Читаем без скачивания Куколка - Андрей Кивинов

– В общем-то да…

Старшему было лет сорок. Одышка указывала на малоподвижный образ жизни и страсть к никотину, а зеленая шляпа в сочетании с белым плащом – на провинциальность. Его спутник выглядел моложе и был одет элегантнее. Серегин наметанный глаз мгновенно отнес обоих к разряду публики, обыгранной возле метро в “наперстки” или “три карты”.

– Мы не местные, – заговорил тем временем старший. – Из Приблудска, это юг России. Вот документы, пожалуйста.

Два паспорта легли на стол. Музыкант чирканул данные в блокнот и обратился к старшему:

– Так, Юрий Михайлович, готов выслушать. Давайте.

– Понимаете, молодой человек, наш рассказ вас, возможно, удивит и вызовет недоверие, но он правдив от “а” до “я”. К сожалению, мы сейчас в таком положении, когда что-либо недоговаривать и скрывать не имеет никакого смысла. Музыкант кивнул.

– Я работаю на Приблудском мясокомбинате. Главным бухгалтером. Михаил Иванович, – заявитель указал на молодого человека, – тоже бухгалтер. Только на областном комбинате. В Приблудске два комбината – городской и областной.

Юрий Михайлович сопровождал повествование обильными вздохами.

– Примерно три месяца назад, конкретно третьего сентября, к Виктору Борисовичу Купцову, нашему директору, обратился с довольно выгодным предложением один человек, который представился военным – он действительно был в майорской форме. Виктор Борисович вызвал меня поприсутствовать при встрече. Фамилия военного самая обычная – Смирнов. Этот Смирнов предложил закупить у нас большую партию мясных консервов – якобы он уполномочен Министерством обороны искать производителей различной мясной продукции и заниматься закупками.

Я немного удивился подобным полномочиям и попросил предъявить документы, подтверждающие данный факт. Смирнов объяснил, что при нем документов нет, они находятся в Санкт-Петербурге, к сожалению, он опаздывал на самолет и забыл их в офисе. Но в любой момент он может получить их по факсу. У нас, разумеется, есть факс, и мы назвали Смирнову номер.

– Какой у военного может быть офис? В казарме, что ли?

– Мы тоже удивились. Но он пояснил, что ими официально зарегистрирована гражданская фирма для бухгалтерской и налоговой отчетности. Тут действительно есть кое-какие преимущества. Фирма называется “Рикошет”. Смирнов назвал хорошую цену и быстрые сроки оплаты. Вкратце условия таковы – мы доставляем на собственном транспорте консервы в Санкт-Петербург, сгружаем на склад, и в течение пяти дней фирма “Рикошет” осуществляет оплату. То есть переводит деньги на наш расчетный счет.

Музыкант сощурил глаз:

– Я слышал, что обычно сначала дают аванс. Или, как ее, предоплату.

– Я сейчас постараюсь объяснить. Все верно. Предоплата – вещь непременная. Но я прошу вас дослушать.

– Хорошо, продолжайте.

– На тот период времени комбинат, к сожалению, находился на грани остановки. Это было вызвано рядом причин, в основном чисто экономических. Мы не могли реализовать большую часть продукции по нормальным ценам, а отдавать за бесценок, как вы понимаете, великого смысла нет. Отсюда и другие проблемы – задержка зарплаты, долги… В общем, дела обстояли далеко не блестяще. И поэтому появление Смирнова было просто подарком судьбы.

Мы дали ему номер факса и на другой день получили из Санкт-Петербурга то самое поручительство. Оно у меня с собой, вот. “Министерство обороны в лице майора Смирнова С.П. уполномочивает фирму “Рикошет” осуществлять закупки продуктов питания для нужд частей российской армии, ведущей боевые действия на территории Чечни. Генерал-полковник Суворов”.

– Редкостная лажа, – прокомментировал Музыкант.

Главбух пожал плечами:

– И тем не менее. Купцов дал команду заключать договор. Что и было сделано. Также по факсу.

Юрий Михайлович достал из “дипломата” второй документ.

– Это наш экземпляр. По форме здесь все правильно. Реквизиты фирмы “Рикошет”, подписи директора и главбуха, юридический адрес. Печати, я думаю, подлинные. И то, что договор отправлен по факсу, также устраивало нас. Факс ведь всегда можно просчитать. К тому же, созвонившись с областниками, мы узнали, что они тоже заключили подобный договор с фирмой “Рикошет”.

В середине сентября фуры с консервами отправились в Санкт-Петербург. С нашего комбината и с областного.

По прибытии в Питер товар был выгружен на складе, арендуемом фирмой “Рикошет”. Оплата горюче-смазочных материалов, согласно договору, также производилась по безналу. Весь товар переправили в три ходки.

– Понятно. – Музыкант в очередной раз ухмыльнулся. – Дальше можете не продолжать. Никаких денег на счета ваших комбинатов не поступило.

– Мы отправили несколько факсов в “Рикошет”. Затем попытались связаться непосредственно со складом и Министерством обороны. Наконец приехали сюда сами. Сейчас в городе, кроме нас, находятся замы директоров и кое-кто из администрации. Для начала навестили офис “Рикошета”, но увы, указанного в договоре адреса в Санкт-Петербурге не существует. Приехав на склад, обнаружили закрытый подвал жилого дома. Поговорив с жильцами, выяснили, что действительно некоторое время назад подвал использовался как складские помещения, но после поступления в райадминистрацию, мэрию и прессу большого количества жалоб от проживающих в доме склад был ликвидирован. Вот примерно и вся история. Комбинаты находятся в крайне тяжелом положении, и мы очень рассчитываем на вашу помощь.

– Вы забыли главное, – сморщил нос Музыкант. – На сколько вас кинули?

Теперь вздохнули оба бухгалтера. Дуэтом.

– Сумма ущерба свыше десяти миллиардов…

– Тьфу, ерунда какая. Просто мелочевка. В нормальном кабаке и то не посидеть.

– Я предупреждал, что наш рассказ вызовет у вас ряд сомнений, но я уверяю, что все это правда.

– Да не сомневаюсь я ни в чем. По сравнению с создателями денежных пирамид и акций-облигаций ваш “Рикошет” просто невинный шалун. Нормальное кидалово. Ударим “Сникерсом” по кариесу. И ваша точка зрения мне где-то понятна. Денежки не личные, зачем лишний раз что-то там перепроверять. У вас в Приблудске таких плакатиков не выпускают? – Викулов указал на плакат “Как не стать жертвой преступления”. – Наверняка не выпускают. А зря. Смотрите, что тут написано.

Вот: “Постоянно имейте при себе свисток и пару сменной спортивной обуви без каблуков. Спасаться в такой обуви в случае нападения на вас насильника будет гораздо удобнее”. О, извините, не туда глянул, хотя тоже классная рекомендация.

Ага, нашел. “Не стесняйтесь проверять документы у малознакомых деловых партнеров. Это оградит вас от мошенников”. Во, как раз по теме! Вы что, такие стеснительные? Но сомнения вызывает у меня не ваша стеснительность и не ловкость этих ребят из “Рикошета”. Сомнение вызывает одна трогательная деталь. Махинация проходит без сучка без задоринки. Никаких преград! Этак завтра любой нарядится в военную или ментовскую форму и пойдет сшибать яблочки ценой в десять миллиардов! Здрасьте, я майор Фикусов, хочу купить ваши пылесосы! Да пожалуйста! И вы знаете лучше меня, почему все прошло как по маслу. И вы вовсе не такие лохи. Комбинация всегда удается, если в ней заинтересованы обе стороны.

– Молодой человек, мы пришли к вам за помощью, а не за разъяснением собственных ошибок. Мы их и так уяснили и вполне согласны, что оплошали. Но уверяем – никто из администрации не был в сговоре с этим “Рикошетом”. Можете принимать наши слова на веру, можете не принимать – воля ваша, но в настоящую секунду мы отвечаем за них.

– Ладно, по большому счету мне все равно. – Музыкант решил не спорить об очевидных вещах. – Вопрос другого плана – почему вы пришли именно сюда? В Питере восемьдесят с лишним отделов милиции. И к тому же логичнее было обратиться в ОБЭП.

– Мы заявили в ОБЭП, но там объяснили, что здесь налицо мошенничество, а такими делами занимается уголовный розыск. А почему сюда? Беспросветная улица, девять – ваша территория?

– Наша.

– Там как раз и находился тот самый склад. Музыкант вспомнил. Это была его земля. Действительно, в подвале одно время имелись складские помещения. Он знал и хозяина подвала, разок выезжал туда на кражу куртки из его кабинета.

– Хорошо. Теперь определимся, что вас устраивает больше. Возврат денег или наказание этих красноармейцев. Имеется в виду законное наказание, конечно. В рамках УК.

– Ну, желательно и то и другое.

– Я почему сразу уточняю. Если через неделю они будут сидеть здесь, готовые вернуть вашу тушенку при условии их освобождения, вы не измените свои показания? К сожалению, сейчас это повсеместное явление, поэтому давайте сразу решать. Ну?

Визитеры переглянулись. Юрий Михайлович, выдержав мучительную паузу, взял ответственность на себя.

– Конечно… В таком случае лучше бы товаром. Что толку от их зоновских заработков?