Рано утром, по привычке вскочив с восходом солнца, я попытался совершить свой обычный моцион, но, резко встав с постели, даже не разобранной, как положено, схватился за голову, чувствуя, как она «раскалывается» на две жутко больные половинки.
-О, чтоб его,– прошептали сухие губы, по небу скреб язык, словно наждаком.– Похмелье, мать его…
К горлу подступил противный комок, готовый вырваться наружу в любую секунду, но пока сдерживаемый мной застрял на одном месте, самопроизвольно вызывая рвотные позывы. Так долго продолжаться не могло, поэтому утренняя треножная чаша, с чистой теплой водицей попалась как нельзя вовремя, иначе слугам прибавилось бы работы.
Через пять минут, чувствуя, как в тело возвращаются покинутые его ранее силы. Заставив себя сделать легкую разминку, больше всего напоминающую занятие больных ревматизмом.
-Да, грань была пройдена… и не раз,– хмыкнул я себе под нос, отрывочно вспоминая вчерашние посиделки.– Интересно было бы на двух «орлов» посмотреть…
Постепенно капитан Нарушкин все больше и больше сближался с моим окружением, высказывал свои мысли, по некоторым вопросам, в коих он в силу своих познаний разбирался наиболее хорошо. Он становился одним из тех, кого стало затягивать наша «игра» пусть и переросшая в нечто большее. В свои двадцать семь лет капитан, побывавший под Нарвой, в составе Семеновского полка был ярым сторонником государя, однако, как я успел заметить, его язык был чересчур длинным, за что в конечном итоге его и перевели на «привилегированную должность капитана гвардейцев наследника престола». Вот только эти самые гвардейцы в количестве двух десятков, до назначения Нарушкина представляли собой жалкую пародию на настоящую гвардию, элитой тут и не пахло. Однако за три года молодому капитану удалось значительно поднять уровень своих подчиненных и теперь они уже не напоминали вечно полупьяных солдафонов низшего пошиба.
Мои размышления о капитане своих гвардейцев оборвались на самом интересном месте. В спальню вошел Никифор, неся в руках небольшой ковшик.
-Не желаете квасу, Ваше Высочество?– чопорно спросил камердинер.
-Желаю!– обрадовался я, вставая с пола, где до этого пытался делать упражнения на пресс.– Хорошо, Боже, как же хорошо!
-Подать завтрак, Ваше Высочество?– вновь спросил Никифор.
От одного только слова «завтрак» меня замутило, к горлу подступил новый комок. Переселив себя, я отверг предложение камердинера, приказав подать еще пару ковшиков кваса.
Спустя десять минут, одевшись, я сидел в своем кабинете, блаженно откинувшись на его спинке. Солнце уже давно взошло, во дворе суетилась челядь, бегали дети слуг, сражаясь на палках, друг с другом, кто-то убирал мусор, кормил животин, снующих на территории.
-Ваше Высочество, пришел священник, говорит, вы ему назначали встречу,– сказал Никифор, бесшумно входя в кабинет.
-Священник? Хм…. Ах да, зови его,– вспомнил я.
Положив перед собой несколько листов «личного дела» Варфоломея, расслабившись, пробежал по ним, наверное, в десятый раз глазами, делая зарубки в памяти на особо интересных с моей точки зрения местах. И так увлекся, что чуть было, не прозевал входящего щуплого мужчину, больше похожего на юношу лет пятнадцати, с карими проницательными глазами, оценивающе смотрящий на окружающих.
-Оставь нас,– бросил я камердинеру, замершему за спиной Варфоломея.
Сделав пару шагов, перед столом, замер молодой священник в ожидании.
-Садитесь святой отец,– указал рукой на стул рядом со столом.
-Благодарю, Ваше Высочество,– ответил священник садясь.
-Перед нашей беседой я хочу кое-что спросить у вас, Варфоломей. Надеюсь, вы ответите честно, иначе нам с вами просто не по пути,– открыто заявил я ему.
-Я вас слушаю,– попытался смиренно сказать святой отец, вот только смирения я не заметил это точно.
-Вас порекомендовал один знакомый человек, рассказав о вас как о молодом и умном человеке, не особо слепо следующий заветам церкви. Это так?
-Прошу извинить меня, но можно узнать, кто обо мне так «лестно» отзывается?– настороженно спросил святой отец.
-Нет нельзя, это не имеет никакого отношения к вопросу. Ответьте на вопрос, пожалуйста, иначе, как я уже говорил, наша встреча не имеет смысла.
-Что ж, отвечу. Я не тот человек, который собирается менять мир к «лучшему» в вашем понимании, Ваше Высочество,– ответил мне Варфоломей и, судя по всему, он говорил честно.
-Интересно вы говорите святой отец, получается, что мое понимание «лучшей жизни» сильно отличается от вашего?– удивился я такому ответу.
-Именно так, Ваше Высочество,– спокойно ответил священник, глядя мне в глаза.
-Почему вы так решили?
-А какие могут быть ценности у правителя? Только власть и деньги…
-Как то вы не по церковному рассуждаете, отец Варфоломей,– прервал я священника.
-Каков уж есть, Ваше Высочество, не обессудьте, тем более, что сами хотели правды,– усмехнулся священник.
-А что если я скажу, что хочу не столько власти, сколько того, чтобы любой русский мужик, будь то крестьянин или купец, мог появиться в любой точке мира с высоко поднятой головой. Зная, что он принадлежит к великому народу?– построенная схема разговора с Варфоломеем полетела в тартарары, оставляя голый скелет, на который срочно нужно «нарастить мясо».
-Интересно вы меня заманиваете Ваше Высочество,– с улыбкой сказал Варфоломей.
-А почему бы и нет? Вот только я не заманиваю, а говорю правду, святой отец.
-Это как? Позвольте узнать.
-В том деле, которое я хочу организовать, требуется не просто желание, но еще и много труда, чтобы оно принесло свои плоды, но, честно говоря, больше полагаюсь на людей не столь понимающих, сколь жаждущих.
-А при чем тут я?– удивился молодой священнослужитель.
-А нам как раз и требуется молодой священник, для обучения юных воинов.
-С этим вопросом мне вроде бы понятно, но вот для чего именно я понадобился вам, ваше Высочество? Ведь за такое предложение, я уверен, ухватился бы любой из нашей братии. Тем более раз вы получили согласие епископа Иерофана на то, чтобы вы сами выбрали учителя, то наверняка перед вами открылся богатый выбор, чтобы найти нужного человека?
-Вы правы, святой отец, но вот кажется, прослушали, что я говорил раньше, для меня главным критерием является желание добиться чего-то нового, при этом, не руша старое, а для этого, как вы понимаете, требуется много усердия и кропотливого труда. Ведь наше дело может растянуться на десятилетия! И с обычными попами нам просто не по пути, извините меня за откровенность, нам нужен именно страждущий!
-И много человек мне предстоит обучать?
-В начале около пяти сотен, плюс к этому каждый год примерно столько же будет добавляться, может, в дальнейшем добавляться будет много больше, но далеко мы пока не загадываем.
-Не чего себе! Да как я смогу то всех их обучать. Хотя если…– Варфоломей замолчал на полуслове, прикинув в уме всю свою паству.– Что ж занятно, но скажите, мне потребуются помощники, ведь одному удержать такую ораву сорванцов мне не под силу, ведь насколько я понял мне предстоит обучать вьюношей?
-Совершенно верно, но подбирать себе помощников вы сможете, только согласуясь со мной или моими помощниками, одного из которых я назначу к вам в помощь. Но и то только после того как ознакомитесь с Уставом корпуса, его правилами и конечные цели, дабы проникнуться тем духом, который мы хотим вложить в них.
-Разумно, даже очень,– чуть слышно сказал священник, помолчал и, наконец, ответил.– Хорошо, я согласен Ваше Высочество, вот только помощников я выберу сам, и чтобы нам не мешали иерархи церкви…– задумчиво проговорил Варфоломей.
-Хорошо, я постараюсь в этом тебе помочь, вот только есть один нюанс – проверки будут не только духовные, но и мирские, так что дух патриотизма и безграничной преданности царю и Отечеству должен быть самым главным в их духовных ценностях!
-Это как раз мне понятно без всяких напоминаний,– ответил отец Варфоломей, улыбаясь.– Разрешите откланяться, Ваше Высочество?
-Конечно, идите, святой отец, всю необходимую литературу вам привезут в вашу комнату во дворце, что в Рязани…
-Постойте, но я ведь живу при семинарии!
-Только сегодня, дальше раз вы согласились на мое предложение, то должны быть постоянно при мне, по крайней мере, в первое время,– глядя в глаза ошеломленного моим напором будущего священника, сказал я.– На счет окончания, и сана, не беспокойтесь, все уже оговорено с епископом Иерофаном. Надеюсь, вопросов нет?
-Нет,– тихо сказал священник Варфоломей, опуская голову.
-Тогда идите, завтра я вас жду к десяти часам утра, мы должны выехать в Рязань как можно скорее. Дела, знаете ли,– улыбнулся я Варфоломею.
