Король перевел взгляд, в котором еще продолжали сверкать молнии ярости и недоверия, на Уорика. Несколько мгновений он молчал, затем, перестав хмурить брови, сказал уже спокойнее:
– «Она», лэрд Лайэн, – это Меллиора. Меллиора Макадин. Она ухитрилась сбежать. Святой Боже, однако я ее недооценил! Никогда бы не подумал, что девчонка станет рисковать жизнью, чтобы бросить мне вызов!
– Кто эта Меллиора Макадин, сир? В чем ее предательство? Она ваша пленница? Участвовала в неблаговидных делах?
– Она моя гостья. Дочь моего старого, благородного друга. Нет, она не виновна в совершении каких-либо преступлений, тут я должен поправиться. Но в этот момент близка к совершению измены. И если бы я не был так милосерден, я бы уже сейчас назвал ее предательницей!
Король пока еще не сказал того, что Уорик уже знал. Уорик подтолкнул его к этому.
– Почему она вздумала убежать? Она что, неверная жена?..
– О да, неверная! Можно считать и так, поскольку она не подчинилась моему приказу. Выйти замуж за тебя. Она твоя невеста, лэрд Лайэн.
О Господи! Насколько же он был глуп, если сразу все не понял. Беглянка на реке предназначалась ему в жены. Он уже тогда должен был это понять. Или даже еще раньше, при разговоре с сэром Гарри, когда его срочно отозвали к королю, и к королю же ехала наследница.
Уорик был тем человеком, от которого она убегала. Он был тем самым ужасным, омерзительным, презренным и рябым норманном, за которого ей велят выйти замуж. И чтобы уклониться от этого, она убегает к своим родственникам-викингам.
Уорик сглотнул, стараясь сохранить самообладание.
Она пыталась использовать его не для того, чтобы убежать от короля, а избежать брака с ним. Он вспомнил все то, что она о нем наговорила. Бог мой, однако она весьма высокомерна.
Она не знала его, он не знал ее, рассуждал про себя Уорик. Но доводы рассудка не ослабили раздражения. Те искры сочувствия и понимания, которые зажглись в нем после ее рассказа, испарились, словно туман при появлении солнца. Она была женщиной, которую король предназначил для него.
Удивительное дело. Он хотел иметь жену и семью. У него была любящая, страстная женщина в роли любовницы, которая могла бы стать любящей, страстной женой, и тут появляется упрямая, своенравная девчонка. Безрассудная, самоуверенная, слишком молодая для того, чтобы понять задачи и способы укрепления нации. Беспечная, беззаботная, неосмотрительная, капризная...
Уорик прервал свои размышления и вспомнил их встречу.
Молодая. Уж это, во всяком случае, верно. Добрая? Определенно, нет. Любящая? Да нет же. Ласковая? Холодная как лед. Страстная? Лишь в своей решимости избавиться от него.
Однако на старую беззубую ведьму она не похожа.
Он должен был признать, что зубы у нее все на месте. Хорошая кожа, хорошая фигура, правильные черты лица. Она была здорова – это совершенно определенно. Сильна, умна, быстра и грациозна – как сказала о ней ее горничная.
Но было в ней кое-что еще, и Уорик наконец нашел подходящее слово. Она была не просто молода и здорова. В ней все было сформировано. И тело, и ум. Она была холодна и расчетлива в своем стремлении сражаться, непреклонна в своей решимости. И к тому же отличалась красотой.
Возможно, ее безрассудство объяснялось молодостью и уязвимостью, а также тем, что она не понимала до конца, какому риску подвергает свою жизнь. А могло быть и так, что она вполне осознавала всю опасность своего шага, но пренебрегала этим. Что хуже того, чем быть отданной замуж за человека, которого она определила как одного из норманнских рыцарей? Она была упряма и своенравна и уверена в том, что одной ее воли будет достаточно, чтобы изменить уготованную ей судьбу.
Достаточно, чтобы бросить вызов королю.
Однако еще до того, как Уорик увидел ее черты, он уже слышал ее голос, видел ее у костра, и она преследовала его в снах.
Гнев все еще не покидал Уорика, хотя непреложным фактом оставалось то, что он был для нее совершенным незнакомцем. Его пугало то, что гнев против Меллиоры Макадин оказался сильнее переживаний, связанных с потерей Элинор. Гордость, невесело подумал он, берет верх над привязанностью. Не так давно он испытывал сочувствие к леди на реке. Но тогда он рисовал себе в мечтах совсем иное будущее. Его жизнь изменилась здесь, в этом зале, меньше чем за четверть часа. Так устроен мир. Он не мог заполучить Элинор, а Меллиора Макадин – желанную свободу. Леди на реке больше не заслуживала никакого сочувствия. Она уже не была молодой женщиной, оказавшейся в печальной ситуации. Теперь она стала упрямой, непокорной подданной короля.
И тут Уорик вспомнил, что она все еще находится в лодке посреди реки и строит коварные планы о том, как воссоединиться со своими родственниками-викингами.
– Я найду леди, – сказал Уорик.
– Что? – встрепенулся Давид, а затем с сомнением покачал головой. – Ты только что вернулся с кампании и едва появился при дворе. Я пошлю на ее поиски рыцарей, пошлю целую армию, я...
– Доверьтесь мне, сир. Я не устал. Я ее найду, – клятвенно заверил Уорик. Он не стал объяснять королю, что знает, где искать неверную невесту. Он знал, что король принял решение и не потерпит возражений. Леди принадлежит Уорику. Поэтому он сам отыщет ее. Она останется холодна как лед, в этом он был уверен. Он не может заставить ее принять, захотеть или полюбить его да и не станет оскорблять ни ее, ни себя подобными попытками. Однако он заставит ее проявить послушание, покориться королю и ему лично.
Уорик наклонил голову в сторону Джиллиан, отвесил поклон королю и направился к выходу. Вода в башмаках продолжала хлюпать.
Уж раз он нашел эту леди, то был намерен ее удержать.
– Ангус! – позвал он приятеля, который занимал комнату рядом с ним.
Было еще очень рано. Ангус спал совсем немного, однако, услышав зов Уорика, мгновенно вскочил, инстинктивно схватившись за меч.
– Нужды хвататься за оружие нет, – без улыбки сказал Уорик. – Я только что был у короля...
– Ага, значит, ты уже все слышал, – сказал Ангус, внимательно разглядывая Уорика.
– Да, слышал, – подтвердил Уорик. Очевидно, уже всем в Стерлинге стала известна уготованная ему судьба, пока он предавался праздным размышлениям у реки и созерцал звезды.
– Что ж, думаю, леди Элинор все поймет, – высказал предположение Ангус. – Я знаю эти владения. Такую дикую красоту трудно даже себе представить. Ведь ты любишь море, Уорик. Лучшего места не найти. А невестой ты останешься доволен. Она совсем молода. Я видел ее, когда она была ребенком. Очень милое создание. Это та самая наследница, возле которой мы прошлой ночью разбивали лагерь и которую охранял сэр Гарри. Если бы я знал, постарался бы получше разглядеть ее. Конечно, женщины меняются. Но, говорят, она превратилась в одну из красивейших женщин страны. Я уверен, ты будешь доволен, когда ее встретишь...
