Кристина. Что — это?
Марта (исступленно). Да разве же я вам не сказала? Разве вы сами не догадались по моему отчаянию? Ведь сейчас, через несколько минут, они убьют моего сына!
Кристина. Убьют его!..
Марта. Да, да! Здесь, на этой площади. Они поволокут его перед вашими окнами… Тогда, как в лихорадке, как в бреду, я вырвалась из его объятий и против его воли прибежала сюда, к вам, чтобы сказать: они его сейчас убьют! Защитите его! Но вас не было, и я ждала. О, какая это была пытка! Сколько я выстрадала, считая минуты этой ночи, которую я хотела бы, но боялась сократить. Но вот наконец вы пришли, я вижу вас. Бросимся к ногам вашего отца, к ногам королевы и будем вместе умолять их о помиловании моего сына.
Кристина. Я вам обещаю!
Марта. Скажите им, что он неповинен. Я клянусь вам в этом. Он никогда не был замешан в мятежах и в заговорах, никогда не помышлял об участии в них. Он ни о чем не думал, кроме своей любви к вам.
Кристина. Я знаю. И эта любовь погубила его. Ради меня, ради моего спасения он пошел на смерть. Но нет! Это невозможно! Я отвечаю за его жизнь.
Марта. Правда?
Кристина. Да, сударыня, да. Погибнет кто-то другой, но не он.
Марта. Что вы хотите сказать?
Кристина. Ничего, ничего! Возвращайтесь домой, уходите. Через несколько минут он будет помилован, он будет спасен. Доверьтесь мне!
Марта (неуверенно). Но как же…
Кристина. Верьте моему слову, моей клятве…
Марта (так же). Но…
Кристина (вне себя). Да, наконец, моему чувству, моей любви! Теперь вы мне поверили?
Марта (с удивлением). О небо!.. Да, ваше сиятельство, да… я больше не боюсь. (Вскрикивает, глядя на балконную дверь.) Ах, ах!..
Кристина. Что с вами?
Марта. Мне показалось, что уже светает. Нет; хвала небу, еще темно. Да благословит вас бог и воздаст за эту радость, которой я обязана вам. Прощайте, прощайте!..
Явление IV
Кристина одна (ходит в возбуждении).
Кристина. Я скажу всю правду, я скажу, что он не виновен. Я объявлю во всеуслышание, что он сам обвинил себя, чтобы спасти мою честь. А я… (Останавливаясь.) О, я погублена, я обесчещена навсегда. Ну и пусть, пусть!.. Когда я думаю обо всем этом… К чему все это… так нужно, я не могу допустить, чтобы он погиб. Нет, из любви ко мне он отдает свою жизнь… а я из любви к нему отдам больше, чем жизнь. (Садится за стол.) Да, да, я напишу… Но кому довериться? Отцу? О нет! Струэнсе? Еще меньше. Он при мне сказал, что никогда не простит… Королеве Матильде? Она женщина, она меня поймет. И хотя я не верила — говорят, будто она любима и сама любит. О боже! Сделай так, чтобы это было правдой! Она сжалится и не осудит меня. (Быстро пишет.) Скорей, скорей… Это торжественное признание не оставит ни малейшего сомнения в его невиновности. Подпись: Кристина Фалькенскильд. (Роняет перо.) Ах, ведь сейчас я подписала свой позор и бесчестье! (Быстро складывает письмо.) Не будем об этом думать, ни о чем не будем думать. Дорога каждая минута… Но как же в такую пору? Ах да, через госпожу Линсберг, первую горничную королевы… Пошлю к ней Йосефа, он мне предан. Да, это единственный способ доставить письмо вовремя.
Явление V
Кристина, Фалькенскильд.
Фалькенскильд вошел при последних словах Кристины, когда она шла к двери. Берет у нее из рук письмо.
Фалькенскильд. Письмо? Кому же?
Кристина (с ужасом). Отец!
Фалькенскильд. Королеве Матильде… Ну, не волнуйся так. Если тебе необходимо, чтобы ее величество получила письмо, я ей передам. Но мне кажется, я имею право знать, что пишет моя дочь, если даже она обращается к королеве Дании. Разреши…
Кристина (умоляюще). Отец!
Фалькенскильд (вскрывая письмо). Разреши… (Читая.) О небо! Эрик Буркенстафф здесь, у тебя, в твоих апартаментах… был обнаружен у всех на глазах!
Кристина. Да, да. Это правда! Излейте на меня свой гнев! Хотя я не провинилась перед вами и не была вас недостойна. Клянусь вам, я виновата в том, что моя неосторожность могла скомпрометировать нас. Поэтому я не пытаюсь оправдаться и избежать заслуженных упреков. Но я узнала, что вы скрывали от меня: он приговорен к смертной казни, он — жертва своей преданности и погибнет, спасая мою честь. Однако сохранить честь такой ценой — значит потерять ее навсегда. Я хотела спасти себя от угрызений совести, а вас — от преступления… и написала.
Фалькенскильд. Подписаться под подобным признанием!.. И этим засвидетельствовать перед всеми, перед королевой и ее министрами, что графиня Фалькенскильд, влюбившись в купеческого сынка, опозорила свое имя, свой род, своего отца, который и так уже стал мишенью для всякого рода насмешек и клеветы, а теперь окончательно падет под их ударами. Нет, это письмо, этот залог нашего бесчестья и гибели, не увидит света.
Кристина. Что вы осмелились сказать?! О небо!.. И вы не противитесь этому приговору?
Фалькенскильд. Не я один его подписал…
Кристина. Но вы единственный, кто знает, что он невиновен. И если вы отказываетесь передать это письмо королеве, я сама брошусь к ее ногам… Да, отец, да! Для спасения вашей чести, во имя вашего спокойствия, я крикну ей: «Пощады, ваше величество! Спасите Эрика и моего отца!»
Фалькенскильд (удерживая ее за руку). Нет. Ты не пойдешь, ты не выйдешь отсюда.
Кристина (в ужасе). Неужели вы будете удерживать меня силой?
Фалькенскильд. Я хочу помешать тебе погубить себя. Ты останешься здесь… (Идет к двери в глубине сцены.)
Кристина (идет за отцом, чтобы помешать ему, но, бросив взгляд на балконную дверь, вскрикивает). О небо! Уже светает. Наступает час его казни. Если вы промедлите еще, не будет надежды на спасение, нам ничего не останется, кроме угрызений совести! Отец! Во имя неба! Умоляю вас на коленях, мое письмо!.. Мое письмо!
Фалькенскильд. Оставь меня… Встань…
Кристина. Нет, я не встану. Я обещала матери Эрика спасти его жизнь; и когда она придет ко мне за сыном, которого вы убьете и которого я люблю…
Фалькенскильд делает гневное движение.
(Быстро встает.) Нет, нет, я не люблю его больше, я забуду его, я выйду замуж за Гёлера, я нарушу свою клятву, я повинуюсь вам. (Вскрикивая.) О, это похоронный барабанный бой, я слышу бряцание оружия…
Фалькенскильд. Мне жаль твоего безрассудства. Вот мой единственный ответ. (Разрывает ее письмо.)
Кристина. А! Это уже слишком! Ваша жестокость порывает все, что связывало меня с вами! Да, я его люблю и никогда не полюблю другого. Если он умрет, я не переживу его, я последую за ним… По крайней мере, его мать будет отомщена. И у вас, так же как у нее, не будет больше детей.
Фалькенскильд. Кристина!..
За сценой шум.
Кристина (твердо). Но послушайте… Выслушайте меня. Если народ, который негодует и ропщет, поднимется, чтобы спасти его, если небо, судьба или случай, который, быть может, менее жесток, чем вы, спасет его, то я объявляю вам — никакая сила в мире, даже ваша, не помешает мне принадлежать ему… Я даю в этом клятву.
Слышна усиливающаяся барабанная дробь и вопли за сценой.
Кристина кричит, падает в кресло, прячет голову в руки.
В этот момент раздается стук в дверь в глубине сцены. Фалькенскильд идет к двери.
Явление VI
Кристина, Ранцау, Фалькенскильд.
Фалькенскильд (удивленно). Господин Ранцау у меня! В этот час!
Кристина (бежит к нему, рыдая). О граф, скажите, неужели это правда?… Этот несчастный Эрик…
Фалькенскильд. Молчи, дочь.
Кристина (растерянно). Что мне сейчас щадить? Да, господин граф, я его любила, я виновата в его смерти, я должна искупить вину.
Ранцау (улыбаясь). Подождите, вы не так виноваты, как вам это кажется. Эрик еще жив.
Фалькенскильд и Кристина. О небо!
Кристина. А шум, который мы только что слышали…
Ранцау. Это солдаты его освобождали.
Фалькенскильд (пытается уйти). Это невозможно… одно только мое появление…
