– К матери друга. На вкусненькое, – непосредственность Лизы порой подкупала, но не сегодня.
– Святейшая женщина, – нервно вздохнул Яр. – А чего расстроенная такая? – быстренько перешел на «ты» таксист, попутно решив, что если девушка слышала твои рулады, то чего стесняться.
– Надеюсь, – мямлила Лизок, утирая рукавом набежавшие слезы – рыдать в последнее время у Лизочки получалось лучше всего, и девушка очень надеялась, что побочное явление самого радостного события в ее жизни пройдет, когда все закончится. Непременно благополучно – она станет счастливой женщиной возле любимого мужчины – Мак…
– А мужик где твой? – Ярик снова разогнал мысли Лизы, но на этот раз она была благодарна за это – лучше покончить с иллюзиями и не обманываться. «Какой из Макса отец? Чего он сына научит? Как брошенных девушек на столе уламывать?» Лиза старалась убрать из своей головы воспоминания о сегодняшнем утре, но они нагло заползали обратно, заставляя кожу покрываться мурашками.
– Самой интересно, где мой мужик, – хмыкнула Лизок, – и кого считать мужиком, а кто так – мимо пробегал, со спущенными штанами.
– Ты там поосторожнее, – по-отцовски наставлял Ярик. – Сейчас некоторые мужики как свиньи – не прочь залезть в чужое корытце и дел наворотить, вот, – замялся таксист, пытаясь осознать, что сейчас наговорил затравленному ребенку.
– Ох, Ярослав. Где вы раньше были? – сокрушалась Лизочка. – До того, как в моем «корытце» похозяйничали, – разговор получался отчасти диковатым, но Лизе нужно было выговориться, иначе она рисковала взорваться от распирающих эмоций. А вспомнив, что лучший собеседник тот, которого ты больше не повстречаешь, Лиза щедро залила Ярослава назревшими проблемами.
– Вот козел! – сокрушался Яр. – Как свою женщину на такое разводить? Не прости господи же, а свое, родное. А Эдуардовну эту пожалеть только остается. Вот чего бабы такие дуры? Мне никак не понять их логики! – не выдержал Ярослав, позабыв с кем разговаривает. – На что только они рассчитывает, когда на гулящих мужиков накидываются?
– На чудо, – тихонько прошептала Лиза, отыскав дополнительный аргумент, что она – обычная дура. – Наверно чувствуют себя особенными? – предположила Лизочка. – Надеятся на лучшее…
– Не иначе, – смешно хрюкнул Ярик. – Я же говорил – наивные дурочки. – Гулящий мужик – это гулящий мужик, а не щетинозуб…
– Кто? – удивилась Лиза.
– Щетинозуб. Французский, – уточнил Ярослав, как будто это что-то обясняло. – Рыба такая, – сжалился мужчина, но Лиза после каждого слова напряглась все больше и больше.
– А причем здесь щетинозуб? – рискнула спросить девушка, не ожидая внятного ответа.
– Дык, все же о таком знают! – удивление Ярика было настолько искренним, что Лизочка почти поверила в свою необразованность. – Красивые черти, рыбки эти! И моногамные... Жуть! Никого из конкурентов на свою территорию не пускают. Вот так мучаются друг с другом, пока не умрут.
И хоть Лизочка понимала, зачем Ярик завел этот странный разговор, она чуть не разрыдалась от жалости к рыбкам. Вот же ж надо такое наказание – мучиться до смерти. Бедные! Лизочка даже обрадовалась, что связалась с падким к грязному сексу Михаилом, а не с французским щетинозубом. «Еще хорошо отделалась», – наверняка подумала Лиза, осветив салон улыбкой.
Глава 30. Бар "Туша"
– Я тя не понимаю, брат, – сокрушался Миша, допивая седьмой бокал светлого. Он показал бармену два пальца, от чего Макса Боровского стало мутить еще сильнее – бокалов на его половине столика стояло куда больше, чем возле Миши, но он, как и Михаил, не позволял их убрать, играя в старинную игру «Кто кого перепьет». – Зачем тебе Лизочка, а? Она же холодная как рыба. И в зад не дает!
– Может проблема не в ней, а в тебе? – отрыгнул Макс Боровский в сторону Миши. – Со мной она всегда горяча! Да и в попку я долбиться, братан, не собираюсь, вот, – не той ориентации, – заржал Макс, ощутимо толкнув бывшего партнера в плечо.
– Ну и придурок, – покачал головой Миша. – Как у вас все было?! – глаза Михаила заблестели, а рука опустилась на брюки, словно он собирался удовлетворить себя под рассказы Максима.
– Нет, – Макс помотал головой, пытаясь встать, но тут же снова плюхнулся на стул. – Я таким делиться не собираюсь, – пьяно хихикнул Боровский. – Еще не хватало о фишках конкурентам рассказывать.
– Да какой я конкурент? – Михаил ударил себя кулаком в грудь. – Вот падлой буду, если кому расскажу! – Миша заглянул в один из принесенных бокалов и завис в таком положении до тех пор, пока его не отвлек развеселившийся Макс.
– Ты абсолютно прав! Конкурент ты никакой, – Боровский тоже опустил голову и умолк. Казалось, он спит. – Что с ребенком делать будем? – неожиданно спросил Максим, не поднимая головы, и Миша недовольно поморщился.
– Как что? Ребенок же твой – ты и решай, – было видно, что Михаилу неприятен всплывший разговор. Он столько пытался, а этот долбанный донжуан справился на раз-два.
– Я не уверен, – Боровский смотрел на Мишу влюбленными глазами и улыбался как девушка на первом свидании – мило и одновременно глупо.
– Как это? – Миша старался проникнуться проблемой Максима, но у него ничего не получалось. – Ты же с ней спал?! – начал с самого главного Михаил.
– Спал! – Боровский нечаянно опрокинул бокал, и его содержимое залило стол и брюки Макса. – Эй! Официантка! – Максим свистнул несколько раз. К нему сразу же метнулась девушка в коротенькой юбке, белом передничке и декольтированной кофточке, из которой на Максима пялились огромные, по сравнению со стройным телом, груди. – Я немного… вот, – показал Макс на стол, и девушка с готовностью стала убирать пивную лужу.
– Сюда еще немножечко попало, – ладошки официантка гладили промокшие брюки мужчины, все ближе подбираясь к гордости Макса. – Жаль, что так получилось – такой красивый костюм, – сходу оценила девушка привлекательность экземпляра. – Наверное кучу денег стоит. Да?
– Деньги – пыль! – отмахнулся Макс. – Ты знаешь, Миха, я бы не задумываясь принял Лизочку с ребенком, если бы знал, что он мой, – продолжил Боровский, совсем не стесняясь новой знакомой. – Но так быстро дела не делаются. Утром – секс, а вечером – ребенок! Что это за бред?
– Да ладно, я же не баба, – хмыкнул Миша. – Чего мне голову морочить-то? Я ведь там был и все прекрасно видел, – надулся Михаил, вспоминая, как Макс жался к Лизочке на девичнике. Тогда у Миши и возник коварный план соблазнить Маринку. «Ты спишь с моим партнером, а я украду у тебя подружку», – решил Миша. Что из этого получилось, все прекрасно видели.
– Не знаю, где ты там был, но кто-то привирает, – еле поднялся Макс. – Я отлить, – его стало штормить с такой силой, что Нинель, она же официантка, подлезла под Макса, позволяя ему опереться на свое хрупкое тело.
– Давайте я помогу, – кряхтя предложила дева и, делая маленькие, но уверенные шажки, потащила Максима в сторону уборной.
– Какая хорошая девушка, – похлопал Боровский помощницу по попке. Он выудил из кармана визитку и, прицелившись, сунул ее в декольте Нинель. – Позвони мне завтра – предложу работку получше этой, – Боровский обвел бар рукой, цепляясь за стулья и соседний столик.
– Идемте, Максим Викторович, – продолжала тащить дева Макса, спрятав визитку в кармане передника. – Сейчас я вам помогу. Вот так, еще шажочек, – приговаривала помощница, совсем не обращая внимания на других посетителей. – Все будет хорошо, – бормотала девица, пряча хитрую улыбочку от Макса. – Я постараюсь сделать хорошо, – прошептала Нинель, не позволяя Боровскому упасть. – Надеюсь, вам нравятся решительные женщины.
Глава 31. Сливки
– Останься здесь! – остановил Макс Нину, когда девушка собралась проскользнуть в мужскую уборную. Чтобы успокоить расстроенную отказом знойную красотку, мужчина притянул ее к себе, чувствуя упругость шикарной груди. – Только далеко не уходи, – попросил Боровский, – я должен убедиться в вашей профпригодности, Нина.
