Читаем без скачивания Гардемарин в юбке - Ирина Хрусталева

Ника уже схватилась было за ручку двери, чтобы дать деру, но, когда увидела лицо травматолога, заулыбалась.

– Коля, Шевцов? Откуда ты здесь? Вот здорово!

Когда-то они учились с Николаем в одной школе, и он на протяжении последних двух лет упорно ухаживал за ней. Чего только не делал Николай, чтобы привлечь внимание девушки. Ника упорно его не замечала, и парня это ужасно злило. Однажды, чтобы обратить на себя внимание, он, поспорив с одноклассником, залез на крышу школы и прыгнул оттуда. Правда, сломал ногу, но добился своего: Ника и еще три девушки пришли его навестить. Оказывается, тот случай и решил его дальнейшую судьбу. После школы он поступил в медицинский институт и вот теперь работает «костоломом», вернее, наоборот.

– Какими ты сюда судьбами? – улыбаясь во весь рот, спросил Николай у Вероники.

– Да вот, кажется, руку сломала, – вздохнула девушка.

Лицо врача сразу же стало серьезным, и он принялся за привычную работу. Из поликлиники Вероника вышла загипсованной. С кислым выражением лица она вспоминала наставления доктора:

– Дня три-четыре полный покой для того, чтобы кости правильно закрепились, а потом срослись. Рукой по возможности не шевелить, будет просто замечательно, если поваляешься эти дни в постели с книжечкой в руках. Уже потом можно будет вести более активный образ жизни, но руку ни в коем случае не напрягать. Не вздумай что-то ею поднимать, а то будешь потом косорукая. Тебе еще повезло, что рука левая, держи ее все время в горизонтальном положении, на перевязи. Первые дни будет еще побаливать, можешь принимать анальгетики. Ну а если совсем станет невтерпеж, сразу ко мне.

– Легко говорить, полный покой, – ворчала Ника, направляясь к дому. – Покой нам только снится. А здесь столько дел, что не знаю, когда вообще доберусь до постели.

И тут Вероника увидела, что ей навстречу спешит Роман.

– О, поздравляю, дорогая. Загипсовали, значит?

– Ничего смешного, – пробурчала Ника, – это, между прочим, боевая рана. Мы в аварию попали, а организовал ее небезызвестный тебе Александр Демидов.

Роман застыл на мгновение, потом серьезно посмотрел на Веронику и проговорил:

– Рассказывай.

Ника поведала по порядку, что к чему, прямо стоя на дороге и сокрушенно вздыхая.

– Что делать-то теперь? Юльку завтра в тюрьму отправят, этого нельзя допустить. Рома, придумай же хоть что-нибудь, ну, стань Юлькиным адвокатом! Я слышала, что ее можно освободить под залог. Как это сделать?

– Ты представляешь, сколько денег это будет стоить? – задумавшись, проговорил Роман.

– А сколько бы ни стоило, у меня есть деньги. В конце концов, не любоваться же всю жизнь на эту золотую кредитную карточку. Нужно начинать ее потрошить. Ромочка, давай, милый, сделай же что-нибудь! Пожалуйста!..

– Вероника, должно все быть официально, нужно, чтобы меня как адвоката нанял кто-нибудь из родственников.

– Ребров, я тебя нанимаю, – тут же выпалила Ника.

– Господи, в чем я перед тобой провинился? За что ты меня наградил такой нетерпеливой и взрывоопасной подругой? – подняв глаза к небу, прошептал Роман и тут же заорал на всю улицу, прыгая на одной ноге.

Вероника, услышав «молитву» своего милого, заехала ему ногой по коленке с такой силой, что у того потемнело в глазах.

– Больно, милый? – злорадно улыбаясь, поинтересовалась девушка. – Травмопункт рядом, далеко не успели уйти. Там, кстати, мой бывший воздыхатель работает, может, сходим? Он тебе ноги вообще поотрывает за неуважительное отношение ко мне. – И Ника, резко развернувшись, понеслась к своему дому: казалось, от нее отлетают искры.

– О боже, что мне с ней делать? – простонал Роман и захромал за своей дымящейся подругой. – Вероника, подожди, что ты, в самом деле, как маленькая девочка? Нельзя же так вести себя, давай поговорим и все обсудим. Я же не отказываюсь тебе помогать. Да стой ты наконец! – уже срываясь на крик, зарычал Ребров.

Ника остановилась, обернулась на хромающего Романа, внимательно посмотрела на него и тихо проговорила:

– Рома, неужели ты ничего не понимаешь? Юля беременна, я не могу допустить, чтобы завтра ее отправили в тюрьму. Она, конечно, девушка крепкая и в обиду себя не даст, но ее воля сейчас сломлена. Юля очень любит Вадима, и сознание того, что он может в любую минуту умереть, подкосило ее. Я очень хорошо знаю свою подругу и, поверь, знаю, что говорю.

– Ладно, Рыжик, пойдем домой и поговорим в спокойной обстановке.

Они пошли к дому, и со стороны это выглядело весьма экзотично: девушка с загипсованной рукой и хромающий мужчина шли медленно, поддерживая друг друга.

Глава 15

Когда Вероника и Роман вернулись домой, девушка почувствовала жар во всем теле. Врач предупредил, что может подняться температура, но для Ники это сейчас явилось громом среди ясного неба.

– Мне нельзя лежать в постели, никак нельзя, – бормотала девушка, когда Роман помогал ей раздеваться. – Рома, что нужно сделать, чтобы ты прямо сейчас смог приступить к обязанностям адвоката Юлии?

– Если честно, я в замешательстве. Последние три года я занимался только гражданскими исками, уголовные дела в прошлом, я уже все малость подзабыл.

– Придется вспомнить, иначе не знаю, что я с тобой сделаю, – тут же встала на дыбы Вероника. – Не надейся, что тебе удастся отвертеться, и вообще, я никогда не поверю, что ты мог что-то забыть. Я сейчас прилягу, что-то мне нехорошо, а ты давай вспоминай и говори, что нужно делать.

В голове Ники гудело, все мышцы ломило, а спина вдруг стала абсолютно деревянной. Роман помог ей лечь в постель, а сам присел рядом. Вероника закрыла глаза и прошептала:

– Рома, если ты не сделаешь, чтобы Юля уже завтра была не в тюрьме, а дома, тебе придется забыть, как меня зовут. Найди Сергея, расскажи ему все, вместе вы должны найти выход.

Роман прошел на кухню, взял в аптечке аспирин и растворил две таблетки в стакане воды.

– На, Рыжик, выпей это и постарайся уснуть, а я пока съезжу к себе в контору и привезу кое-какие бумаги. Заодно посоветуюсь со своим боссом, как лучше начать дело. Постараюсь разыскать Сережу, не нервничай, я сделаю все, что в моих силах.

Вероника проглотила аспирин с водой и откинулась на подушку.

– Иди, Ром, я тебе верю и надеюсь, что ты не подведешь.

Язык у девушки уже заплетался, а веки стали такими тяжелыми, что она не могла их открыть.

– Я немного посплю, и все будет в порядке, все будет в поряд…

Девушка провалилась в тяжелый сон, видно, начал действовать укол, который ей сделали в травмопункте. Роман постоял немного рядом, еще раз поправил одеяло и вышел из квартиры. Он поехал в свою контору и решил для себя, что обязательно постарается сделать все, что в его силах.

«Нужно действительно поговорить с Сергеем, здесь все не так просто, как показалось на первый взгляд».

Вероника открыла глаза и не могла сообразить, где она находится. Потом, оглядевшись, поняла, что лежит на своей постели в городской квартире. Но где же Роман?

Она попробовала приподняться, однако тело было словно каменное и не хотело слушаться.

– Ну, елки-палки, это еще что такое?

Рука, закованная в гипс, нестерпимо ныла, а спина была вообще чужой. Николай Шевцов, у которого она сегодня была на приеме в травмопункте, дал ей свои телефоны, рабочий и домашний. Ника кое-как поднялась и, держась за стенку, прошлепала в прихожую. Там висела ее куртка, в карман которой она сунула листок с номерами. Девушка достала его и тем же макаром добралась до комнаты, по дороге чуть не грохнувшись в обморок. Взяв трубку телефона, она снова легла в постель. Когда же позвонила по рабочему номеру, ей ответили, что Шевцов закончил дежурство. Тогда Ника позвонила ему домой. Сразу же повезло: трубку поднял сам Николай.

– Коля, – простонала Вероника, – по-моему, по мне проехала вагонетка.

– Какая вагонетка? Я же сказал тебе идти домой и ложиться в постель. Когда ты только все успеваешь, опять куда-то попала?

– Нет, я и лежу у себя дома в постели, но мое тело не хочет меня слушаться. У меня высокая температура, болит рука, и я не чувствую спины. Что мне делать?

– Давай адрес, я сейчас приеду, – спокойно проговорил Николай.

– Коля, у тебя что, память отшибло? Я же тебе только сегодня говорила, что живу пока здесь, в Бирюлеве. Ты же видел мою карточку. Я смотрю, и ты по прежнему адресу, телефон так же начинается, как и мой, триста двадцать девять.

– Тогда жди, сейчас приду. Дверь-то открыть сможешь?

– Постараюсь доковылять, начну прямо сейчас, к твоему приходу как раз доползу, – засмеялась Вероника. – Только предупреждаю сразу, уколов боюсь. Видел, наверное, как я сегодня у тебя в кабинете посинела, когда шприц увидела? У меня стойкая реакция после того, как я в прошлом году приняла в мягкое место несметное количество инъекций.

– Разберемся, – проговорил Николай и повесил трубку.