— Для этого времени года неплохо. Я наконец-то продала ту деревянную вешалку для полотенец, что надолго застряла у нас.
— Да неужели? — Эбигейл повернулась к двери, где стояла эта вешалка, чудесное, но дорогое изделие местного мастера, которое неожиданно оказалось трудно продать. — Прекрасно. Это укрепит наши финансы.
Вскоре она вернулась к ритму своей прежней жизни: довольно однообразной работе в магазине и тем не слишком тесным отношениям, которые поддерживала с небольшим кругом друзей. Но так и не могла избавиться от чувства пустоты и утраты, постоянно гложущего ее. Сны Эбигейл были тяжкими и тревожными, и очень часто на фоне буддийских храмов в них появлялся образ высокого смуглого мужчины, стоящего на краю водопада и глядящего в бурлящую пучину. Иногда ей снилось, как он хватает ее и бросается с ней в глубину. Вот-вот вода сомкнётся над ними, но ей ничего не страшно… И тут она просыпалась, дрожа от озноба и со щемящим чувством, что это не исполнится никогда.
Поэтому когда однажды, заворачивая пару вышитых наволочек для покупателя, она увидела Итана, стоящего в дверях магазина, то была почти уверена, что это еще один сон. Она спокойно продолжала заворачивать покупку, а потом протянула ее покупателю со словами, «Спасибо, приходите еще».
И лишь после этого оперлась руками о маленький прилавок, чтобы удержаться на ногах, видя, как Итан приближается, не отрывая от нее взгляда своих янтарных глаз, исполненных интереса, но при этом холодных.
Элиза ушла на ланч, и Эбигейл была в магазине одна. Хотя особенно беспокоиться было не о чем, ведь, учитывая, что это все же был не ночной кошмар, Итан едва ли намеревался напасть на нее.
Однако вид у него был не слишком дружелюбный, когда, положив руки на прилавок с другой стороны, словно передразнивая ее позу, он спокойно сказал:
— Привет, Эбигейл.
Странно, но именно знакомый, едва уловимый запах Итана окончательно убедил Эбигейл, что на этот раз он ей не снится..
В костюме и в полосатой рубашке с галстуком Итан выглядел внушительно и солидно, как настоящий деловой человек, но что-то оставалось в нем и от того, каким он был там, в Таиланде, от той раскованности и непосредственности.
— Итан… — Она сглотнула комок в горле, досадуя, что голос плохо повинуется ей. — Вот это сюрприз. Что ты делаешь в Кингстоне?
— Если припомнить, — сказал он насмешливым тоном, — то среди прочего я собирался приехать сюда на семинар.
— Понятно. — Хотя она и не помнила этого. Эбигейл убрала руки с прилавка и обхватила себя за локти, словно от чего-то защищаясь. — Значит… Ты что, ищешь подарок для… кого-нибудь?
— Я искал тебя.
Всякая надежда, что он заглянул сюда случайно, умерла.
— Как же… как же ты узнал, где меня найти? — Она так и не сказала ему ни разу, где находится ее магазин, и даже не упоминала его название — «Белый лебедь».
— Джоан, — кивнул он, подтвердив подозрение, которое уже закралось в ее сознание.
— Предательница, — угрюмо произнесла Эбигейл. — Я должна была сообразить, что она берет мой адрес не для себя.
Он слегка усмехнулся.
— Я подкупил ее роскошным обедом, чтобы узнать его.
— Вот не думала, что ты когда-нибудь захочешь снова увидеться со мной.
Его тихий голос проник, однако, ей в самую душу.
— Ты ошибалась.
Итан вдруг выпрямился и, протянув руку, провел согнутым пальцем по ее щеке. Несмотря не легкость этого прикосновения, Эбигейл вздрогнула, и он заметил это.
— Когда мне стало совершенно ясно, что ты не желаешь иметь со мной дела и даже не собираешься объяснить почему, я сказал себе, что такая женщина не заслуживает, чтобы я тратил на нее время и силы. Я думал, что ты хочешь, чтобы я устроил тебе сцену, выставив себя еще большим дураком, чем и без того уже был. Но я не собирался доставить тебе это удовольствие. Я был, конечно, обижен и зол на тебя, но…
Эбигейл не могла больше смотреть на него. Опустив взгляд на угол прилавка, она тихо произнесла:
— Тогда зачем же ты искал меня?
Секунду-другую он не отвечал. А когда заговорил, голос его звучал угрюмо и веско:
— Не сумел забыть. Я все еще хочу тебя, Эбигейл. Ты должна быть моей!
Это прозвучало как угроза. Она подняла на него глаза, оцепенев от гнева и изумления.
— Все, что я могу тебе сказать на это, — нет!
Он усмехнулся.
— Я уверен, у тебя будет еще много чего сказать…
— Мне кажется, я все уже сказала. И очень ясно…
— О да, конечно. Но скажи все-таки, что вынудило тебя быть такой… ясной?
Может, и надо сделать это, подумала она. Он все еще не может понять, что произошло.
— Хорошо, —сказала она беспечно, но тут же осеклась, потому что кто-то вошел в магазин.
Это была немолодая пара, которая, побродив недолго по залу, ушла, ничего не купив. И тут же вошли еще двое. К тому времени Элиза вернулась с обеда, а Итан все еще стоял, притворяясь, что рассматривает полки с товарами, которые явно не интересовали его.
Элиза с улыбкой подошла к нему, и Эбигейл, занятая с покупателем, видела, что они заговорили. Потом Элиза прошла к ней за прилавок, а Итан наконец ушел.
— Твой приятель сказал, что вернется, — сообщила ей Элиза, когда наплыв покупателей спал. — Ты мне ничего не рассказывала о нем. — Во взгляде ее сквозило неподдельное любопытство. — Он сказал, что вы были в одной туристической группе в Таиланде.
— Да. — Эбигейл отвернулась, собирая со стола стопку бланков, и сунула их в ящик.
— Значит, он пришел тебя навестить? Но ты не выглядишь особенно радостной от встречи.
— Наверное, потому, что его визит меня действительно не радует.
— Вот как, — подняла брови Элиза. — Выходит, у него есть какой-то изъян. А жаль. Вид у него многообещающий.
— Вид не всегда соответствует действительности.
— Этого я не знаю, — снова вздохнула Элиза. — Какой же порок ты у него обнаружила? Он пьяница? Наркоман? Или он женат? А может, он зарубил кого-нибудь топором?
Эбигейл неохотно улыбнулась.
— Насколько я знаю, нет.
— Тогда что же ты имеешь против него?
— Многое, — сухо сказала она. Но тут вошли новые покупатели, и разговор на этом прервался.
Итан пришел опять, когда они уже готовились закрыть магазин в конце дня. Он столкнулся с Эбигейл на пороге.
— Извини, — сказала она. — Мы закрываемся.
— Я знаю, — ответил Итан. — Но, может, я отвезу тебя домой?
— Нет. И уходи. Мне нужно запереть дверь.
— Я тебе не мешаю. — Он отошел в сторону.
Эбигейл стиснула зубы.
— Будь добр, уйди.
— Я хочу поговорить с тобой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
