Читаем без скачивания Свободный среди звёзд: пилот (СИ) - Петр Викулов

   Маша собрала вещи и приехала в единственное место, где она могла надеяться получить помощь, - к Павлу домой. К несчастью, как раз в это время парень сдавал заключительный экзамен по практической навигации и узнал о случившемся только через два часа. Всё это время и ещё три минуты, потраченные юношей на такси, девушке пришлось провести под запертой подъездной дверью. И вот теперь она сидела с ним вдвоём на кухне, пытаясь сквозь слёзы рассказать все подробности своей истории.

   - А Жанну ты спрашивала? - спросил Павел.

   - Да я с этой сволочью даже срать рядом не сяду! - с неожиданной злобой закричала девушка.

   О причинах подобной ненависти парень спрашивать не стал, тем более что в оценке Жанны был полностью солидарен с Машей, но, тем не менее, втихую отправил журналистке через нейросеть сообщение, в котором вкратце описывал ситуацию. "Ничем не могу помочь", - пришёл мгновенный ответ. Сергей, также ознакомленный с сутью дела, и был бы рад помочь, но он сам ютился в комнате общаги, деля её с ещё одним студентом, а его стипендии с трудом хватало на прожитьё.

   - Ну, ничего страшного, поживёшь у меня. Я всё равно днём здесь практически не бываю, всё учусь и учусь, - с улыбкой предложил Павел. - А послезавтра вообще на практику полечу, десять дней квартира пустой стоять будет.

   Практика являлась последним этапом его обучения в Лётной Академии перед получением сертификата. Десять дней ему предстояло провести в качестве второго пилота на какой-нибудь среднетоннажной посудине, владелец которой заключил соответствующий договор с Академией. Среднетоннажной, потому что на малотоннажных скорлупках второй пилот был на фиг не нужен, а для крупных судов его квалификации не хватало.

   Остаток дня Павел потратил на приобретение надувного матраса и туристического спального мешка, при помощи которых он устроился на ночь прямо на полу посреди единственной комнаты в своей квартирке. Девушке, разумеется, достался диван, на котором юноша раньше спал сам. Коснувшись головой подушки, Маша мгновенно отрубилась. А вот Павел ещё долго ворочался.

   - Ещё раз увижу, что отстыковываешься на ручном, полетишь обратно в эту вашу грёбаную Академию своим ходом, причём без скафандра, - орал Заген. - О, Великая Мать, за что же такое мучение? Каждый грёбаный сосунок, которого мне подсовывают из этого богами проклятого дома умалишённых, немедленно норовит полихачить! Запомни раз и навсегда! Вон там, в шахте, стоит такая штука, называется искин. Все манёвры на моём корабле производит он! И только он! Твоё телячье дело сидеть в кресле и копить лётные часы!

   Павел стоял навытяжку во все свои метр семьдесят восемь, плюс сантиметр каблуков, с громадным трудом сохраняя на лице каменную неподвижность, пока снизу и чуть впереди от его подбородка мелькала розовая лысина брызгающего слюной толстячка. Отстыковаться и выйти из дока в свой первый полёт на ручном управлении, не прибегая к помощи автопилота, было святой традицией всех без исключения выпускников Академии, и парень не собирался её нарушать. Хотя он должен был признать, ручное управление посудиной, масса которой даже в порожнем состоянии превышала две тысячи тонн, а длина с трудом позволяла лечь на хоккейное поле поперёк, значительно отличалось от всего того, что он до сих пор испытывал на тренажёрах. Подумать только, и это считалось малым транспортником! Судном среднего класса!

   Когда Павел только появился на борту "Матери возмездия", - такое грозное название носило рассыпающееся от старости корыто с возрастом под два десятка лет, с донельзя изношенными двигателями и маразматическим искином, - Заген, его капитан, первый пилот и владелец, сразу предупредил парня:

   - Так, слушай меня, сосунок. На этом корабле есть два дела. Твоё дело - сидеть в кресле и делать вид, что ты чем-то управляешь, потому что так хочет твоя Академия, и она платит мне за это деньги. Моё дело - делать вид, что я контролирую твою работу, потому что так хочет твоя Академия, и она платит мне за это деньги. Ты здесь по единственной причине. Так хочет твоя Академия, и она платит мне за это деньги. Ради этого я готов потерпеть десять дней твоё присутствие. Но только не вздумай провоцировать меня на то, чтобы я выкинул тебя за борт. Если я стану делать это слишком часто, мне не заплатят. Будешь десять дней тише воды, ниже травы, - и мы поладим.

   Несмотря на свои не слишком скромные размеры, жилого (то есть заполненного воздухом и хотя бы иногда отапливаемого) пространства на малом транспортнике насчитывалось едва сотня кубов. Куб - мера объёма, немножко превышающая земной кубический метр, если Павел всё правильно посчитал. Кстати, то, что он обычно называл тонной, на самом деле по массе соответствовало примерно восьмистам пятидесяти земным килограммам. С единицами измерения разных величин вообще дело обстояло туго. Для удобства он просто мысленно придумал каждой из них более-менее подходящее название, поскольку ни с одной из земных систем измерения в империи Атран, разумеется, знакомы не были. Но не в этом суть.

   Как видно, жилого пространства на "Матери возмездия" было меньше, чем в двухкомнатной хрущёвке. Это пространство делилось на рубку управления, кают-компанию, два шлюза для выхода в открытый космос, отсек СЖ (системы жизнеобеспечения), две кабины управления артиллерийскими системами (неустановленными), отсек системы управления трюмным оборудованием, две шахты для установки блоков искина, отсек-ангар универсального ремонтного робота (отсутствующего), мусорный бак, малый шлюз для выхода в трюм, сортир и хитровывернутую улитку коридора, всё это соединяющего. В остаток свободного места были втиснуты две крохотные каюты-пенала, где место хватало только, чтобы широко улыбнуться.

   Большую часть времени Павел проводил либо в рубке, в пилотском кресле, либо в своей каюте. И там, и там он занимался в основном самообучением. Перед самой практикой он раскошелился на обучающую базу под названием "Юриспруденция" второго уровня (три тысячи восемьсот пришлось выложить). В трансе эту базу можно было бы выучить за несколько часов. Но, к сожалению, в транс погружаться было нельзя, по крайней мере, на такой срок. Не на таком корыте. За этим психованным искином нужен был глаз да глаз, а система навигации упорно отказывалась корректно определять положение в пространстве с первой попытки, из-за чего искин сходил с ума ещё больше.

   Приходилось долбить мнемограммы, количеством более семисот тысяч, одну за другой, постоянно отвлекаясь на управление и расплачиваясь за это постоянной головной болью. И ладно бы это касалось только вахтенного времени. Даже из своей каюты парню приходилось постоянно связываться с искином через внутреннюю корабельную инфосеть. Заген в управлении своим судном не участвовал вообще никак. Однако базу Павел упорно продолжал учить. Возможность разбираться в действующем законодательстве для юноши казалась более важной, чем вышеперечисленные неудобства. Слишком явно стоял перед глазами пример, как человека могут выкинуть на улицу, сославшись на какой-нибудь неявно прописанный пункт в договоре.

   - Смотри, сосунок. Вот это астероид. Его оседлал трудяга-шахтёр незнамо когда, у меня тогда ещё росли волосы на макушке, поставил жилой купол из пластика на поверхности и долбит породу. Раз в день-два прилетает какой-нибудь хрен, типа меня, на своей развалюхе и забирает, чего он там нарыл. Чтобы заполнить мне трюм, нужно посетить не меньше тридцати таких шахтёров за один вылет. Три десятка прыжков, для каждого нужно разгоняться как минимум полчаса на тех убожествах, что мы имеем вместо маршевых двигателей, а потом ещё полчаса тормозить. Это порожняком. Когда мы примем свою законную тысячу кубов, бери все три часа. Плюс время на загрузку. Как раз за десятидневку обернёмся.

   Есть две вещи, составляющие суть существования любого государственного (и не очень) образования в Галактическом Содружестве, в том числе Звёздной Империи Атран. Эти вещи: война и торговля. И то, и другое требует для себя космических кораблей и космических станций. А для их строительства нужен металл. Чтобы поднимать такое количество металла в космическое пространство с поверхности планет и крупных лун, нужно слишком много энергии, к тому же это плохо влияет на экологию, хотя последнее относится только к обитаемым планетам.

   Поэтому обычно материал берут из маленьких планетоидов и астероидов. В основном это алюминий и железо, хотя в космосе можно встретить всё, что душе угодно: титан, ванадий, цезий, иридий, молибден, платину. Хватает с лихвой и на строительство кораблей со станциями, и на то, чтобы спускать на планеты для работающих там машиностроительных заводов, а также для возведения различных зданий и сооружений.

   Все сколько-нибудь заметные объекты на небе давно застолблены за корпорациями, но остаётся ещё куча летающих скал размером в несколько сотен или даже десятков метров. В одном таком "камушке" тысячи и миллионы тонн руды, из которой можно извлечь металлы. Разрабатывать их с помощью гигантских автоматических горнодобывающих комплексов нерентабельно, а гонять к ним за добычей тяжёлые транспортники с вместимостью в сотни тысяч кубов бессмысленно. Вот они-то и достаются простым шахтёрам.