что спала на диване.
— И тут спокойно не дадут поспать!
Она откинула одеяло и вдруг вскрикнула:
— Дианка!
— Катя! Какими судьбами?
Они обнялись, закружились по комнате, тиская друг дружку, похваливая:
— А ты вроде подросла даже!
— А ты пополнела!
— Красавицей стала!
— Куда мне до тебя!
Наконец, когда первые восторги встречи прошли, Дианка спросила:
— А Федя?
— Какой Федя? — удивилась Катя.
— Ты меня убиваешь! Ну, жених твой…
— Ах, жених? Так его в армию забрали!
— А ты где?
— Я на заводе работаю. Табельщицей. Работка, конечно, не пыльная. А как услышала, что отец на соревнование едет, тоже потянуло. Хоть поглядеть со стороны и то радостно. Ну а ты как живешь?
— Живу! — улыбнулась Дианка. — Не жалуюсь! А Геннадий не знаешь где?
— На птицефабрику направили. Я там однажды была.
Они посмеялись, повспоминали всех своих знакомых и заснули на одной кровати, радостные, счастливые.
Утром они позавтракали в столовой, причем Дианка от волнения почти ничего не ела, выпила лишь два стакана чаю и поднялась:
— Пора мне.
— Ни пуха и ни пера! — пожелала ей Катя и отвернулась, скрывая слезы.
— Ладно, не поминай лихом.
Решительным шагом Дианка подошла к своему трактору, влезла в кабину, но оказалось: надо тут же и вылезать. Всех участвовавших в соревнованиях выстроили в одну шеренгу, и начались напутственные речи. Дианка не слушала. Стоя рядом с высоким плечистым трактористом, она все время поглядывала в небо: не предвидится ли дождь? Небо хмурилось, но дождь пока медлил. «Хоть бы успеть, хоть бы успеть…»
Наконец объявили поднятие флага. Поднимали его Катин отец, она по фамилии это определила, и какой-то совсем молоденький механизатор из колхоза имени Ленина. Этот колхоз первым в районе закончил уборку зерновых.
— По местам! — прозвучала команда, и уже через минуту взревели моторы, как будто ураганный прибой обрушился разом на землю.
Сжимая в руках штурвал, Дианка мельком увидела букетик дикого клевера на капоте, успела еще подумать: «Наверное, Катя постаралась».
И тут взвилась в небо зеленая ракета — старт!
В первое мгновение Дианка замешкалась, не сообразила, что означает зеленая ракета, и, лишь увидев, как двинулись рядом с ней трактора, нажала на газ. Ее трактор дернулся раз-другой, и она будто почувствовала его тяжесть на своих плечах. Это впились в землю лемеха плугов. Она еще прибавила газу, и трактор пошел легче, ровнее.
«Теперь так держать! И не оглядываться!» — приказала она себе, лишь краешком глаза наблюдая за тем, как шли справа и слева еще два трактора. Вдруг тот, что шел справа, остановился. Маленький пожилой тракторист спокойно спрыгнул на землю и пошел проверять за собой пахоту.
«Может, и мне так можно?» — подумала Дианка, но удержала себя: зачем? Она и так знает, что глубина нормальная.
Перед глазами у нее тихо качалось поле, то светлея, то темнея чуть заметными неровностями почвы, но трактор подминал под себя эти неровности и упрямо полз вперед, как маленький трудолюбивый муравей с тяжелой ношей на спине.
«Молодец! — похвалила она его. — Не зря я тебе синюю каемочку сделала. Только ты не подведи меня сегодня».
Дианка уже заканчивала второй прогон, и все было хорошо, и трактор ее слушался, как вдруг она увидела, что впереди что-то забелелось. Это была березка, тоненький белый прутик посреди темного поля, Она увидела это, но не подумала, что сейчас запашет ее. А трактору что? Он лез прямо на березку, не сворачивая, не жалея. Лишь в последнюю минуту Дианке удалось вывернуть руль и обойти березку. И все-таки она не была уверена в том, что не задела ее, и поэтому оглянулась. Длинные черные борозды стлались за ней, прямые и ровные, и вдруг резкий зигзаг, будто трактор, как норовистый конь, испугался чего-то и прянул в сторону. Зато березка была жива, лишь согнулась немного, но постояла так минуту и выпрямилась.
«Штрафные очки, — мелькнуло в голове, но она отогнала от себя эту мысль. — Ну и пусть, все равно терять теперь нечего».
Несмотря на то что вчера был дождь, он не пропитал землю, и от идущих рядом тракторов поднималась легкая пыль, ветер сносил ее в сторону реки, а Дианке казалось, что это поднимается над водой туман. Из-за этого-то тумана она и не увидела конца поля, пока чуть не наехала на человека с красной повязкой.
— Стой! Куда разогналась? — крикнул человек и помахал флажком. — Приехала!
А Дианка только в охотку вошла. Подбежала Катя, стала поздравлять ее. Дианка глядела на нее бессмысленно, не понимала.
— Да ты очнись! — тормошила ее Катя. — Молодец! Все по правилам науки и техники!
— Да ладно тебе! — отмахнулась от нее Дианка.
Пока работала комиссия, делала тщательные обмеры, они с Катей спустились к речке, сели на бережку.
— Завидую я тебе, — сказала Катя, — все у тебя получается. Что ни задумаешь, того и добьешься. Какая-то целеустремленная ты.
— А ты нет?
— А я как вот эта веточка… — Она сорвала ветку ивы, бросила ее в речку. — Куда несет течением, туда и плыву.
Дианка молчала. Запрокинув голову, глядела в небо. Оно потихоньку прояснялось, выглядывая синими озерками из-под темных туч.
Катя вздохнула:
— Да, красота… Учиться тебе надо, — вдруг сказала она, — учиться.
— Я и сама мечтаю об этом.
— А раз мечтаешь, значит, добьешься. Я в тебя верю!
Снова взвилась над полем ракета, на этот раз не зеленая, а голубая. Механизаторы выстроились для подведения итогов соревнования.
Дианке было стыдно стоять в одном строю с известными механизаторами, и она все время порывалась спрятаться за чью-либо спину, а ее, Наоборот, выталкивали вперед: почет и уважение женщинам! И во взглядах рядом стоящих уже не было того снисходительно-насмешливого выражения, с которым они встретили ее вначале. Неважно, какое она место займет. Дианка выдержала экзамен, и они принимали теперь ее как равную.
Объявили победителей по группе гусеничных тракторов. Первое место — Кузякин Иван Васильевич. Это был грузный, широкоплечий мужчина, и когда повязывали ему через плечо голубую ленту с надписью: «Лучший пахарь района», то никак не могли завязать — лента не сходилась. Второе место занял победитель прошлогодних соревнований — Катин отец. Дианка нашла глазами в толпе, стоящей напротив, Катю и молча поздравила ее. Катя радостно помахала ей в ответ. А тем временем уже объявляли победителей на колесных тракторах. И тут Дианка услышала свою фамилию. Оглянулась, думала, что ее кто-нибудь позвал, но никого позади себя не увидела. Рядом стоявший пожилой механизатор толкнул ее локтем в бок:
— Чего зеваешь? Иди!
— Куда? — спросила Дианка.
Вокруг засмеялись:
— Ишь, козявка, еще ломается! Второго места ей мало,
