- В Афганистане со мною был такой случай, - рассказывает Рохлин. - Я ставил задачу подчиненным, и в это время пуля сразила стоявшего рядом солдата афганской армии. Я даже не повернул головы в его сторону. И сделал это не потому, что меня совершенно не трогает человеческая жизнь, а потому, что война - это адское дело и вести себя на ней приходится соответственно... Иначе не добьешься беспрекословного подчинения своей воле, не сможешь командовать. И в конце концов погубишь и себя, и всех своих подчиненных.
Много позже, когда Рохлин войдет в ад новой для себя политической жизни, один мой знакомый как-то обронит:
- А генерал опасный соперник в политике...
- С чего ты взял? - поинтересовался я.
Тогда Рохлин уже не казался мне бригадиром механизаторов и я уже знал, что усталая медлительность движений и голоса отнюдь не соответствует темпераменту его решительной натуры. Но я все же видел в нем только окопного генерала, прямолинейного, грубого вояку, напрочь лишенного "второго дна", которое так необходимо иметь политическому деятелю.
- Он способен во имя поставленной цели хладнокровно и демонстративно рисковать не только своим благополучием, но и жизнью, - пояснил мой знакомый.
И добавил:
- А это важнее, чем просто знать правила игры и уметь рассчитывать свои действия на несколько ходов вперед.
Я в то время не очень-то задумывался над подобными вещами. Но знал, что под Петропавловской Рохлин добился поставленной цели.
...Очухавшиеся от замешательства бойцы бросились к своему командиру: "Он что, рехнулся совсем?!" Прикрывая генерала собой, старшина разведроты старший прапорщик Виктор Пономарев затащил наконец комкора в укрытие.
Боевики были выбиты из станицы. Мост взят. Пономарев погиб, пытаясь вытащить из-под огня раненого рядового Константина Арабаджиева. Сам Арабаджиев останется жив. Пономареву присвоят звание Героя. А Рохлин в глазах солдат и офицеров приобретет тот авторитет, который так пригодится ему в Грозном. Правда, имя "папы" еще не утвердится за ним. Но бойцы уже будут коситься на тех, кто небрежно отзывается об их комкоре.
ВРЕД ДЛЯ ДЕСАНТНИКОВ
ИЗ "РАБОЧЕЙ ТЕТРАДИ ОПЕРАТИВНОЙ ГРУППЫ ЦЕНТРА БОЕВОГО УПРАВЛЕНИЯ 8 ГВ. АК":
"22 декабря 1994 года.
14.20. ПДП 104 ВДД (парашютно-десантный полк 104-й воздушно-десантной дивизии. - Авт.) головой колонны достиг Беркат-Юрт.
15.00. ПДП достиг железной дороги в 2 км. сев.-зап. окр. Аргун.
15.10. 104 ВДД (Орлову) овладеть перекрестком дорог и перейти к круговой обороне. Организовать систему огня. Готовиться к ночным действиям. ПТРез (так в тексте. - Авт.) и танки развернуть на прямую наводку. Огневое поражение спланировать по местам... На мосты не ходить. Заминированы. (Это Рохлин дает рекомендации командиру 104-й воздушно-десантной дивизии. - Авт.)
19.15. ПДП 104 ВДД тремя танками достиг перекрестка... По ним открыл огонь пулемет противника...
20.20. Артиллерия открыла пристрелочный огонь.
20.39. Открыла огонь БМ (БМ-21 "град". - Авт.) по цели... 100 м южнее.
20.49. 2-й залп БМ по цели...
20.55. 3-й залп БМ дальше 400 по цели...
21.10. 4-й залп БМ дальше 400 по цели...
21.20. Беглый огонь...
23.00. Радиоперехват: В район ж.-д. моста на сев. окр. Аргун подошел Абхазский батальон...
23 декабря 1994 г.
00.15. Командир 104 ВДД: Преодолел ж. д. (железную дорогу. - Авт.) вправо и влево на 100-150 м, вперед на 150-200 м. Встретил огонь 4 танков, 2 орудий и минометов.
Раненых - 19.
Тяжелораненых - 2.
Сгорели в БМД (боевая машина десанта. - Авт.) - 5.
Подбито БМД - 2.
Танков - 3.
01.20. Г/л-т (генерал-лейтенант. - Авт.) Квашнин объявил благодарность всем тем, кто принимал участие в работе по обеспечению полка.
02.10 Г/л-т Квашнин довел радиоперехват Дудаева: полный контроль за выдвижением ПДГТ 104 ВДД в район Аргуна. Беспечность. В колонне гражданские машины (разведка). Разведки нет. Внимания нет. Подпустили на 50 метров".
- После взятия моста через Сунжу у станицы Петропавловская нам необходимо было обеспечить проведение войск в район Аргуна, - рассказывает Рохлин. - Первой шла 104-я воздушно-десантная дивизия. Я спрашиваю командира: "Как пойдешь?" Он отвечает: "По дороге". Предложил ему разобраться. Мы всю ночь просидели, планируя операцию. В итоге я придал ему свои танки и "тунгуски". Нацелить артиллерию.
- Бронегруппу я построил буквой "П", - продолжает Рохлин. - Так, чтобы прикрыть фланги колонны. Маршрут проложили по бездорожью. И, пробивая каналы, меняя направления, повели колонну.
Времени на тщательную разведку не было. Но районы возможных засад мы рассчитали, и артиллерия нанесла по ним удар. Как потом оказалось, расчет был правильный: в перелесках и балках, по которым был нанесен удар, мы нашли разбитые танки, артиллерийские батареи, другую бронетехнику.
Подробный план проводки колонны 104 ВДД и построения войск записан в личной рабочей тетради командира 8-го армейского корпуса генерал-лейтенанта Льва Рохлина:
- Наша опека сильно повредила десантникам, - говорит Рохлин. - Они подумали, что все легко и просто. И когда остались одни в районе развертывания, то повели себя очень беспечно. За что и поплатились. Нам пришлось выручать их, нанося артиллерийские удары по позициям противника.
* * *
В прологе к книге, говоря об "ульяновских" десантниках, я имел в виду именно 104-ю воздушно-десантную дивизию. Слова артиллерийского капитана о том, что "били десантуру так, будто не Чечня, а Россия в окружении", относятся именно к тем событиям, о которых мы говорили выше.
В том же материале командир группы спецназа дает оценку других сторон организации боевой деятельности десантников, организации, которая не выдерживала никакой критики даже после того, как был получен первый жестокий урок.
На третий день штурма Грозного командир 104-й дивизии генерал-майор Орлов и его заместитель полковник Вознесенский написали рапорта и, бросив своих подчиненных, улетели из района боевых действий...
Мне говорили, что писать об этом не надо. Ведь генерал сильно переживал по этому поводу, приговаривая, что он даже в Афганистане не видел таких жестоких боев. На его глазах блестели слезы. Он волновался за своих мальчишек...
Я бы, честно говоря, и не писал. Бог ему судья. И его заместителю тоже. Однако ни тот, ни другой от орденов не отказались...
ШТУРМ ГРОЗНОГО. НАЧАЛО
ИЗ "РАБОЧЕЙ ТЕТРАДИ ОПЕРАТИВНОЙ ГРУППЫ ЦЕНТРА БОЕВОГО УПРАВЛЕНИЯ 8 Гв. АК":
"31 декабря 1994 года.
5.30. КК (командир корпуса. - Авт.) уточнил задачи командирам частей по штурму Грозного.
6.30. Проверка средств связи.
6.45. Начало движения.
7.50. Прошли Терский хребет.
9.01. 131 омсбр (отдельная мотострелковая бригада из Майкопа. - Авт.): с/х "Родина" охвачен с северной, западной и южной стороны... На нашем направлении соседи ведут бой. Уточнить.
9.30. На северо-восточной окраине русского кладбища подбита САУ (самоходная артиллерийская установка. - Авт.) - наша".
- Мы знали, что нас ждут. Двигаться мы могли либо по Петропавловскому шоссе, либо в обход, по бездорожью, мимо аэропорта "Северный", и далее - через русское кладбище, - рассказывает Рохлин. - Мы имели данные от оппозиции, что на шоссе подготовлены к взрыву две бензоколонки, собрано большое количество гранат, бутылок с зажигательной смесью. На русском кладбище тоже засада. Она поставлена там не случайно. В бою под станицей Петропавловской я запретил артиллерии и танкам стрелять по мечети, где располагался опорный пункт боевиков и их корректировщики огня. Проблему решили снайперы и пулеметчики. А противник посчитал, что раз я не разрушил мечеть, то по русскому кладбищу тем более стрелять из пушек не буду. Короче, нас ждали на всех возможных направлениях. Тогда я поставил задачу командиру 33-го полка полковнику Владимиру Верещагину захватить мост через речку Нефтянку на Петропавловском шоссе и подготовить переправу для прохода основных сил.
Верещагин мост захватил утром 30 декабря. Вел бой по его удержанию и готовил переправу.
Но даже ему я не сказал, что это ложный маршрут.
31 декабря основные силы пошли в обход и приблизились к русскому кладбищу. Заблаговременно наносить удар артиллерии по кладбищу я не стал. Это выдало бы наши намерения. Но когда с кладбища открыли огонь, наша артиллерия стала бить вдоль дороги, проходящей через него. И колонна пошла фактически между разрывов снарядов.
Несколько раньше, когда достигли моста у аэропорта "Северный", я отвел 33-й полк от моста на Петропавловском шоссе и назначил часть его подразделений в резерв для имитации, что я все же пойду этим маршрутом.
Русское кладбище стало последним рубежом для многих чеченских боевиков, сгинувших в русских могилах.
