– Я принесла тебе кое-что поесть. Роуз велела проследить, чтобы ты съела все до последнего кусочка.
Десса перевернулась на другой бок и взглянула на посетительницу. Миниатюрная брюнетка была сегодня в свободной атласной накидке поверх ядовито-красного корсета, так вызывающе поднявшего ее груди, словно они стремились поскорее вырваться из тесной тюрьмы одежды. В довершение прочего, Мэгги пришла к ней босиком, а спутанные черные волосы свидетельствовали о том, что их давно уже не причесывали. Она наверняка была на похоронах, но Десса, как ни пыталась, не могла вспомнить ни одного лица. Впрочем, нет. Одно лицо она помнила. Лицо Бена, когда он подносил ее руку к своим теплым ласковым губам, и его ослепительно-голубые глаза, полные понимания и сочувствия.
Внезапно ей вспомнилась также и странная мужская фигура у деревьев. Кто же это все-таки был?
– С тобой все в порядке? Ты белее простыни! – встревоженно сказала Мэгги и опустила поднос на прикроватный столик. Затем, не дожидаясь ответа, она принялась взбивать подушки и складывать их одна на другую в изголовье. – Так тебе будет удобнее сидеть… Ну что же ты? Садись и ешь! Не стоит сердить Роуз, от этого еще никому не было добра.
Десса послушно прислонилась к спинке кровати, и Мэгги тут же переставила поднос ей на колени. А когда она сняла с него салфетку, в ноздри девушке ударил целый букет самых аппетитных ароматов. Удивительно, но факт: жизнь брала свое, и в Дессе проснулся волчий голод, требующий немедленного удовлетворения. Она придвинула к себе мисочку с кусками сочного мяса, плавающего в густом коричневом соусе вперемешку с кружочками картофеля и моркови. На тарелке рядом красовался огромный ломоть свежеиспеченного хлеба, угощение дополняли масло и чашка благоухающего сладкого чая. Вся посуда была из тонкого бело-голубого фарфора, и у девушки невольно мелькнула мысль, что дела у заведения, видимо, идут крайне неплохо.
Мэгги молча наблюдала, как поднос быстро пустел.
Когда Десса отправила в рот последний кусок, она сказала:
– Есть еще яблочный пирог, он просто не уместился на подносе. Если хочешь, я сбегаю за ним, правда, придется немного подождать. Сегодня мой черед прислуживать в баре, а для этого мне надо переодеться.
Десса не сдержала слабой улыбки, представив себе, как босоногая Мэгги в красном корсете суетится у столиков, выставляя напоказ свою роскошную грудь всякий раз, когда наклоняется к очередному клиенту. Впрочем, улыбка тут же перешла в зевок. Удовлетворив голод, ее организм требовал и крепкого сна.
– Я не смогу больше проглотить ни кусочка, – покачала головой Десса, которая всегда любила десерт. – Боюсь лопнуть. Яблочный пирог, говоришь… Звучит соблазнительно. Не могла бы ты принести мне кусочек вечером? Я с удовольствием его съем, если, конечно, успею проголодаться. Не понимаю, как мне удалось поглотить все это.
– Ответ прост, – довольно улыбнулась Мэгги, – все было очень вкусным. Договорились, вечером я принесу тебе большой кусок пирога и стакан молока до того, как… как буду слишком занята.
Десса поспешила отогнать мысль о том, чем именно будет занята Мэгги. Быть может, слишком много желающих просто потанцевать с ней? В это верилось с трудом, и Десса решила переменить тему:
– А что это было за восхитительное тушеное мясо?
– Дичь. Наше фирменное блюдо. А иногда и единственное, – ответила Мэгги и от души расхохоталась, увидев, как у ее собеседницы вытягивается лицо.
– Ди… Дичь??
– Ну да, оленина.
– Ах, оленина! – с облегчением улыбнулась Десса. – Никогда не думала, что мне доведется пообедать одним из этих милых животных.
– Ну, не расстраивайся, ты же съела его не целиком! Голова и хвост остались, – снова рассмеялась Мэгги, поставила пустой поднос на столик и присела на край кровати, явно собираясь немного поболтать. – А что вы едите у себя в Канзас-Сити?
– Говядину. Да, в основном говядину, реже – свинину. Иногда гусей, уток и фазанов. А также кур и рыбу.
– Говядина – это корова. Ее мясо чем-то отличается от оленины?
– Да почти ничем, – растерялась Десса. – Разве что не такое нежное.
Мэгги удовлетворенно кивнула.
– Мы здесь тоже едим рыбу… иногда, когда кому-нибудь из мужчин удается ее поймать. Расскажи мне, как живут люди в больших городах?
– Ты никогда там не бывала?
– Я не помню, – покачала головой Мэгги. – Я была совсем ребенком, когда моя семья поверила Бригаму Янгу и отправилась вместе с ним строить город мормонов. А потом меня… потом я потерялась и оказалась здесь.
– Что ж, я тоже не многое повидала. Я всегда жила только в Канзас-Сити. Улицы там освещены газовыми фонарями. Вечерами мы гуляли в парке у реки. Люди там ездят в красивых колясках, ландо, пролетках и фаэтонах. Они очень элегантные и совсем не похожи на здешние деревянные повозки. В прошлом году отец провел в дом водопровод и оборудовал настоящий туалет. Это совсем не то, что здесь, где приходится либо пользоваться ночным горшком, либо выбегать по нужде на улицу. У нас были слуги, они готовили нам еду и убирались в доме. Кое-кто из наших друзей держал даже горничных, но мои родители были не настолько богаты. Кроме того, отец всегда говорил, что мы должны уметь заботиться о себе сами, и теперь я понимаю, насколько он был прав…
Только остановившись перевести дыхание, Десса вдруг поняла, что говорит о своих родителях так, словно они ненадолго уехали и, стоит лишь пожелать, в любой момент могут вернуться. Поняла она и другое: вместе с родителями безвозвратно ушла и ее прежняя беззаботная жизнь. Или не безвозвратно? Достаточно снова вернуться в Канзас-Сити, и… И все равно это будет уже не то. Ей придется самой вести дела, принимать ответственные решения… Но хуже всего то, что все друзья и знакомые не дадут ей ни минуты покоя, пока она не выйдет замуж. Причем желательно за кого-нибудь из них. Ну уж нет!
Мэгги, слушавшая ее с приоткрытым ртом и восторженным блеском в глазах, нетерпеливо спросила:
– А как насчет танцев? Там, говорят, устраивают роскошные балы?
– О да. У женщин просто потрясающие наряды, на которые уходят многие ярды тюля и тафты. Есть даже такие модницы, что отказались от нижних юбок и носят турнюры. Мужчины одеваются в обтягивающие брюки, белоснежные рубашки и однобортные камзолы. А какая звучит музыка! Все самые популярные мелодии! Незадолго до того, как отправиться сюда, я была на летнем балу в городской ратуше. Это просто незабываемо, мы танцевали кадрили всю ночь!
Мэгги кивнула со знанием дела.
– А еще говорят, там часто ставят пьесы. Тут тоже ставят, в оперном театре, и, с тех пор, как он ее бросил, Роуз иногда берет с собой одну из нас.
