– То есть сидят просто так? Потому что им нечего делать? Выходной?
– Ну, может, и выходной, конечно… Но скорее это просто подход к бытию. Жизненная философия, понимаешь? – принялся объяснять Андрей. – Мне кажется, нужно быть либо очень старым, либо очень… наверное, мудрым, чтобы уметь наслаждаться праздностью. Нужно уметь презреть суету, понимаешь? Увидеть дальше. Понять, что жизнь течет независимо от того, как быстро мы двигаемся. И иной раз ее движение, все многообразие и величие бытия более очевидно, если суметь просто взглянуть на него вот так – сидя на берегу реки.
Лара кивала, но идея показалась ей тогда бредовой. Ага, сейчас, думала она. Вот будешь так сидеть – и все интересное мимо пройдет. Фигушки вам.
Однако повзрослев и увидев писца, она вдруг вспомнила ту гравюру. Конечно, писец трудился, в отличие от тех праздных китайцев, но все же что-то их роднило. Лара считала, что они одинаково относятся к вечности вообще и к жизни в частности.
И вот старый знакомый обнаружился в этом колоритном заведении. Лара улыбнулась ему, решила, что это добрый знак, и даже пожалела, когда Нина потащила ее в другой зал. Там обстановка была более приближена к европейскому стандарту: столы и стулья, много света. Только гравюры и фотографии на стенах поддерживали египетскую тему. Да еще пепельницы в виде скарабеев на столах. Они припозднились, и вся компания уже была в сборе.
Тут к ним подошел Игорь. Нина уже успела шепнуть Ларе, что он работает в Газпроме и не женат. В ответ на эту информацию Лара продемонстрировала обручальное кольцо. Надо сказать, она в свое время пыталась избавиться от этого знака порабощенной женщины. Не то чтобы специально – просто после рождения Данилы она довольно сильно поправилась, и кольцо стало мало. Но Сергуля проявил в этом вопросе неожиданное упорство. Он предложил растянуть кольцо.
– Ага, – мрачно кивнула жена. – Я не собираюсь всю жизнь так выглядеть. Что потом-то делать будем? Сжимать обратно?
Муж промолчал, и она сочла инцидент исчерпанным. Но после зарплаты Сергуля завел ее в ювелирный магазин и, указав на прилавок с обручальными кольцами, сказал:
– Выбери себе новое. Возьми с камешками. Потом, когда похудеешь, сможешь носить его на другом пальце как обыкновенное кольцо.
Растерявшаяся Лара спросила:
– А если я еще поправлюсь и это тоже мало будет?
– Куплю другое, – буркнул муж.
Она смирилась и сделала так, как сказал Сергуля. Теперь на безымянном пальце Лара носила свое старое обручальное кольцо, а новое – с россыпью мелких бриллиантов – надевала на указательный палец правой руки.
Нина усмехнулась и заявила:
– А я разведенка. Так что это будет мой кадр.
Компания подобралась интересная. Кроме Игоря и Нины, на вечеринке присутствовал и ее компаньон, которого она называла Михалычем. Заросший бородой сутулый мужик сперва показался Ларе нелюдимым, но потом она разглядела под косматыми бровями насмешливые и живые голубые глаза и вскоре прониклась к нему уважением, потому как Михалыч оказался на редкость умным дядькой. Женская часть компании была представлена Леночкой – девушкой неопределенного возраста и занятий, которая где-то работала, но не сильно, и вообще произвела на Лару впечатление – ни рыба ни мясо. Зато другая дама оказалась личностью исключительно колоритной. Она трудилась в крупной компании, занимавшейся недвижимостью, одевалась в безумно дорогие тряпки и носила эксклюзивные ювелирные изделия. Размер этих самых тряпок Лара для себя определила как после пятьдесят восьмого, так как не знала, какие там еще бывают. На занятия ее привозил шофер. Надюша – так звали даму – обладала командирскими замашками. Из мужчин, помимо Игоря и Михалыча, в кафе присутствовали некий Рома, одетый в недорогой костюм, с папкой и манерами провинциального обольстителя, и Дима – выпускник экологического факультета, который видел большое будущее именно на стыке права и экологии.
Эта компания и составляла в дальнейшем ядро группы. И надо сказать, время они проводили неплохо. Все понимали, что после тридцати (хотя кое-кому и тридцати еще не было) вновь пережить студенческие волнения – дар небес. И каждая сессия ударно отмечалась, курсовики ваялись в едином творческом порыве. Короче, народ веселился как мог.
Рома ухаживал за Леночкой, которая милостиво разрешала ему писать для нее курсовики и рефераты, но, по твердому убеждению Лары и Нины, намеревалась парня кинуть.
Надюша периодически присылала на лекции секретаршу с диктофоном, а на вечеринках блистала эксклюзивными драгоценностями.
Михалыч ходил только на те занятия, которые считал полезными, а остальное время пропадал в судах и на встречах с клиентами, зарабатывая деньги.
Дима изо всех сил окучивал экологическую нишу, намереваясь прикрепиться соискателем в аспирантуру и защититься.
Нина много работала, не забывая воспитывать отпрыска, строить глазки Игорю и перезваниваться с Ларой чуть ли не каждый вечер.
Лара набрала нескольких учеников и стала репетиторствовать. Трое приходили заниматься к ней домой – детки постарше: двое из пятого и девочка из седьмого класса. К двоим она ездила сама: там второй и третий класс. Впрочем, ездить было недалеко, а работа вернула ей приятное чувство финансовой состоятельности, потому что хоть деньги у них с мужем общие, но зарплату Сергей получал на карточку, домой приносил только часть (остальное откладывалось на отпуск и новую машину) и клал в шкафчик, откуда все таскали купюры по мере надобности. Все же у нее деньги почему-то всегда кончались быстрее, а просить на туфли или что-то еще Ларе казалось унизительным.
Неожиданно она открыла еще один источник дохода – нерегулярный, но весьма льстящий самолюбию. Данька, который собирался стать программистом, осваивал создание сайтов. Он сделал для них домашнюю страничку, так называемого «хомяка». Поделил ее на три раздела: про себя любимого, папу (самый краткий раздел) и маму. И выложил кучу наделанных матерью фотографий. Что-то разместил даже на паре специализированных сайтов. И несколько снимков у Лары купили. Что-то ушло в рекламное агентство, что-то – в журналы. Это заставило ее другими глазами взглянуть на свое увлечение. Понятно было, что постоянным такой доход назвать нельзя, но все же деньги лишними не бывают. Ну, и грех было упускать возможность и не объяснить мужу, что с таким фотоаппаратом, как у нее, и мечтать нельзя сделать приличные кадры. А вот если бы ей выдали денежку… ну, это как бы на день рождения, но авансом. А? Муж хмыкнул, но деньги дал. И Лара, пользуясь относительной свободой, иной раз отправлялась бродить по городу, вооруженная подходящим творческим настроением и новенькой фотокамерой.
