Читаем без скачивания Галактики как песчинки - Брайан Олдисс

— Могу я всё-таки увидеть Ишраиля? — с ноткой подобострастия в голосе спросил Дэви.

— Вы заставляете меня повторять отрицательный ответ, мистер Дэл, — проговорил Шансфор. — А теперь, если вы пройдёте со мной, я думаю, сможете поговорить с Советом…

По коридору они прошли к лифту, поднялись на одну палубу выше, в оббитую мехом комнату. С окон спускались тяжёлые портьеры, пылал камин, а на одной из стен висел оригинал Вадифанго — анатомический рисунок тигра.

В центре комнаты находился длинный стол; мягкие стулья выстроились у стен, однако четверо мужчин и среди них Старший Брат Инальд Уатт стояли у камина.

Дэви был представлен всем.

Старший Брат — маленький лысый с официальными манерами мужчина, облачённый в голубую обтягивающую тунику, пожал руку Дэви, а затем прошёл к столу и взял папку с серебряной застёжкой.

— Данный случай, мистер Дэл, представляет для нас большой интерес, — начал он сухо.

— Для меня это — больше, чем просто случай, — отпарировал Дэви.

— Ну да, ну да. Конечно. Как мне сказали, вы очень близко сошлись с Ишраилем за короткое время. Будьте осторожны, не позволяйте, чтобы это превратилось в навязчивую идею.

— Это не навязчивая идея, — сказал Дэви. — Я принял сторону Ишраиля, потому что этого не сделал никто. Мне кажется, для него удобно быть жертвой. На первый взгляд, это дело — очень простое. Но здесь, в Новом Союзе, оно приобретает все более сложный характер.

Он почувствовал, что говорит не так вежливо, как намеревался. И смутился. Его привели в замешательство сама комната, официальный вид членов совета — так сильно они отличались от жителей его деревни. В своём кругу, на ферме и на пастбищах, его хорошо знали и уважали. Здесь же он чувствовал себя не в своей тарелке. Кто он? Простой селянин, попавший в элитную среду. Даже туники их разного цвета. Отвратительное ощущение того, что он выглядит посмешищем, охватило его и уже не покидало до конца; невидимый барьер между ним и его мыслями заставлял его говорить не то, что он думал.

— Я имел в виду, что это — вопрос здравого смысла, — выдавил он и тут же понял, что ещё больше все испортил.

Инальд Уатт мягко улыбнулся, вероятно, пытаясь скрыть своё раздражение.

— К несчастью, мистер Дэл, существуют проблемы, где здравый смысл — слишком грубый инструмент действия. А именно таков случай с Ишраилем. Безусловно, мы добились некоторого прогресса посредством косвенного подхода. Но об этом — позже.

— Я просто высказал своё мнение, — буркнул Дэви.

Он хотел сказать это с достоинством, даже с вызовом, но в такой изысканной обстановке фраза прозвучала неубедительно.

— Хорошо, — тихо произнёс Инальд Уатт, рассматривая свои пальцы, словно видя их впервые. — Поверьте, мы хорошо отдаём себе отчёт в том, как мог смотреться такой экземпляр, как Ишраиль, в Берхаре. Но здесь, на “Сибирквине”, мы очень часто сталкиваемся с подобными явлениями.

— Мы не такие уж простофили у нас в Берхаре, — обиделся Дэви, по-своему трактуя утверждение Уатта.

Уатт печально склонил голову, как бы подтверждая справедливость ремарки.

Сознавая, что он опять оказался на грани всеобщего посмешища, Дэви одёрнул тунику и терпеливым тоном принялся за пояснения:

— Я приношу свои извинения за то, что проделал весь этот путь сюда и теперь досаждаю вам, сэр. Но я чувствовал потребность увидеть собственными глазами то, что вы делаете с Ишраилем. Я имею в виду, делаете ли вы вообще что-либо.

— Мы сделали много, — спокойно ответил Уатт. — Это хорошо, что вы прибыли сюда. Все мы с готовностью подтвердим, какое большое внимание уделяется Ишраилю.

Он кивнул и улыбнулся. Все последовали его примеру. Они все пережили очень трудные дни — и что же? Уатт хотел дать Дэви шанс, но тот уловил в голосе директора нотку упрёка и вспыхнул, как мальчишка под строгим взглядом учителя.

— Откуда я знаю, что вы здесь делаете? — пробормотал он. — Я просто чувствовал себя обязанным приехать и посмотреть.

Тень раздражения мелькнула на лице Уатта и исчезла.

Брат Шансфор, хорошо зная своего директора, боялся осложнений; директор — не из тех, которые прощали того, кто им не нравился. Дэви попал в немилость; вместо обсуждения встреча грозила перейти на личности.

Почувствовав нечто подобное, Дэви решил ретироваться и повернул разговор в иное русло.

— Я видел, что Ишраиль не в себе! — воскликнул он, и сразу же эта дурацкая фраза разрядила обстановку.

Сейчас они все видели в нём обыкновенную глупую деревенщину, не способную оценить ситуацию.

— А теперь — некоторые факты, — сказал Уатт, листая бумаги. — Они объясняют наши исследования, э-э, пациента и, я искренне надеюсь, развеют ваши тревоги и чувство неопределённости, которые, возможно, вас обуревали.

— Расскажите ему об экспертах, Инальд, — подсказал Шансфор.

— Да, да, — подхватил Старший Брат. — Эти записи — выдержки из заключений экспертов данного и других кораблей-больниц, которые исследовали, э-э, Ишраиля, как он называет себя. Пожалуйста, присаживайтесь, мистер Дэл, и расстегните тунику.

Дэви мгновенье колебался, затем послушно сел, небрежно расстегнул тунику. Трое остальных членов совета восприняли происходящее как команду удалиться.

— Итак… — начал Уатт, прочищая горло и уставившись в бумаги, лежащие перед ним. — Сразу же предлагаю перейти прямо к фактам, хорошо?

— Вечером тридцать первого, последнего месяца Фай, Ишраиль был обнаружен в полубессознательном состоянии, голым в амбаре неким Джорджем Фанди, работником фермы Брунделла, в провинции Берхар. В первое время казалось, что Ишраиль совсем не мог говорить. Фанди закутал его в мешковину и поместил в свой фургон. Утром Ишраилю стало лучше, хотя, по-прежнему, память ещё не полностью вернулась к нему. Затем он заговорил на нашем языке и, заметьте, отлично заговорил. Это очень важно, мистер Дэл, ибо отбрасывало любые сомнения о его, м-м-м, галактическом происхождении.

— Но он объяснил… — начал Дэви.

— О, да! Он объяснил все, мистер Дэл. Но давайте, вернёмся к истории болезни.

— Ишраиль оставался в фургоне до следующего утра, тридцать третьего дня Фай, когда Фанди решил доставить его к Брунделлу. В это время он и познакомился с вами и Остраханом — местным доктором. Были также приглашены представители полиции провинции, которые попытались выяснить местопребывание Ишраиля до того, как его нашёл Фанди, Но сделать это не удалось.

— Очко в пользу Ишраиля, — сказал Дэви.

— Маленькое очко в пользу Ишраиля, — уточнил Уатт. — Вот так все и произошло. Похоже, вы единственный, кто поверил в его сказку, Дэл, и, зная моего друга Шансфора, вы решили привезти Ишраиля сюда, на наше попечение. Очень мудрый поступок, если позволите назвать так ваши действия.