Читаем без скачивания Принцип предательства - Ольгерд Малей

Гунаван смутился:

– Ну я так, по родственному

– С родственника спрос больший, помни это! Тебе работу заказали – ты сделал. Остальное не твоё дело. Уяснил?

– Да!

Гунаван расстроился, что его вопрос вызвал такую реакцию. Сарди улыбнулся:

– Не переживай! Ошибки дают пищу разуму. Разум из ошибок плетёт опыт, а опыт – это платформа мудрости. Я тебе это как родственнику сказал, чтобы ты берёг себя. Работа у тебя редкая, люди к тебе разные ходят, а жить надо долго.

Гунаван кивнул головой. Сарди достал скрученные в трубочку американские купюры.

– Держи, надеюсь потратишь их с умом.

– Будет сделано – настроение компьютерного гения резко улучшилось.

– Не обижайся, сынок. Лучше профилактика болезни, чем похороны. Правда?

Не согласиться было трудно. Сарди посмотрел на Гунавана:

– Только между нами. Ты хорошим людям помог. Важное дело сделал. Женщина после похорон в плохом состоянии, а дело делать надо, и ей помочь тоже. И так, чтобы никто не знал. Вот ты этому и помог. Но если ты об этом кому-нибудь расскажешь, то убьют меня, тебя и эту женщину с детьми. Ты хочешь, чтобы из-за тебя погибли дети?

– Нет, конечно.

– Вот поэтому я и не хотел тебе говорить. Надеюсь, ты урок мой запомнишь, а то, что я к тебе приезжал, и ты куда-то звонил – забудешь. Договорились?

– Слово Гунавана!

– Вот и умница!

Сарди достал ещё одну сто долларовую купюру и протянул Гунавану:

– Это тебе премия, для памяти.

Лицо Гунавана стало серьёзнее. Он сложил купюру пополам и положил в карман куртки. Сарди приобнял его, и они тепло попрощались.

Он торопился обратно. У него было очень мало времени. Ему всегда надо было торопиться, чтобы выживать.

Глава 18

Понедельник не всегда можно назвать днём хорошего настроения, но Винглер был в отличном состоянии. Вчера вечером он созвонился с Томасом, который, как обычно подшучивая, сказал, что к двенадцати часам будет готов с информацией по Роберту Падлсу. Выпив пару кружек душистого чая с хлебом, мёдом и сыром, Чарлз направился к управлению полиции, где служил Рабецки.

Ровно в двенадцать Томас выскочил из дверей полицейского управления, пробежался по улице и сел в «Додж» Винглера. Долго беседовать времени у него не было. Он передал лист с информацией Чарлзу, прокомментировав, что ничего интересного нет, за исключением банковской операции. Оказалось, что Падлс является клиентом крупного банка, где одним из руководителей службы безопасности трудится приятель Рабецки. Учитывая многолетние отношения и обещание вознаграждения, Томас получил неофициальную информацию, что на счёт Падлса поступила крупная сумма и он досрочно закрыл ипотечный кредит. В принципе, это не очень выгодно, но если Падлс собирается продать дом, то продавать выгоднее, закрыв кредит. В этом случае банк, со своим интересом, в сделке участвовать не будет. Винглер поблагодарил старого друга. Рабецки напомнил про гонорар для сотрудника службы безопасности банка, закинул пакет с виски себе в машину и побежал обратно.

Чарлз внимательно просмотрел бумаги:

– Значит не врал, что хочет начать новую жизнь. Как-то это очень быстро? Или быстро потому, что я стал этим заниматься и посыпались нюансы, из которых вырастают версии, определяющие ход расследования – детективу было над чем подумать.

Он решил не предупреждать о своем визите Падлса. Приехать неожиданно, познакомиться и посмотреть на его реакцию. Винглер завёл автомобиль и тронулся в сторону делового центра, расположенного недалеко от Гастауна, дарящего туристам экзотику девятнадцатого века. Офис, где работали Падлс и Леммон, располагался в одном из высотных зданий, недалеко от Бентолл-центра и Марин Билдинг. Минут через сорок он был на месте. Это был обычный бизнес-центр, где располагались офисы различных компаний. Такой муравейник, где все входят или выходят, у многих людей сосредоточенные лица, на этажах слышен звук шагов, оргтехники, кофеварок, в курительных комнатах периодически висит дым и слышится смех. В общем нормальная офисная жизнь.

Чарлз направился к лифту. Офис находился на восьмом этаже. В холле было много народу. Он не захотел толкаться и, пропустив первых два, вошёл в третий лифт, пришедший сверху, но нажать кнопку не успел. Его остановил приятный женский голос:

– Минуточку! Оп, спасибо!

В кабину лифта заскочила приятная на вид женщина, лет тридцати трёх. В руках у неё было несколько папок с документами. Она явно здесь работала. Не надо быть детективом, чтобы понять это – на ней не было верхней одежды, а в конце октября мало кто ходит по улице без куртки или плаща. Одета она была достаточно ярко. Светлая блузка и тёмно-бордовая юбка-карандаш идеально подчеркивали все прелести чуть полноватой фигуры.

– Вам какой этаж? – выразительный взгляд тёмных глаз, чувственный слегка приоткрытый рот, запах духов и расстёгнутые верхние пуговицы на блузке сделали свое дело. Сознание детектива находилось где-то в области фантазий и он оставил вопрос без ответа. Женщина игриво покачала головой:

– Ну раз вы молчите, то поедете со мной, на восьмой этаж. Лифт у нас не быстрый, так что за время подъема вы или обретёте дар речи или совсем его потеряете – она нажала кнопку с цифрой восемь.

Неожиданная спутница была очень красива и вела себя легко и естественно. Не спрашивая согласия, она вручила Винглеру папки, чтобы освободить руки, и повернулась к зеркалу поправить прическу. Она знала, что нравится мужчинам и умела это делать. Чарлзу такое умение всегда импонировало, учитывая его холостяцкий образ жизни. Лифт – это место где и так трудно не нарушить личное пространство, а здесь такой подарок судьбы. Он улыбнулся, что не осталось не замеченным.

– Вижу вы оживаете. Это приятно. А то такой видный мужчина и молчит. Хоть улыбаться умеет.

– Просто не нахожу слов.

– Верю, в таком процессе бывает и не до слов.

– В каком процессе?

– Изучения женской красоты. Вы меня с головы до ног осмотрели и даже сейчас пытаетесь рассмотреть родинку или кулон в моем декольте.

Чарлз вздрогнул:

– Извините – он собрался и посмотрел спутнице в глаза.

Она с заинтересованной улыбкой и едва уловимым чувством превосходства поймала его взгляд:

– Семь… восемь. Я выхожу, господин молчун, не обижайтесь, но дам вам совет. Мужчина это охотник, поэтому должен уметь вовремя накидывать лассо… И не только на шею лошади – неожиданная спутница забрала папки и вышла из кабины лифта.

Чарлз тоже вышел и попытался сориентироваться. Его попутчица обернулась:

– О! Это восьмой этаж, мистер молчун. Или вы мой совет приняли буквально?

Он хотел что-то сказать, но по доброму рассмеялся:

– Вы ошиблись только с «или».

– Надо же, прорезался голос. Поясните что значит «с или» – она кокетливо попыталась изобразить голос Чарлза и положила папки на диван в холле у лифтов.

Винглер принял призыв к общению:

– Это значит, что мне надо и на восьмой этаж, и я с удовольствием воспользуюсь вашим советом. Если конечно вы не против?

– Не знаю, не знаю… Молчанием девушку не соблазнить.

– А обедом в честь знакомства?

– Я с незнакомыми мужчинами не обедаю – её взгляд не оставлял сомнений.

– Это очень правильно. Разрешите представиться, Чарзл, частный детектив.

Винглер уже был самим собой. Заминки бывают и у опытных. В конце концов не каждый день встречаешь красивую женщину, с чувством юмора, которая оказывает тебе знаки внимания.

– Детектив, как романтично – собеседница слегка прикусила губу и на секунду прикрыла глаза – Бренда. Бренда Барстон – она протянула руку.

– Очень приятно. У красивой женщины – красивое имя.

– Благодарю. Исправляетесь на глазах. Смотрите не переборщите.

– Буду стараться. Так какое ваше решение?

– Решение?

– Да. Относительно ланча или вечера. Мы ведь теперь знакомы.

– А вы однако шустрый. Ещё не получили ответа про ланч, а уже предлагаете ужин.

– Ланч обычно деловой, а вы, Бренда, женщина для романтической обстановки.

– И конечно вы знаете где самая прекрасная кухня и атмосфера. Не так ли? – Бренда сделала вид, что банальщина ей не очень нравится, но она воспринимает это, как элемент игры, а сама ожидает чего-то исключительного.

– Признаюсь, да! Но сегодня я вас туда не приглашу – заинтриговал Чарлз.

– Вот как? Интересно знать почему? – удивление и интерес отразились в глазах Бренды.

– Потому что вы имеете дело с воспитанным джентльменом, хотя внешний вид может заставить и сомневаться в этом, но прошу поверить мне на слово.

– Верить первому встречному? Мужчине? Из лифта? Это как-то легкомысленно, вы не находите?

– Да, пожалуй.

– Джентльмены, Чарлз, всегда отвечают на вопросы.