эта свалившаяся на них бесплатная благодать никак не помешала им продолжать напиваться, вливая в себя отраву одновременно с лекарствами и витаминами. На робкие увещевания медбрата внимания никто не обращал – эти много чего повидавшие люди понимали, что еще ничего не закончилось и самое страшное ждет впереди.
Около получаса назад частично заработала внутренняя инфо-сеть сектора, куда тут же неведомым образом начали просачиваться различные новости извне. Не всему можно было верить, но опять же некий крысиный инстинкт подсказывал на что следует обратить внимание. И вскоре в комнату вошел пьяный, но твердо держащийся на ногах громила. Набычившись, он шагнул к группке самых фанатичных, следящих за тем, чтобы эта искра не угасла и в остальных. Не особо понижая голос, он постучал пальцем по потрескавшемуся экрану своего браскома и проворчал:
- Короче дело плохо. Они идут.
- Кто? – чуть громче и визгливее чем нужно осведомилась седая женщина – «Нули»? Эти твари идут за нами?!
- Нет – буркнул громила – Копы.
- Так ведь переговоры! – выдохнул тощий и кривой как кусок ржавой арматуры доходяга, слишком уж высокий для своего телосложения – Динамики гудят! Стрельбе конец – давайте мол договариваться!
- Вранье! – отрезал мускулистый – Короче новости такие – всем выдают одеяла и жратву, наливают горячее питье, баб с детишками отправляют по домам, раненных лечат на месте или кладут на койку в лагере. Самых легких тоже отправляют в свои кварталы. Сверху выдают трехдневные пайки жратвы и воды. Велят сидеть по норам и в коридоры не соваться. Напрямую не угрожают, но и так все всем понятно.
- Так я и говорю – переговоры! – настала очередь высокого и тощего сорваться на тонкий визг – Всё путем? Космос чист – можно в родные доки?
- Уткнись, Дилрой! – рявкнул громила, сжимая кулак – Хвост поджимать поздно! Наши рожи на каждую камеру попали и нас по домам не разгонят! Сюда слушайте! В сети говорят, что по окраинным коридорам двинулись по двое-трое перевязанных работяг в грязных комбезах. Но они не из наших! Копы! Лица измазали, бинтами умотались, а под комбезами у них игольники и ручные сканеры! Как только засекут кого из наших самых сильно себя показавших – тут же на месте и валят наглухо! Говорят, у них приказ всех зачинщиков на утилизацию отправить.
- И где они сейчас? – мутант с черной курчавой бородой наклонил свою изуродованную деформированную голову, чтобы лучше слышать – Нам получится отсидеться?
- Куда там! Заглядывают в каждую щель! Не знаю устоит ли эта дверь…
- Если у них полицейский аварийный ключ – куда там! – робко вставил медбрат, усевшись у стены и баюкающий в руке кофейную чашку с разбавленным водой спиртом – Войдут как себе в ЖилМод – растворенный в крови алкоголь добавил ему смелости, и он решился попросить – Свяжите меня, а? Я ведь ничего не сделал – за что меня вместе с вами валить наглухо?
Ему никто не ответил – столпившиеся вокруг лидера люди напряженно ждали решения проблемы, а они, те, кто взвалил на свои усталые плечи чужие судьбы, старались придумать хоть что-то, понимая при этом, что деваться им некуда. Отсюда выход только один – обратно в коридоры пустого и страшного сейчас «внешнего» сектора, где бродят группы ликвидаторов.
- Прорваться бы в тоннели старых шахт – тоскливо протянул изможденный старик, глядя, как сжимаются и разжимаются стальные пальцы его недавно установленного протеза левой руки.
- Чем там дышать?
- Все оборудование так там и осталось – возразил старик – Я знаю! Мой отец был шахтным инженером! Да и у меня хватит мозгов, чтобы все запустить. Нагрести где-нибудь жратвы и воды – и туда на пару недель.
- А священная война?! – вскрикнула седая женщина и сердито ударила кулаком о стену – Мы должны истребить всех поганых «нулей»! Так велел святой отец Микаил!
- Истребить – проворчал старик, куда быстрее остальных пришедший в себя и уже понявший, насколько плохо обстоят их дела – Как бы нас не истребили. Отец Мика не жив, не мертв… Мы сами едва на ногах стоим. Нам надо где-то укрыться. Форд… малой… ты ведь не хуже меня эти коридоры знаешь. Сможешь довести до одного их бывших шахтных шлюзов? Из тех, что закрываются без автоматики.
- Довести смогу – оживший громила почесал саднящий после последней заварушки затылок и признался – Двоих… может троих провести смогу. Но нас вон сколько… а еще отец Микаил – его как? На руках?
Медбрат опять подал голос:
- Умрет сразу! Спятили? Его вообще двигать с места нельзя. Разве что только на платформе грузовой – и вместе с резервным медицинским модулем. У нас есть такой. Я даже запустить его смогу. Но этот модуль весит больше ста килограмм и он ни черта не мобильный.
- А платформа есть?
Медбрат Виктор мотнул головой:
- Своих не держим. Тут есть пара автоматических доков с платформами неотложки. Но их либо диспетчера вызывают, либо аккредитованные в системе доктора. А я… я просто медбрат с нищенским окладом. Что вы от меня хотите? Я никто! – допив спирт, он подставил кружку под горлышко бутылки сидящего рядом мужчины и пьяно повторил – Я никто! С-сука… просто никто!
- Как и все мы – тихо произнесла одна из женщин – А может просто подождем здесь и все обойдется? Зачем копам заглядывать в закрытую клинику?
В помещении снова повисло тяжелое молчание, прерываемое лишь стонами и вскриками спящих мятежников.
- Надо уходить в шахты – едва слышно повторил старик – Иначе не спастись…
21.
- Удар по Раккатару! Пираты напали на колонию Раккатар! – это страшное известие выплюнул из себя подплывающий к огромному астероиду потрепанный корабль – Говорят там просто бойня! Все каналы связи блокированы! Пиратов тьмы и они вырезают всех подчистую! Кстати – салют всем! Купец Григориан на связи! Мы живы и здоровы! И… мать вашу… это же крейсер федералов…
На этом общий эфир горланящего судна прервался ненадолго, а когда капитан снова вышел на связь, общался он куда менее развязно и громок. Но главная новость осталась неизменной – атака пиратов на Раккатар.
Но никого это известие не потрясло – куда уж сильнее?
На фоне собственных страшных новостей, утопая в крови и задыхаясь в дыму внутренних пожаров, город Астероид-Сити почти не заметил пришедшей вместе с очередным
