Для осуществления этих целей и поставленных задач общество с разрешения министерства торговли и промышленности, в ведении которого оно состояло, имело право:
– организовывать и открывать художественно-промышленные школы, художественно-ремесленные мастерские и рисовальные классы;
– учреждать и содействовать открытию библиотек, состоящих из собрания рисунков, гравюр, художественных и специальных изданий по художественной промышленности;
– учреждать в промышленных центрах художественно-промышленные музеи;
– устраивать периодические, постоянные и передвижные выставки художественно-промышленных рисунков и изделий;
– открывать бюро для приема художественных заказов;
– назначать конкурсы по художественной промышленности с выдачей премий и медалей, а также устраивать лекции и созывать съезды по вопросам художественной промышленности.
Состоять общество должно было из почетных и действительных членов, непосредственно работающих в области художественной промышленности, или лиц, известных своими заслугами в деле развития художественной промышленности. Руководить обществом должен был избираемый Совет, в состав которого входили председатель, его товарищ и 12 членов. Учредителями общества являлись: член Совета министерства торговли и промышленности, директор Императорского Строгановского училища, действительный статский советник Николай Васильевич Глоба, хранитель музея императора Александра II, статский советник Станислав Владиславович Ноаковский, преподаватель Строгановского училища, статский советник Сергей Сергеевич Голоушев, преподаватель Императорского Строгановского училища, ученый рисовальщик Константин Васильевич Орлов и инспектор Императорского Строгановского училища, статский советник Павел Павлович Пашков.
Художественно-промышленный музей императора Александра II являлся одним из немногочисленных хранилищ, доступных широкой публике, коллекция которого к 1917 г. насчитывала более 8 тысяч экспонатов и позволяла наглядно представить картину развития мирового декоративно-прикладного искусства, начиная с произведений древнего Египта, античности и заканчивая современностью. Но основное назначение музея было в коллекционировании произведений русского национального искусства, так как деятельность Строгановского училища изначально была нацелена на сохранение и развитие своих богатейших традиций.
Как было записано в отчете за 1909–1910 учебный год, пополнение музейной коллекции составляет предмет особых забот директора училища и музея Николая Васильевича Глобы19.
Примечания
1 Бутовский В.И. Соображения об устройстве в Москве общеобразовательного Политехнического музеума, читанные директором Строгановского училища В.И. Бутовским 13-го мая 1871. М.,1871. С. 9.
2 Строгановское центральное училище технического рисования в Москве. Статья Москвича // Искусство и художественная промышленность. 1899. № 5. С. 288.
3 Отчет, составленный Императорским Центральным художественно-промышленным училищем за 1909–1910 годы. М., 1910. С. 4–5.
4 РГАЛИ. Ф. № 677. Он 1. Ед. хр. № 2070. Л. 32–34.
5 РГАЛИ. Ф. № 677. Он. 2. Ед. хр. № 37.
6 Там же. Ед. хр. № 23. Л.62.
7 РГАЛИ. Ф. № 677. Он 1. Ед. хр. № 2070. Л. 28.
8 Там же. Л. 29.
9 Искусство и художественная промышленность М., 1899. № 12. С. 1045.
10 РГАЛИ. Ф. № 677. Он. 2. Ед. хр. № 37. Л. 37.
11 Отчет о деятельности Строгановского училища технического рисования за 1898–1899 учебный год.
12 Аксененко М.Б. Письма И.В. Цветаева и музей изящных искусств в контексте истории русской культуры // И.В. Цветаев – Ю.С. Нечаев-Мальцов. Переписка / 1897–1912. С. 354.
13 Там же.
14 Искусство и художественная промышленность. 1899. № 12. С. 1045.
15 Московские ведомости. 1902. Январь.
16 Отчет о деятельности Строгановского училища технического рисования за 1898–1899 учебный год.
17 РГАЛИ. Ф. № 677. Он. 2. Ед. хр. 36. Л. 56.
18 Там же.
19 Отчет, составленный Императорским Центральным художественно-промышленным училищем за 1909–1910 годы. М., 1910.
Наталия Давыдова и ее «Вербовка»
Г.Ф. Коваленко
Наталия Давыдова (20.09.1875-28.03.1933) принадлежала к кругу той украинской аристократии, которая считала своей святой обязанностью и долгом всячески охранять, поддерживать и развивать народное искусство. Достаточно назвать лишь несколько имен: Олена Пчилка (известная писательница, мать Леси Украинки), княгиня Наталия Яшвиль, Варвара Ханенко, Наталия Шабельская, Екатерина Скаржинская. В их домах и имениях были огромные собрания предметов народного искусства, все они руководили созданными ими артелями, субсидировали археологические раскопки, устраивали выставки, организовывали музеи
Влюбленность в народное искусство передалась Наталии Михайловне, можно сказать, по наследству от матери – Юлии Николаевны Гудим-Левкович, собравшей огромную коллекцию украинских вышивок и ковров, зарисовавшей целые тома орнаментов и организовавшей в своем имении Зозове вышивальную мастерскую.
Свою мастерскую организовала в 1900 г. в Вербовке и Давыдова. Целью этой мастерской было возрождение многих, почти утраченных вышивальных принципов. Давыдова вначале сама, а потом и вместе с Александрой Экстер предпринимала в подлинном смысле научные экспедиции по разысканию старинных крестьянских вышивок, литургического шитья, предметов ткачества. Найденное тщательно изучалось, классифицировалось и служило крестьянкам Вербовки образцами. Но их им надлежало не просто копировать, а еще и варьировать потом канонические мотивы, развивать их и сопрягать с современными формами – в разных подушках, сумках, поясах. Всё это происходило под руководством Давыдовой и Экстер, проводившей порой в Вербовке целое лето.
Есть основания полагать, что своим увлечением вышивкой, увлечением, прошедшим через все годы творчества, А. Экстер обязана Наталии Давыдовой, своему близкому другу, разделившей многие и очень важные сюжеты судьбы А. Экстер – ив искусстве, и в жизни.
К слову, еще в 1908 г. Александра Экстер очень определенно дала понять: живопись – не единственная сфера приложения ее сил. В свою экспозицию на киевской выставке «Звено» она наряду с многочисленными натюрмортами и швейцарскими пейзажами включила и вышивки1. Надо сказать, это был не просто жест и совсем не прихоть молодого живописца, но абсолютно осознанная и уверенная позиция. В каком-то смысле «Звено» и задумывалось, чтобы эту позицию утвердить. Автором идеи «Звена» была сама А. Экстер2, она же оплатила все расходы по устройству выставки. И именно по ее настоянию тогда на «Звене» свои вышивки показали Михаил Денисов, Эрна Детерс, Агнесса Линдеман, Вера Попова, Евгения Прибыльская.
Стоит напомнить, что это 1908 г., а «Звено» – одна из первых выставок с участием А. Экстер. Но к этому времени художница уже знала о вышивке всё и многое сделала сама.
Особенностью вербовской артели было то, что ею руководили профессиональные художники, а потому всё, что делалось крестьянками, менее всего напоминало поточную продукцию. Изделия из Вербовки сразу же привлекли к себе внимание особой изысканностью и высокой артистичностью. Их сразу оценили, особенно художники. М.В. Нестеров даже включил ряд вышивок Вербовки в экспозицию выставки своей живописи в Петербурге и Москве (1907)3.
Оценили их и исследователи-этнографы, потому что и Давыдова, и Экстер проявляли всегда редчайшую деликатность по отношению к традициям, их в Вербовке ни в коем случае не деформировали и не искажали, лишь раскрывали в них всё новые и новые возможности и перспективы. Когда в конце 1904 г. в Киеве открылся Художественно-промышленный Музей имени Императора Николая Александровича с большим этнографическим отделом (созданным, отметим, на основе коллекций все тех же О. Пчилки, В. Ханенко, Н. Яшвиль, Н. Терещенко и др.), артель в Вербовке стала непосредственно сотрудничать с ним. Директор музея, известный историк искусства Н.Ф. Беляшевский, часто бывал в Вербовке, посылал Давыдовой для работы образцы из собрания музея, оказывал всякого рода исторические консультации4.
Первым научным проектом нового музея стала подготовка выставки, задачи которой были определены следующим образом: «С целью прийти на помощь делу развития на юге России кустарных промыслов, в Киевском Музее Императора Николая II предположено устроить в январе 1906 г. „Выставку прикладного искусства и кустарных изделий“. Выставка будет заключать лишь те предметы, на которых проявилось народное художественное творчество»5.
Председателем Комиссии по устройству выставки была назначена княгиня Н. Яшвиль, секретарем – Н.Ф. Беляшевский. Разумеется, вся научная сторона проекта была разработана им. В состав комиссии, предложенный тоже им, вошли многие и среди них Александра Экстер (тогда еще Григорович) и Наталия Давыдова.
