Более того, последователи Мадхьямаки считают одной из предпосылок отрицания школой Читтаматра реальности внешнего мира их убеждение в том, что это предполагает существование неделимых атомов или частиц. Такие частицы, в случае своего существования, были бы конечной образующей материей и выступали в качестве основы для утверждения объективности мира. Поскольку школа Читтаматра считает это представление о невидимом абсолютном атоме несостоятельным, её последователи и утверждают необходимость отрицания объективной реальности материального мира.
В ответ на это мадхьямики указывают, что тот же самый аргумент можно использовать и для отрицания субстанциональности внутреннего мира. Ибо для того, чтобы признать субстанциональность ума, необходимо предположить существование неделимых, бесконечно малых моментов восприятия, которые тоже являются окончательными составляющими реальности, Это, как говорят мадхьямики, несостоятельно, ибо ум можно понимать только как процесс непрерывного, взаимозависимо возникающего потока сознания, а не как отдельные его моменты. Таким образом, даже внутренний мир сознания и восприятия лишён субстанциональности. Последователи школы Мадхьямака утверждают, что только применив такое суждение как к внешнему миру материи, так и к внутреннему миру сознания, не делая между ними различий, можно подорвать основу привязанности и к внешнему, и к внутреннему миру.
Две школы Срединного пути
Основателем школы Срединного пути является великий индийский мастер Нагарджуна. Самая известная его работа так и называется: «Коренные строфы о Срединном пути» (Муламадхьямака карика). Среди многих прочтений текста Нагарджуны последующими индийскими мастерами, толкования Буддхапалиты, Бхававивеки и Чандракирти являются особенно значимыми. Бхававивека в своём комментарии критикует некоторые аспекты более раннего прочтения Буддхапалиты. В защиту Буддхапалиты Чандракирти написал чрезвычайно важный комментарий на «Коренные строфы» Нагарджуны, называемый «Ясные слова» (Прасаннапада).
Одно из основных различий между толкованиями Буддхапалиты и Бхававивеки относится к представлению о «восприятии объектов, общем для всех людей». То есть, если мы говорим о рассмотрении вещей с точки зрения абсолютной истины, возможно ли для двух разных людей иметь общее восприятие объекта, которое равным образом достоверно с точки зрения их обоих? Бхававивека утверждает, что это возможно. Утверждая объективную реальность, которая до некоторой степени независима от воспринимающего, Бхававивека допускает, что вещам и событиям можно приписать некоторую степень существования по своей природе. Например, Бхававивека, по-видимому, придерживается того взгляда, что хотя личность, или «я», является ментальным конструктом, находящимся в зависимости от психофизических совокупностей (скандх), однако, если искать истинный объект обозначения термина «личность», можно найти нечто субстанционально реальное. Из числа пяти скандх в качестве истинной основы личности, которую можно обнаружить средствами абсолютного анализа, Бхававивека выделяет ментальное сознание (виджняна скандха). Чандракирти, в свою очередь, опровергает эту идею.
Основываясь на этих различиях, возникли два основных направления философии Мадхьямаки, которые различаются методом, используемым их последователями для установления пустоты. Подобно Нагарджуне, Буддхапалита использует приём ведения диспута, известный как «метод логических следствий» (санскр. прасанга). Этот метод reductio ad absurdum (сведение к абсурду) главным образом состоит в демонстрации внутренней несостоятельности любых воззрений оппонента. В противоположность этому Бхававивека и его последователи строят свою аргументацию методом положительных утверждений – силлогизмов. В силу такого различия в методологии диспута эти две школы стали называться Сватантрика, или «автономная» школа, – те, кто принимает самодостаточные силлогизмы, и Прасангика - те, кто предпочитает стиль доказательства, состоящий в отрицательном аргументировании. Последователями основанной Бхававивекой школы Сватантрика позднее являлись такие учителя, как Джнянагарбха, тогда как основанная Буддхапалитой школа Прасангика поддерживалась Чандракирти и Шантидевой.
Из комментария Буддхапалиты на Коренные строфы Нагарджуны совершенно очевидно, что Буддхапалита не принимал представления о самобытии даже условно. Комментируя вступительную строфу Нагарджуны, которая опровергает возможность возникновения чего бы то ни было всеми четырьмя мыслимыми способами: из себя самого; из другого; из себя и из другого; и не из себя, и не из другого, – Буддхапалита отмечает, что если мы подвергнем процесс возникновения критическому анализу, то нельзя установить существования даже самого возникновения. Однако, поскольку вещи всё же возникают в результате причин и условий, он утверждает, что мы можем установить представление о возникновении лишь на условном, относительном уровне. Далее он утверждает, что если бы явления имели объективную природу, то есть обладали самобытием, не было бы необходимости устанавливать их тождественность и существование на основе их отношения к факторам, иным, чем они сами. Сам факт того, что вещи и события можно понять только в их отношении к иному или в зависимости от иных факторов, предполагает, что они не существуют в силу наличия в них самобытия.
Бхававивека соглашался с Буддхапалитой, что все способы возникновения не имеют абсолютного самобытия, но при этом утверждал, что процесс возникновения вещей на основе факторов, иных, чем они сами, устанавливает их условное самобытие. Чандракирти, защищая позицию Буддхапалиты, категорически отвергает это утверждение. В своём Дополнении к Коренным строфам [Нагарджуны] Чандракирти утверждает: и субъект, то есть лицо, испытывающее боль и удовольствие, и воздействующий на него объект, невозможно обнаружить средствами окончательного анализа, а значит, даже на условном, относительном уровне они не обладают никакой объективной, независимой реальностью. Чандракирти говорит, что мы можем понять образ их существования посредством понимания их как условной реальности, но даже сама эта условная реальность лишена самобытия. Согласно Чандракирти, самобытие просто ложно, а его отрицание и составляет окончательное понимание пустоты.
Пустота и взаимозависимое возникновение
Итак, для прасангиков «пустота» означает «пустоту от самобытия». Это не означает, что ничего не существует, но только то, что вещи не существуют в силу своей собственной природы, которая, как мы наивно полагаем, у них есть. Итак, мы должны задать вопрос, каким же образом явления существуют? В главе 24 Коренных строф о Срединном пути Нагарджуна разъясняет, что бытийный статус явлений можно понять только как взаимозависимое возникновение. В некоторых более низких школах «взаимозависимость» понимается как зависимость от причин и условий, но для прасангиков она главным образом означает зависимость вещи от её понятийного (и словесного) обозначения со стороны воспринимающего субъекта.
Поддержку этого воззрения мы находим в сутрах. Например, в сутре Вопросы Анаватапты сказано, что всё, возникающее в зависимости от причин и условий, иных, чем оно само, несомненно, не имеет самобытия. Эта сутра гласит:
Рождённое от условий есть нерождённое, ибо оно лишено самобытия. Зависимое от условий является пустым. Знающий эту пустоту пребывает в покое[28].
Схожие отрывки мы находим в Собрании поучений сутр (Сутра-самуччая) Нагарджуны и в Собрании наставлений (Шикша-самуччая) Шантидевы, где в главе о мудрости Шантидева цитирует ряд сутр, отвергающих представление о самобытии в отношении явлений, относящихся к самым разным классам, подобно тому, как это делается и в Сутре сердца. В качестве вывода Шантидева указывает на то, что все явления, относящиеся к этим классам, представляют собой лишь наименования и обозначения.
Смысл здесь в том, что, если бы вещи и события вовсе не существовали, было бы невозможно связно и логически изложить все перечисленные в Сутре сердца категории, такие как пять скандх и тридцать семь аспектов пути к просветлению. Бессмысленно было бы перечислять эти понятия, если бы учение о пустоте полностью их отвергало. Это означает, что вещи существуют, но не в силу своей собственной природы. Их бытие можно понять только с точки зрения взаимозависимого возникновения.
Если постичь пустоту так, как она понимается последователями школы Прасангика-мадхьямака, а именно, что все явления абсолютно и полностью лишены самобытия, не останется вовсе никакой основы для цепляния за представление о самости. С этой практической точки зрения понимание пустоты в школе Прасангика-мадхьямака представляет собой наивысшее и самое утончённое понимание учения Будды об отсутствии «я».
