глоток капучино сделать мне хотелось ничуть не меньше, чем знать, куда мы едем.
Внедорожник загудел снова. Динара гуднула в ответ.
— Думает, раз тачка у него крутая, все должны разлететься по сторонам. Щас, мальчик!
— Покажи ему фак, — не отвлекаясь от кофе, посоветовала я. Достала стакан и сняла крышечку.
К моему удивлению, именно это Динара и сделала. Спустила стекло и, когда кретин сзади засигналил в третий раз, выставила средний палец.
Я даже про кофе ненадолго забыла. Притормозившая впереди нас машина мигнула габаритными огнями и поехала быстрее. Мы тоже прибавили и наконец оказались на многополосной дороге. Внедорожник с рёвом промчался мимо. Были бы тут лужи, непременно окатил бы нас, но пришлось ему довольствоваться уверенностью в собственной значимости.
С сочувствием посмотрев ему вслед, я повернула стакан рисунком к себе. Горьковатый кофе с густой молочной пенкой чуда не сотворил. И всё же утро стало чуточку лучше.
— Дай мне тоже, — Дина потянулась к зажатому у меня между колен пакету.
— На дорогу лучше смотри, — я сама достала стаканчик. Подала ей. – Давай на чистоту. Я не верю, что ты пошла на поводу у Алекса, сама не зная, во что ввязываешься. Быть не может, что ты не спросила его, зачем ему всё это!
В голове не укладывалось, насколько должно быть скучно, чтобы устроить себе такое развлечение. И ладно бы жизнь у Динары была унылая. Так нет! Уж о чём, а о том, что ей есть, чем заняться, я была осведомлена.
Она открыла маленькую дырочку на крышке. Сделала глоток кофе и поставила стакан в подставку. Машина, взятая ею в аренду, не выделялась из множества других. Бюджетная модель бюджетной марки, на какой таксисты развозят считающих каждый рубль пассажиров. Динара вела уверенно. До вчерашнего дня мне не доводилось видеть её за рулём. Её ловкость стала для меня неожиданностью, как и многое, что я узнала о её талантах менее, чем за сутки. Впереди моргнул светофор, и она сбросила скорость.
— Знаешь, — Дина до конца подняла всё ещё приспущенное на пару сантиметров стекло, и врывающаяся с улицы вонь от кряхтящего рядом автобуса стала меньше. – Иногда лучше чего-то не знать. Так безопаснее.
— Ну да. — Меня начинала охватывать подавленность и ещё немного – злость. Малодушие я терпеть не могла. Хуже могло быть только лицемерие. – Проще сунуть голову в песок, выставить наружу задницу и делать вид, что ничего не происходит. Только зачем ты полезла, если знала, что это опасно? Могла бы отказаться.
— Могла, — согласилась она. – И отказалась бы, если бы дело не касалось Алекса.
Я презрительно фыркнула. Всё-таки причина всему – Алекс. Так или иначе.
— Можешь думать, что хочешь, Стэлла, — она тоже начала злиться. Это было слышно не только по голосу. Раздражение и напряжение пропитали воздух вокруг нас. – Я знаю Алекса очень давно. Знаю и по-своему люблю. Как друга, как человека. Хочешь знать, почему я согласилась? – она пристально посмотрела на меня. Коротко, но пристально. – Потому что я уверена в себе. Если он решил спрятать тебя, значит, на то у него есть серьёзные причины. Не очень-то мне хочется тебе это говорить, но он безумно любит тебя. В том, что я не сдам тебя, он уверен. И я в этом уверена. А вот, что этого не сделает кто-то другой, нет, Стэлла. Вот поэтому я согласилась. Поэтому я тащусь сама толком не зная куда, хотя могла бы сейчас пить этот чёртов кофе у себя на балконе и ни о чём не думать.
Наверное, я должна была почувствовать себя неблагодарной тварью. Но тварью я себя не почувствовала. Даже раздражение не отступило. Моя нелюбовь к постельной подружке Алекса была слишком сильна, чтобы её пылкий монолог смог что-то изменить. Да и не я её во всё это втянула. Меня бы куда больше устроило, если б Алекс изначально откровенно поговорил со мной и всё рассказал. Если бы моя жизнь зависела от принимаемых мною, а не за меня решений. Моё отношение к неизвестности кардинально отличалось от отношения Дины, и моему мужу стоило взять это в расчёт.
— Почему ты оставила телефон в машине?
— На всякий случай. Чтобы номер не могли отследить. Мы с Алексом договорились, что я позвоню, когда мы будем на месте.
— И когда мы будем на месте?
— Думаю… — часы на приборной панели показывали начало одиннадцатого. – Часов через пять. Но вначале нам нужно ещё кое-куда заехать.
Отель, у которого мы остановились, находился километрах в пятидесяти от города. С дороги его видно не было. Только указатель, служащий ориентиром тем, кто нуждался в пристанище.
Девушка за стойкой регистрации несколько раз щёлкнула мышкой и протянула Динаре карточку.
— Вам повезло.
— И чем же нам повезло? – забрав её, чуть саркастично осведомилась Динара.
— Это единственный свободный номер. Сегодня у нас большой заезд, — девушка за стойкой улыбнулась. – Творческий коллектив выпускниц детского дома. Завтра у них выступление…
— Вот уж повезло, так повезло, — не разделила Дина энтузиазма администратора и пошла вперёд по холлу.
Оглянувшись на вход, я заметила подъезжающий к отелю автобус. Разбитая колымага, куда хуже той, что пыхтела нам в окно неподалёку от аэропорта. Автобус остановился, и я задержалась, наблюдая, как из открывшихся дверей одна за другой появляются девушки. Радостные, молоденькие, щебечущие, как маленькие яркие птички.
— Пойдём, Берта, — позвала меня Дина. – Если я не полежу хотя бы час, развалюсь. А дальше дорога такая поганая…
Глава 7.2
— Надо бы что-то с тобой сделать, — зайдя в ванную, придирчиво осмотрела меня Динара.
В последний раз промокнув волосы, я бросила полотенце на край сколотой раковины. Взяла парик. Платиновые локоны упали мне на запястье, на тыльную сторону ладони. Ощущение, что у меня забирают индивидуальность, то, кто я есть, было неприятным. Я так долго была тенью
