— Полагаю, в этом определенную роль сыграли ваши достоинства, — заметила Мег. — Я велела Джонни принести нам еду сюда. Думаю, вам сейчас вряд ли захочется спускаться вниз.
Росс догадался, Мег все еще считала, будто он пришел сюда, подгоняемый тоской по родине. Юнга поставил поднос на крышку люка, и в воздухе запахло жареной свининой. Росс положил несколько слоев мяса между кусочками хлеба и вернулся к поручню, предоставляя Мег возможность заняться трапезой более цивилизованно. Так он избежал необходимости разговаривать. Простые и прямые вопросы Мег заставляли его откровенничать больше, чем он привык, разговаривая с другими, однако желание говорить о прошлом угасло столь же быстро, как и появилось.
Матросы уже начали поднимать багаж на палубу и расставляли сети, которыми доставят его на берег. Росс увлек Мег в сторону, когда те приблизились к борту, собираясь опустить паруса и бросить канаты. Судно подходило к высокой стене гавани.
— Надеюсь, сеньора не отпускает Хосе от себя, — заговорила Мег. Росс заметил, что она пристально, с опаской разглядывает полоску воды между кораблем и причалом. — Вы поступили очень храбро. — Мег вздрогнула. — Вода убывала так стремительно…
— Я не раз видел смерть и не мог позволить этому ребенку утонуть, — резко ответил Росс. Он заметил, что воспоминания о том происшествии все еще тревожат Мег. Как много храбрости ей потребовалось, чтобы спуститься вниз по лестнице в бурлившую воду, вцепиться в потерявшего сознание незнакомца и удерживать до тех пор, пока его не вытащат из воды. Росс почувствовал угрызения совести, ведь потом он почти забыл об этом и, вероятно, должным образом не поблагодарил ее. Такое поведение не оправдать смертельной усталостью, болью и подавленностью. Если бы Росса спас один из его людей, он поговорил бы с ним, отметив, какую гот проявил смелость, спросил, все ли с ним в порядке.
Теперь уже ничего не исправишь.
— Что вы будете делать после того, как мы сойдем на берег? — вдруг спросил он. — Где остановитесь?
— Найду сносный постоялый двор, затем выясню, как часто ходят дилижансы, и решу, когда отправиться в путь.
— Вам ведь далеко ехать. У вас хватит средств на это?
— Конечно. — Мег потрясла свой ридикюль. — Доктор Фергюсон требовал, чтобы мою помощь вознаградили. Денег тут не очень много, но хватит. — Она открыла ридикюль и засунула в него руку. — Видите… — Щеки Мег побледнели, она начала рыться в нем. — Деньги исчезли! Пачка банкнотов!
— Вы ничего не перепутали? Деньги были в ридикюле?
— Нет, я ничего не путаю. — Мег уставилась на ридикюль, перевернутый на бочке. Все его содержимое было на виду. — Монеты тяжелые, я ничего подозрительного не почувствовала. И у меня не было надобности открывать ридикюль с тех пор, как я поднялась на борт. — Мег прижала руки к губам, явно стараясь успокоиться. — Я выронила деньги вместе со всеми вещами, когда Хосе упал в воду. Должно быть, тогда кто-то и забрал банкноты.
— Позвольте мне выручить вас. — Росс достал свой бумажник.
— Нет. Спасибо, не надо. Не знаю, когда смогу вернуть вам деньги.
— Ради бога, Мег! Это подарок, я ведь вам жизнью обязан.
Мег покачала головой, и Росс видел, что собственное упорство смущает ее.
— Найду какую-нибудь работу на неделю. Разыщу контору по найму и зарегистрируюсь. Думаю, кому-то обязательно понадобятся рабочие руки.
— И в каком же качестве вы станете работать? — Росс повернулся к Мег и впервые за этот день стал внимательно разглядывать ее. На ней было платье, какого он раньше не видел. Наверное, она берегла его именно для такого случая. Мег аккуратно убрала волосы под шляпку, она выглядела подавленной и послушной, совсем не походила на властную, опытную и возбуждающую женщину, которая спасла ему ногу и лишила сна. — Гувернанткой?
— Боже упаси! — В этом ответе проявилась та Мег, к какой он привык. — К сожалению, мое образование не пошло дальше счетоводства, шитья и Библии. Я говорю по-испански и по-португальски, но не так, как следует в приличном обществе. Немного знаю французский язык. Я могла бы работать помощницей экономки или сиделкой для инвалида или пожилого человека.
Миссис Фогерти, экономка в его имении, — ему не хотелось называть родным очагом то место, где он вырос, — была злобной женщиной с кислой миной. Его младший брат Джайлс ходил у нее в любимчиках. И по какой-то непонятной причине экономка относилась к Россу неодобрительно. Наверное, миссис Фогерти просто не любила большинство мальчишек, а Росс был довольно необузданным и непривлекательным, в отличие от своего брата. Оглядываясь назад. Росс точно не знал, сколько раз она писала отцу о его проделках, что заканчивалось грандиозными порками. После случая с Джайлсом неприязнь экономки переросла в открытую враждебность. И этого Росс не мог понять.
Имя экономки все еще числилось в списке прислуги, который юристы прислали ему. Должно быть, ей уже под семьдесят, и она ждала встречи с ним примерно с тем же неудовольствием, что и он с ней. Знать, что Агнес Фогерти все еще держит в руках всех домочадцев, равносильно наличию в доме злого духа, готового выскочить из любого угла.
— Вы не похожи ни на одну из известных мне экономок.
Подали швартовы, и корабль плавно двинулся к причалу.
— Правда? — Мег через силу улыбнулась, и Росс почувствовал, что внутри у него что-то шевельнулось.
Он не отреагировал на ее улыбку.
— Нет. Вы выглядите слишком молодо.
Мег ведь справится, правда? Она практична, трудолюбива, разумна и не нуждается в его помощи.
— Спустили сходни. Идем. Я помогу разыскать ваш багаж. — Прихрамывая, Росс ушел, прежде чем Мег успела ответить или посоветовать ходить медленнее. Росс твердил себе, что с ним уже больше не станут возиться. Оказавшись на твердой земле, он поманил пальцем серьезного вида носильщика с тележкой.
— Берите вон ту сумку, — распорядился Росс, указывая рукой. — Сопровождайте эту леди, пока она кое- куда зайдет, затем проследите, чтобы она устроилась в подходящем постоялом дворе. Понятно? — Отдав этот приказ, Росс протянул носильщику монету. — Постарайтесь найти ей что-нибудь приличное.
— Слушаюсь, сэр. — Носильщик почтительно приложил руку к фуражке.
Эти два слова, сказанные с мягким корнуольским акцентом, напомнили Россу о детстве.
— Спасибо, майор. Вы очень предупредительны. — Мег говорила официальным тоном, будто оба не проводили ночи вместе на одной койке, будто не она бросалась в его объятия, ожидая утешения, будто не подставляла ему губы для поцелуя. — Надеюсь, ваша нога заживет и вы целым и невредимым вернетесь домой. — Мег взглянула на носильщика, затем обернулась к Россу. Ее лицо оживилось от тревоги. — Следите за раной. И, пожалуйста, привыкайте к новому месту постепенно. Вот увидите, все будет хорошо.
