Читаем без скачивания Измерение “Ф” - сборник

— Я уже объяснял вам процедуру, — совершенно ровным голосом сказал Габбен. — Раз вы не поняли, то повторю еще раз. Фирма ГБТ, как и все остальные фирмы, осуществляющие разработки в области биотехнологии, метит своих биороботов генетическим клеймом по стандартной методике. Отрезок ДНК биоробота, который ни при каких мыслимых условиях не может экспрессироваться, несет на себе метку фирмы-изготовителя. Стандартная процедура, которую мы и сами используем в своей биотехнологии, разработанная нами задолго до первых межзвездных полетов. Как вам могут подсказать специалисты, вероятность случайного возникновения последовательности нуклеотидов, аналогичной метке фирмы, слишком мала, чтобы это событие могло произойти за все существование Вселенной. Поэтому по законам Сообщества все организмы, несущие метку, где бы и в каком бы состоянии они не находились, являются собственностью фирмы-изготовителя. Идентификация же биороботов производится элементарно. Достаточно проанализировать кровь человека по стандартной методике, чтобы понять…

— Да вы понимаете, что вы говорите?! — вдруг заорал Риттул. — Что вы скажете, если ваша — ВАША! — кровь вдруг покажет наличие метки?

— Я прошу на меня не кричать, — сказал Габбен, снова выдержав паузу. — Вы испуганы, и это понятно. Что же касается меня — меня лично, — то ваша обеспокоенность моей судьбой лишена оснований. Я совершенно точно знаю свою родословную на протяжении девяти последних столетий и могу вас уверить, что не несу в себе генов, характерных для биороботов. Хотя бы потому, что первое столкновение человека с тсангитами произошло всего семьсот три года назад, и раньше этого времени биороботы просто не могли проникнуть в человеческое общество. Так что за меня, повторяю, беспокоиться не стоит. Что же касается вас… — договаривать он не стал.

— Мне не ясно, — подал голос молчавший до сих пор Иттэ Сантало. — Почему фирма ГБТ предъявила иск именно сейчас?

— Да какое это имеет значение? — повернулся в его сторону Риттул.

— Существенное. Насколько я знаю Кодекс Сообщества, существует понятие срока давности. Не так ли, господин Габбен?

— Такое понятие существует, — поджав губы, ответил Габбен. — Но срок давности нельзя применять к праву собственности. Право собственности вечно и незыблемо.

— Несомненно. Но на каком основании тсангиты требуют экспертизы? На основании результатов, полученных восемьдесят два, если не ошибаюсь, стандартных года назад. Могут ли столь давние результаты служить основанием для предъявления иска?

— Даже если и не могут, — немного подумав, сказал Габбен, — это ничего не изменит. Ровным счетом ничего. Хотя бы потому, что они дают право на проведение выборочной проверки. Судя по информации, которой я располагаю, такая проверка неизбежно подтвердит прежние результаты. Вы получите отсрочку — не более.

— А если не подтвердит? Я правильно понимаю ситуацию, господин Габбен, считая, что в таком случае иск будет признан недействительным?

Габбен молча кивнул. Этот Сантало совсем не глуп. И не трясется от страха за свою шкуру, что довольно странно. Насколько знал Габбен, происхождение предков Сантало было весьма и весьма сомнительным. Его предки по материнской линии уже в восьмом колене были неизвестны. Конечно, это еще ничего не означает, но не хотел бы Габбен поменяться сегодня местами с Сантало.

— Вот видишь, Риттул, не все еще потеряно, — Сантало встал и подошел к Координатору. — Тем более теперь, когда мы получили метку для экспертизы…

— Я думаю, господин Габбен извинит нас, — поспешно сказал Риттул. — Нам необходимо собрать руководство базы, чтобы выработать план действий.

— План действий предусмотрен процедурой экспертизы, внесенной в Кодекс Сообщества, — холодно сказал Габбен. — Но я не стану вам мешать. Только прошу помнить, что я должен представить посредникам отчет о своих действиях не позднее, чем через сутки.

Он не спеша встал, молча кивнул на прощание и вышел. Некоторое время в кабинете было совершенно тихо. Первым заговорил Риттул:

— Какого черта, — сказал он совершенно ровным голосом, за которым чувствовалась в любой момент готовая вырваться наружу ярость. — Какого черта потребовалось тебе распускать язык перед этим?…

— А что особенного? — голос Сантало прозвучал неуверенно, совсем не так, как минуту назад.

— Ведь этот… этот Габбен — консультант фирмы ГБТ, представитель тсангитов.

— Но он же человек…

— Он представитель фирмы и только потом уже человек. Если он вообще человек. А ты выбалтываешь перед ним то, может быть, единственное, что дает нам сегодня хоть какую-то надежду.

— Прости, я не подумал, — Сантало сел, обхватил голову руками. — Вот ведь проклятье! Сорвалось с языка. Мне вдруг пришло в голову, как можно отвести угрозу, и я на радостях обо всем позабыл. Ты думаешь, Габбен способен донести о нашем разговоре тсангитам?

— Не думаю, Иттэ. Я знаю, — Риттул отошел от окна, сел за свой стол, помолчал, успокаиваясь. — Я прекрасно знаю людей подобного сорта. Тот же Габбен с его бог знает сколькими поколениями влиятельных предков. Одно это делает его не таким, как мы. Он донесет, поверь моему слову, он обязательно донесет обо всем, что сумеет пронюхать. И если мы не найдем выхода, человечеству останется два пути — либо удовлетворить этот иск, либо погибнуть. И я не знаю, что хуже.

— Да… — ответил Сантало и замолчал. Что тут скажешь? Тсангиты требовали поголовной, под надзором посредников, проверки всех людей на наличие в их генах метки фирмы ГБТ. И тот, чьи гены содержали эту метку, автоматически становился собственностью фирмы. Собственностью, имеющей не больше прав, чем обыкновенный биоробот. Он на мгновение представил себя в таком положении и ужаснулся. Проклятье! Угораздило же этого Пьера Галлоди восемьдесят два года назад разбиться на планете, осваиваемой тсангитами. Они теперь утверждают, что он погиб при катастрофе, но останки его в то время землянам возвращены не были. Тсангиты вообще тогда ничего не сообщили об этом случае. И вот теперь вдруг вспомнили о нем. Почему именно теперь? Скорее всего, именно из-за срока давности, ведь теперь никто не спросит с них за сокрытие этого эпизода. Они всегда чисты перед законами, действующими в Сообществе, они всегда искусно скрывают свои преступления. Для доминирующей цивилизации это не составляет труда. Кто теперь разберет, была ли катастрофа с Галлоди на самом деле, не состряпаны ли все свидетельства совсем недавно?

Впрочем, события того времени особенного значения теперь не имели. Имело значение лишь то, что, согласно утверждениям Габбена и документам, которые он представил, в генах Пьера Галлоди содержалась метка фирмы ГБТ, самой влиятельной тсангитской фирмы галактической биотехнологии. И Пьер Галлоди, имея при себе документы, оформленные с соблюдением всех правил, предписываемых Кодексом Сообщества, являлся, следственно, не человеком, а биороботом, собственностью этой фирмы. Или, по крайней мере, потомком биоробота. Хотя разница несущественна — биороботы передают все свои признаки по наследству вместе с меткой. Биоробот с документами человека — это было грубейшим нарушением Кодекса. Тсангиты вправе были требовать поголовной проверки, если бы не тот же срок давности. Срок давности был пока что единственным, что давало хоть какую-то надежду людям.

Сообщество, будь оно проклято! Этот Габбен в самом начале сегодняшней беседы имел наглость что-то говорить о добровольном вступлении землян в Сообщество. Если что-то, совершаемое под угрозой тотального уничтожения, можно назвать добровольным, то тогда действительно земляне вступили в Сообщество совершенно добровольно. И совершенно добровольно подчинились его Кодексу, отказавшись от исследований в ряде областей науки, от распространения своего влияния на множество запретных областей Галактики, от создания мощного космического флота, перейдя к строгой регламентации жизни на Земле и немногих других ограниченно пригодных для обитания планетах, найденных за долгие годы исследований. Со всем этим можно было бы смириться, это можно было бы воспринимать как необходимое ограничение свободы с тем, чтобы разные цивилизации не сталкивались в Галактике в бессмысленном и расточительном соперничестве, всегда чреватом возникновением войны на уничтожение, если бы Кодекс Сообщества был одинаково регламентирующим для всех его членов. Но те же тсангиты с незапамятных времен пользовались преимуществами и не думали от этих преимуществ отказываться. А чего стоили находки трехсотлетней давности на Беллуме, где люди обнаружили несомненные следы уничтожения тсангитами целой самостоятельной цивилизации — и это при том, что никакой санкции Сообщества на проведение этой акции тсангиты не получали и даже не запрашивали. А их биороботы? Сантало представил себе снова, что это будет значить для него, лично для него, если в его генах обнаружится метка ГБТ, и ему опять стало плохо. Как и накануне вечером, когда он получил срочный вызов от Риттула.