Я на головку надену, Поймай венок.
На головушку венок, На ручушку перстенек, На головушку венок.
Щеку защекотали листочки и травинки склонившегося ко мне Влада, а голову закружило тонким дурманящим ароматом, исходящим от венка на его голове. А может просто от прикосновений мужчины… Еще в голове пронеслась мысль о том насколько сильно созвучны слова прозвучавшей песне происходящему между мной и Владом, ведь я совершенно не планировала надевать на него венок…
— Настоящие нимфы! — спустя пару секунд восторженно сказал Артем, осторожно обнимая Ксюшу, словно прося разрешения, которое было тут же получено.
Рядом Соня затянула новую песню, беря Вику за руку и смущенно протягивая вторую Роману, предлагая закружиться в хороводе:
- Купалочка, Купала,
Где ты зиму зимовала?
— Зимовала я в овраге Под осиновой корягой.
— Купалочка, Купала,
Где ты лето летовала?
— Летовала я в лесочке, Под малиновым кусточком. Как солнце заиграло, Пошла я за Ивана.
Одна песня сменяла другую. Музыка была не нужна — она словно звучала у нас головах, поддерживаемая плеском реки, шелестением ветерка, шепотом деревьев, которые в эту ночь тоже оживали и получали возможно говорить и переходить с места на место.
Мы кружились в народном танце, смеялись, дурачились.
— В купальскую ночь рождается настоящая любовь, — многозначительно шепнула Соня, уличив момент, когда мы с ведьмочками кружились в танце без мужчин.
Хотя какие мы ведьмочки? Ведь по поверью ведьмы не ходят на гуляния на Ивана Купала.
Когда немного прогорел маленький костер, находящийся чуть в стороне мы выстроились в колонну чтобы прыгнуть через него.
Вначале парами, с замиранием сердца ожидая реакции огненной стихии, ведь те, кто не разомкнут рук проживут вместе всю жизнь, а если отпустят — будет много ссор и не получится счастливой пары… Причем, Роман прыгал дважды — вначале с Соней, а затем и с Викой.
Потом — по одиночке, ощущая на себе всю силу и мощь своенравной стихии, которая была на удивление благосклонна к нам забирая весь негатив, болезни и невзгоды, очищая ауру, придавая сил.
***
Влад
Мир словно разделился. Река стала естественной границей между обычным реальным миром и волшебным мистическим, пропитанным прошедшими сквозь века обычаями, обрядами, суевериями и магией. Истинно народной, исконно славянской, той, пришла к нам из глубин веков, пропитанная мудростью и суевериями предков, такая противоречивая и порой наивная, но наша родная…
Успел к окончанию завораживающего напева, который в ночной тишине был слышен еще с другого берега, но так волнующе неясно, маняще. А здесь у горящего костра звенел молодыми девичьими голосами, поддерживаемый казалось самой природой.
Не смог отказать себе в удовольствии обнять свою ведьмочку, ловя каждое слово и пьянея…
Если вчера я пьянел от спиртного, то сейчас — от ее нереальных глаз, в которых отражалось пламя костра, от воздуха, пропитанного магией сказочной ночи и от бешенной энергетики места.
За первой песней последовала вторая, а затем и третья собирая хоровод, затем разбивая на пары. В глазах девчонок читался ничем не прикрытый восторг, в глазах парней — предвкушение и азарт. Что ж мы взрослые люди.
Костер весело потрескивал, пуская сноп искр в звездное небо, словно пытаясь до него дотянуться, добавить на темный небосвод побольше сияющих точек.
Да, с погодой определенно повезло. Такая теплая, сказочная ночь. Впрочем, тут обычно теплее, не смотря на то что до Питера рукой подать, а погоду все же лучше смотреть по Калининграду и не ошибешься.
— Девчат! — позвал девушек Артем, — костер достаточно прогорел! Можно прыгать! — крикнул он так, чтобы было слышно всем, особенно шушукающимся в стороне Аленке с Соней.
Было видно, что друг оказывает недвусмысленные знаки внимания Ксюше, которая очень даже не против. Чего и следовало ожидать.
Казалось бы, что такого — прыгнуть через костер? Взрослый мужик, прыгнул и забыл, но в крови бурлит адреналин, какая-то бешеная эйфория. Сейчас я готов к любым подвигам. Легко могу перепрыгнуть огонь вместе с Аленкой на руках. Да что там перепрыгнуть — ради нее даже пройти через огонь…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Прыжки прошли успешно. Никто не споткнулся, не обжегся, не упал. Оба раза, что Роман прыгал в паре с девчонками, пары размыкали руки. Девчонки скорбно хмыкали, друг не переставал лучезарно улыбаться.
Надо будет почитать о том, что же это значит. Уж очень ведьмочки пристально следили за каждой парой.
Мы с Аленкой прыгали предпоследними. Девчонка ощутимо нервничала, даже руки вспотели, поэтому в самом конце короткого полета чуть не разомкнули рук, но смогли все же удержаться, а вслед нам летел сноп искр. Оглянувшись на это чуда, улыбнулся и наконец-то закружил свою красавицу, крепко прижимая к себе.
Поляну залил звонки девичий смех. Столько в нем было облегчения. Переживала моя хорошая…
— Красавицы! Пошли искать папоротник, пока светать не стало! — крикнул весело Роман.
Он сегодня за подстрекателя. Решил видать заманить кого-то из девчонок в темные заросли. Может даже двух. Кто их знает этих ведьмочек. Что они делают глухой ночью в черной чаще… Надо проверить…
— Точно! Найдем цветок папоротника — найдем чарующие клады, обретем дар ясновидения, власть над нечистыми силами и узнаем тайны мира! — поддержал друга страшным шепотом, решив поддержать начинание.
— Пойдемте! Пойдемте! — радостно взвизгнула Соня.
Ага! Вот кого он поведет в самую темную сторону! Значит нам в противоположную. Остальные как-нибудь сориентируются — не маленькие. Да и Артем с ними.
Одна только Вика робко попыталась возразить, что там темно, скопища нечисти и вообще страшно, но подруги ее не послушали. У Сони, Ксюши и Аленки глаза горели поистине дьявольским огнем, предвкушая новое приключение.
У самой кромки освещенного пространства, девчонки чуть притихли, подрастеряв боевой настрой. Там за словно за незримой преградой на фоне ярко полыхающего костра их ждала непроглядная тьма, скрывающая лесных духов и прочую нечисть, которая получает особую силу в ночь на Ивана Купала.
Вначале шли медленно, привыкая к сгустившимся сумеркам и вглядываясь в темноту, чтобы ненароком не налететь на коряги или кустарник. Особую таинственность придавала взошедшая луна, освещая призрачным светом окружающее пространство.
Неожиданно Аленка громко взвизгнула и быстро отпрыгнула за меня, испуганно выдохнув:
— Там змея!
Первой мыслью было предположение, что ведьмочке просто показалось, ведь она была явно на эмоциях, да и с воображением у нее точно все в порядке. Но приглядевшись в указанном направление действительно увидел стремительно уползающий в кусты хвост. Что это за рептилия в темноте разглядеть не получилось, но тихо понадеялся, что не ядовитая.
— Плохая примета, — послышался тихий шепот Вики, — к болезням и бедам.
Да, чтоб их!
— Не паникуем — она не ядовитая и уже уползла! И вообще боится вас больше чем вы ее! — попытался как смог разрядить обстановку, обнимая Аленку за талию и прижимая к себе, — наверно хотела с родственницами познакомиться, а вы не признали!
Спустя секунду получил ощутимый тычок в бок от обидевшейся ведьмочки. Поняла намек моя красавица. Злость — это не страх, который сковывает, а наоборот придает огонька если его конечно правильно направить.
Дальше шли с опаской, но отчасти это даже было к лучшему, ведь никто не сопротивлялся тесным даже интимным объятиям и абсолютно не протестовали, когда вначале Роман, а затем я оповестили, что пойдем проверим вон тот интересный и явно магический холмик.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Так мне удалось утянуть в сторону ничего не подозревающую Аленку, Роману Соню, а Артема оставили наедине с Ксюшей и Викой. Последняя к слову уже была явно не рада стать третьей лишней и материла про себя так не вовремя слившегося Олега.
Уверенно уводя девчонку из зоны видимости (хотя какая тут видимость-то, скорее слышимость), чувствовал себя той самой злой черной ведьмой, которая заманивает невинную деву в темную чащу. Как-то неожиданно мы поменялись ролями, правда возможно, что у Аленки такая тактика заманивательная просто.
