Читаем без скачивания Бэкап - Алексей Кунин

Теперь на первый план выходил вопрос: как долго я пролежал в отключке и как скоро меня накроет приступ без привычной порции лекарств? Перед операцией, которая по словам Накадзавы должна была длиться больше суток, меня накачали фармакопеей как того верблюда, чтобы пересаженные органы не начали отказывать посреди процесса. Но насколько хватит этого запаса? Да и вообще, чему из сказанного этим мошенником за все время нашего общения я могу верить? Впрочем, пока что особых болевых ощущений не было, но нахлынуть могло в любой момент.

Я присел на корточки перед девушкой, сверился с бейджиком на халате: Минами Мику. Похлопал ее по лицу, приводя в сознание, и, как только та открыла глаза, прикрыл ей ладонью рот.

– Тихо. Я не оживший мертвец, ясно? Если будешь вести себя, как примерная девочка, ничего с тобой не случится. Я сейчас уберу руку и мы поговорим без криков и воплей. Ты меня поняла? Кивни, если так.

Девушка, с расширенными от страха глазами, кивнула, и я медленно отнял руку от губ.

– Ты сотрудник «Церебрума»? – негромко спросил я.

– Да, – так же тихо ответила она. – Вы точно меня не убьете? Вы ведь должны быть мертвы. Я не знала…

– Без паники, – успокаивающе сказал я. – Ты знаешь, кто я такой?

– Нет, нет, – замотала та головой. – Только то, что вы умерли на операционном столе во время операции. У нас такое не часто, но бывает. Я должна была взять образцы ваших тканей, а потом утилизировать. Тетсуо мне помога…

Она ойкнула, уставившись мне за плечо. Наверно, увидела свисающую с каталки руку своего дружка.

– Тсс, – шикнул опять я. – Ничего с твоим Тетсуо не случится, минут через двадцать очнется. Ты сказала утилизировать. Только тело или мои вещи тоже? Ну.

– Ввещи тоже, – всхлипнула Мику. – Все в мешке, вон там, – указала она рукой в дальний угол лаборатории, где стоял вместительный металлический ящик.

– Сиди здесь, – приказал я и, в несколько больших шагов дойдя до шкафа, открыл дверцы. Внутри действительно оказался большой бесформенный черный мешок, в какие обычно складывают мусор. Вытащив и поставив его на стол, я раскрыл горловину и – бинго. В мешке обнаружились мои вещи, которые я сдал одному из сотрудников «Церебрума» перед облачением в местную разновидность больничной одежды. Первым делом, вывалив все на стол, я обыскал внутренние карманы пиджака и мысленно завопил от радости, нащупав прохладный металл коробочки. В ней, в нескольких ячейках, хранились капсулы и пневмошприц. Этого должно было хватить на пару дней. Сразу же, на всякий случай, принял одну порцию.

Затем переоделся в любимый «Kiton» и с наслаждением ощутил на ногах «Testoni» вместо стандартной поделки Тетсуо. От его экипировки я оставил лишь нейрошокер, все также покоившийся в заднем кармане брюк, и магнитную ключ-карту, обнаруженную в одном из карманов рубашки. Весьма своевременная и полезная находка.

– Я уже понял, что в вашем «Церебруме» убийцы, но не ожидал, что они еще и мелкие воришки, – сказал я, вернувшись к девушке. – Кто-то спер мои «Patek» и запонки.

– Но вы ведь ум… вернее, я хотела сказать, все думали, что вы умерли, – ответила она, утирая слезы.

– А тебя разве мама не учила, что грабить покойников – это нехорошо?

– Это не я, – Мику так замотала головой, что ударилась о стену.

– Ладно, это неважно. Вставай. – Я подал ей руку и поднял с пола.

– Тетсуо! – она бросилась к парню, обхватила его лицо руками и начала тормошить. – Ты жив?!

– Оставь его. – Я взял ее за локоть. – Говорю же, ничего страшного с ним не случилось. Если ты сейчас ответишь на несколько вопросов, то я избавлю вас от своего присутствия и ты можешь хоть целый день рыдать над ним. Сядь.

Я посадил ее на стул, стоявший у металлического лабораторного стола. Услышав про возможность моего скорого исчезновения, девушка немного успокоилась.

– Так, во-первых, кем ты здесь работаешь? Ты знаешь Накадзаву?

– Я ассистент профессора Ичиро Сугимото, он руководит лабораторией ДНК-микрочипов. Мы там изучаем различные особенности обычных и мутированных генов, – пояснила Мику на мой недоуменный взгляд. – Накадзаву-сан я знаю, конечно, он же директор центра, но ни разу не говорила с ним.

– А что ты знаешь об операциях, после которых надо утилизировать тела?

– Ничего, – яростно замотала та головой. – О них толком никто ничего не знает, ходят слухи, что это связано с работами Окадо-сэнсея над продлением жизни, но это все – очень секретно. А я – простой ассистент.

– Хорошо. Ты знаешь, где расположен кабинет Накадзавы? Сможешь нарисовать план?

– Знаю только корпус. Мы сейчас в корпусе «F», а все руководство – в «А». Но между всеми зданиями есть подземные или надземные переходы.

– Хорошо. – Я осмотрелся и увидел на одном из стеллажей лист-планшет с японскими надписями. Сняв его, сунул лист Мику.

– Рисуй. – Сзади зашевелился Тетсуо, но одного взгляда хватило, чтобы понять, что в чувство он придет еще не скоро. – И не забудь отдельно указать, как от вашего хранилища к выходу из здания пройти. Мы на каком этаже?

– В цокольном. – Девушка, высунув от усердия кончик языка, хоть и неумело, но на удивление грамотно выводила линии расположения корпусов «Церебрума». Дело это у нее заняло минут десять, за которые я обыскал стоявшие в лаборатории шкафы и отобрал полезные, на мой взгляд, вещи. Затем начал располосовывать на ленты одежду парня и простынь, из-под которой я недавно так эффектно появился.

– Вот, – протянула она испещренный линиями лист.

– Отлично – я зафиксировал рисунок. Выходило, что между зданием, где я сейчас находился, и административным корпусом располагались два лабораторных блока, соединенные подземными переходами.

– Что вы делаете? – Мику со страхом наблюдала за тем, как я начал привязывать парня к каталке. Запястья, предплечья, бедра, щиколотки. В результате тот оказался спеленат, как младенец в люльке.

– А ты думала, я уйду и просто так вас здесь оставлю? – я затянул последний узел и повернулся к ней. – Чтобы вы сразу тревогу подняли? Снимай халат.

– Что? – судя по расширенным глазам, девушка решила, что во мне проснулись нечестивые помыслы.

– Снимай, снимай. – Я помог ей освободиться от верхней детали одежды, под которой обнаружилась бежевая блузка, усадил Мику обратно и начал привязывать ее руки и ноги к стулу. Та, видимо уже смирившись с участью пленницы непонятно как восставшего из мертвых пациента, молчала, лишь иногда вздрагивая, когда я затягивал очередной узел.

– Так. – Я шагнул назад и критически осмотрел результаты. Что ж, освободиться она сможет, но вряд ли на это уйдет меньше двух часов. А к этому времени я уж наверняка дам знать Накадзаве о своем чудесном возвращении.

– А теперь последний штрих. – Мику не успела даже ойкнуть, как я вставил ей в рот заранее заготовленный кляп и зафиксировал одной из лент. Девушка негодующе замычала, но мне уже было все равно.

– Не переживай, – похлопал я ее по плечу. – Когда я найду Накадзаву, обязательно скажу, чтобы он послал кого-нибудь сюда.

Лично я всегда считал, что ложь во благо – это хорошо, в чем и убедился лишний раз, увидев, что Мику заметно успокоилась. Затем я проверил, как там Тетсуо и, повернув ему голову набок, чтобы ненароком не задохнулся, также снабдил кляпом.

Что ж, теперь можно было выдвигаться. Халат японки был узковат в плечах, поэтому пришлось просто накинуть его на плечи. Коридоры в зданиях наверняка под наблюдением камер службы безопасности, так что появление неизвестного мужчины в дорогом костюме вряд ли останется незамеченным. А вот на одетого в халат одного из многих работников центра вряд ли кто-то обратит внимание.

Оглянувшись напоследок и убедившись, что вроде бы ничего не упустил из виду, я открыл дверь хранилища и вышел наружу.

18

Я шел по коридору, старательно уткнувшись в планшет, так, чтобы только видеть фигуры идущих навстречу. Надеюсь, что со стороны я выглядел тем, кем и хотел казаться. Спешащий по своим делам сотрудник, настолько увлеченный решением какой-то задачи, что не замечает никого вокруг.

Иногда я все же чуть приподнимал голову, чтобы отметить места расположения камер наблюдения. Судя по компоновке, ставил их не особо старательный специалист. Практически между всеми камерами были «мертвые зоны», не попадавшие в поле зрения оператора.

Руководствуясь рисунком Мику, я благополучно по подземному переходу перешел из корпуса «F» в один из лабораторных блоков, а из него, пройдя часть пути через парк, попал в административное здание. Теперь мне надо было каким-то образом узнать, на каком этаже расположен кабинет Накадзавы. Как ни удивительно, но я, помня первый визит к директору центра, шесть лет назад, совсем забыл, где именно он сидит.

Неожиданно впереди, метрах в десяти, открылась дверь и из нее вышли двое.

– Извините, иси Канда, но мне кажется, вы не правы. На эту проблему можно взглянуть и под другим углом…