все, что вы хотели сказать, вы уже сказали в своей книге, – попросил я.
Он поднял голову:
– Выходит, мы уже обсуждали этот вопрос?
– В некотором роде.
– Тогда почему бы вам не процитировать что-нибудь из моих книг? – сказал он и улыбнулся. – Послушайте, я бы с удовольствием с вами поболтал, но вот только трава сама собой не покосится.
– М-мм… Тогда, может быть, это? «Цель человеческой жизни, кто бы ею ни управлял, состоит в том, чтобы любить каждого, кто нуждается в этой любви»[34]?
– Отлично! – ответил он. – Напишите, что это мои слова.
Нил Гейман2010 г.Введение
Вступительное слово специального корреспондента Общественной радиостанции Нью-Йорка с Того света.
Мой первый опыт приближения к смерти был незапланированным: во время тройного аортокоронарного шунтирования анестезиолог дал маху. Я несколько раз слышал, как в телепередачах люди рассказывали, будто они путешествовали по голубому туннелю к райским вратам или даже проходили через сами врата (по крайней мере по их словам), а потом снова возвращались к жизни. Что касается меня, то я определенно не согласился бы на столь рискованную вылазку, если бы не эта случайность. Мое чудесное спасение побудило меня к эксперименту – я спланировал ряд подобных экспедиций на Тот свет в сотрудничестве с доктором Джеком Кеворкяном и его командой в камере для введения смертельных инъекций преступникам, приговоренным к высшей мере наказания в Хантсвилле, штат Техас[35].
Собранные здесь «репортажи» были предназначены для последующей трансляции Общественной радиостанцией города Нью-Йорка. Надеюсь, в них еще сохранилась доля непосредственности. Они записывались на пленку в камере смертников, сверху донизу покрытой кафелем, уже через пять минут после того, как меня отвязывали от каталки. Ну или около того. Между прочим, магнитофон, равно как и каталка, являлся собственностью штата Техас и обычно использовался для того, чтобы увековечить последние слова людей, отправляющихся по маршруту «Хантсвилл – Рай» (в один конец, все расходы оплачены).
К настоящему моменту мои вылазки туда и обратно закончены и вряд ли повторятся вновь – если, конечно, не произойдет еще одна случайность. Ради спокойствия моих близких я постараюсь восстановить медицинскую страховку, если это еще возможно. Однако другие журналисты – а может быть, и просто любители путешествий – наверняка воспользуются этим надежным двусторонним сообщением с Вечностью, первооткрывателем которого я являюсь. В целях безопасности я рекомендую всем желающим проводить интервью с расстояния не менее ста метров между концом голубого туннеля и райскими вратами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
