«Проект-В»… – Рядом с фигурой подполковника материализовался ничем не примечательный человек среднего роста, с лицом, похожим на лицо хронического алкоголика. – Условное название – «Шпион».
«Проект-С». Условное название – «Разведчик». – Возле силуэта «шпиона» одновременно появились Циклоп и Гном.
– Даже так? – глядя на гнома, чрезвычайно напоминающего Мрио мили Олигаса, задумчиво поинтересовался Харитонов.
– А какие у нас гарантии, что с их цивилизацией мы будем вечно жить в мире и согласии? – вопросом на вопрос ответил полковник Родригес.
– Согласен, – вздохнул генерал. – Кстати, почему проектов всего три? А что, работы по проектам «Зомби» и «Арес» вы планируете прекратить?
– Нет, сэр! – видимо, представив себе последствия попытки саботировать работу по любому из проектов, Плахин растерянно почесал затылок. – Просто «Проект-В» – это логическое продолжение «Зомби». А «Арес» – на развилке. О нем Павел расскажет в самом конце.
– Хорошо. Молчу. Давайте дальше.
– О проекте «Демон» мы распространяться не будем: вы знакомы с ним не хуже нас и прекрасно знаете все его плюсы и минусы, – кивнув в сторону фигуры Виктора Волкова, аналитик подразделения «Демон» слегка приглушил ее свечение. – Итак, «Проект-В», или «Шпион». Цель проекта – создание модификанта, способного решать комплекс вопросов, связанных с получением и обработкой данных о Земной Конфедерации, о ее военных ресурсах, боевых возможностях или уязвимости, о стратегическом потенциале и стратегических намерениях. Кстати, а вы в курсе, что в соответствии с нормами права, действующими на территории КПС, любое лицо из состава вооруженных сил стороны, находящейся в конфликте, попадающее во власть противной стороны в то время, когда оно занимается шпионажем, не имеет права на статус военнопленного?
– Павел имел в виду, что цель «Проекта-В» – создание метаморфа, предназначенного для работы на территории КПС, – сообразив, что Павла опять занесло, подал голос полковник Родригес. – Исходя из этого, модификанты «Проекта-В» внешне ничем не отличаются от обычных людей. Большинство – среднего роста. Имеют выраженную асимметричность лиц и фигур, кое-какие физические изъяны, слой подкожной жировой клетчатки, родинки, пигментные пятна и т. д.
– Перед тем как подписать ТЗ[47] к проекту, я изучил его от корки и до корки, – поморщился Харитонов. – Поэтому давайте не будем тратить время на то, что я знаю, и поговорим о том, что у вас НЕ получилось.
– Мы не стали делать из этого модификанта метаморфа, подобного Зомби. Так как не видим в этом никакого смысла: при желании мы можем направить в любую из систем КПС необходимое количество бойцов из «Проекта-С». Придав им тот тип внешности, который потребуется для решения конкретного вопроса, – пробормотал майор Плахин, куратор «Проекта-В».
– Да, но разведчик-метаморф изначально имеет преимущество перед агентом, у которого такой способности нет, – нахмурился генерал.
– Какое, сэр? В процессе решения проблемы со сбрендившими Зомби правительство ВКС было вынуждено вбухать бешеные деньги в создание сканеров, способных идентифицировать боевых метаморфов от «Олсен, Гронер и Ко». Значит, рано или поздно ими оборудуют большинство учреждений. А также места большого скопления народа, космопорты, крупные торговые центры. И про появление там агентов-Зомби можно будет забыть.
– Логично, – задумчиво посмотрев на фигуру Зомби, Харитонов кивнул. – Значит, «Проект-С» – это еще и бойцы силовой поддержки?
– Они и еще офицеры десантно-штурмовых подразделений «Проекта-А». Кстати, еще одним аргументом, заставившим нас отказаться от способности к метаморфии в «Проекте-В», явился один из ключевых пунктов ТЗ – требование к идентичности генокода модификантов «Проекта-В» и «Проекта-А». Да, изучать процесс развития двух новых рас вместо одной для нормального ученого безумно интересно, – пояснил Плахин. – И большинство наших сотрудников готово съесть собственную обувь, лишь бы получить такую возможность. Но, по мнению аналитиков, уже второе поколение метаморфов может принести нам кучу довольно неприятных проблем.
– Метаморфы должны быть стерильны, сэр! – кивнул Забродин. – Иначе ничем хорошим это не закончится.
Задумчиво посмотрев на обоих ученых и аналитика, Харитонов представил себе процесс поиска и задержания метаморфа-преступника и кивнул:
– Согласен. Выпускать из бутылки такого джинна действительно не стоит. Значит, способность к метаморфированию мы оставляем только изделиям «Проекта-С».
– Да, сэр! Тем более что функционально метаморфы «Проекта-С» – это лишь временные носители мозга донора. И давать им возможность размножаться нет никакой необходимости. Ни с точки зрения этики, ни… с других.
– Согласен. – Владимир Семенович сделал пометку в своем комме и вопросительно посмотрел на замолкших подчиненных: – Что дальше?
– Мы пришли к выводу, что для оперативного управления модификантами всех трех проектов необходимо имплантировать БКашку не только каждому из них, но и командованию флота, сотрудникам ОСО ВС Лагоса, работающим с ними, и, наверное, старшим смен служб дальнего обнаружения. – После небольшой паузы на лице Забродина вдруг появилась хитрющая улыбка. – А еще мы завершили расчеты блока интеграции БКашки с системами межзвездной связи. И теперь все обладатели БКашки смогут связываться друг с другом мгновенно. Если там, где они в данный момент находятся, есть наши «Иглы».
– О, как! – Харитонов с трудом подобрал отваливающуюся челюсть и, посмотрев на ухмыляющихся подчиненных, на всякий случай переспросил: – Вы уверены?
– Да, сэр, – синхронно кивнули все трое.
– В данный момент мы работаем над программной оболочкой, с помощью которой каждый из абонентов этой сети сможет получать доступ к интересующей его информации. – Павел поднял взгляд к потолку и картинно вздохнул: – А так как наши «Иглы» уже подключены к Галанету, то…
– С ума сойти! – представив себе открывающиеся перспективы, ошалело пробормотал генерал. – Даже не верится. Роммель в курсе?
– Не-а, – отрицательно замотал головой Забродин. – Мы подумали, что от такой новости его может хватить удар.
– Болтуны, – фыркнул генерал. – Курт помолодеет лет на тридцать!
– И превратится в прелестного пятилетнего сорванца, – вздохнул Родригес. – Представляю, как расстроится Вильямс.
– Расстроится? – не понял Харитонов.
– Ну, и какую женщину порадует, если «та-а-акой импозантный мужчина»[48] вдруг превратится в ребенка? – поинтересовался Рамон и, дождавшись, пока генерал вспомнит рассказанную Шварцем историю, расхохотался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
