Дэвис резко спросила:
- А как насчет бэкапов?
- Мы, конечно, делаем ежедневные резервные копии, но, к несчастью для вашего расследования, каждая копия пишется поверх предыдущей.
- То есть вы не очень-то серьезно относитесь к своим обязанностям, - заключила Дэвис. Она сидела на стуле, вытянувшись по струнке, небольшие бледные ладони покоились на кожаной папке с документами, лежащей на коленях.
- Если вы имеете в виду законодательство о хранении данных на случай чрезвычайной ситуации, то здесь мы, собственно, образцово законопослушны, - ответил Маклин. - Однако почтовые пауки - совсем недавнее изобретение, и законов относительно них пока не существует. И так как эти пауки еще не поставлены вне закона, то мы, как и все остальные провайдеры, не берем на себя ненужный труд и не удаляем ни одного из тех, что атакуют аккаунты наших клиентов.
- Убеждена, что, как и все остальные провайдеры, ваша компания тратит минимум средств на выполнение требований закона, - язвительно заметила Дэвис. - В результате вы не способны предоставить надлежащую информацию при предъявлении соответствующего ордера.
Я попытался взять инициативу в свои руки:
- Если вы дадите мне соответствующую ленту, или что там вы используете, наши техники, вероятно, смогут что-то восстановить.
- Возможно. К сожалению, ваш ордер не касается «железа». Для этого нужен судебный ордер.
Дэвис отреагировала мгновенно:
- Мы можем его получить.
Я снова попытался вернуть разговор в нужное русло:
- Будьте добры, скажите, когда активизировался паук? Маклин что-то набрал на клавиатуре.
- Судя по очереди почтовых заданий, недавно. Пятого июня. Увы, не могу сказать вам большего.
- Такое небрежное отношение к безопасности - одна из причин того, что более десяти процентов всех операций в сети в этой стране совершается незаконно, - заметила Дэвис.
- Уверяю вас, госпожа Дэвис, мы тратим больше десяти процентов нашего общего дохода на выполнение требований закона, - принялся оправдываться Маклин. - В то время как другие интернет-провайдеры делают вялые попытки противостоять закону о контроле информации или даже вынесли серверы за границу, чтобы обойти его, наша политика состоит в том, чтобы всецело сотрудничать с властями и обеспечивать безопасное и надежное предоставление услуг для наших клиентов.
- Я бы не хотел доставлять вам лишних проблем, мистер Маклин, - продолжал я гнуть свою линию. - Все, чего я хочу, - это увидеть письма, которые приходили на адрес молодой женщины, убитой всего два дня назад. Не могли бы вы дать их мне прямо сейчас?
- Это не проблема, - ответил Маклин. - Мы даже в придачу раскодируем их для вас.
- Нам в любом случае понадобятся ключи к коду убитой, - вставила Дэвис.
- Конечно. Они у нас есть. Вы предпочитаете получить информацию в электронном виде или в распечатке?
- Не знаю о вкусах детектива Дэвис, но я бы хотел, чтоб это можно было прочесть, - ответил я.
Я отыскал пивную, которую мне рекомендовала секретарша, на углу двух коротких улиц, застроенных домами с террасами, обращенными ныне в лавочки. Тут продавались строгие мужские рубашки, ручной работы кожаные изделия, карманная электроника и прочее добро, без которого не могут жить обитатели контор. Лишь недавно пробило два, но в пивной перестали подавать пищу, и явившиеся на ленч - в основном мужчины в деловых костюмах, - заканчивали трапезу, делали последние затяжки и поглядывали на часы. Я взял пинту «Кроненбурга» и упаковку крекеров с сыром и луком, сел снаружи, на жаре, и стал перебирать тонкую пачку листков, которую мне вручили.
Детектив Дэвис унесла свою копию на дискете. Вот все, что осталось от почты Софи Бут. Моя коллега не сообщила мне, будет ли НСКР в дальнейшем участвовать в этом деле, когда мы расставались на желтой кирпичной дорожке у здания «Интернет-Волшебника», но у меня возникло скверное предчувствие, что я вижу эту особу не в последний раз.
Как всегда в компьютерной почте, заголовки, описывающие путь посланий, были куда длинней, чем сами послания. Но для меня это было преимуществом, ибо означало, что можно проследить каждое письмо до адреса того самого компьютера, с которого его отправили. Если только, конечно, отправитель не умел тщательно заметать следы.
Большинство писем, оставшихся на аккаунте Софи Бут, пришло из США. Оказалось много поступлений между тремя и четырьмя пополудни Восточного Стандартного времени. То есть у нас было восемь или девять вечера. Первое письмо пришло в 20.09, последние, за одним исключением, в 20.52. Я задался вопросом, насколько близко совпало время активизации паука с временем убийства. Тексты делились на три группы: вопросы, почему сервер Софи Бут отрубился, озабоченные расспросы о самой Софи и требования выдать еще зрелищ в том же роде. Первая группа пропустила случившееся, так как они в тот момент не были в сети, а сразу после убийства сервер был, разумеется, разбит. Вторая группа не была вполне уверена, подлинно то, что они видели, или нет. Третью группу либо не волновало, что кого-то убили, либо они к тому мгновению уже отключились. Каждое письмо, относящееся ко второй и третьей группам, служило подтверждением догадки Макардла. Убийца разыграл представление, да еще какое, - перед двумя веб-камерами. Видео убийства Софи Бут во всей красе разошлось по Интернету. И самое главное - я узнал имя человека, приславшего письмо на ее аккаунт в «Интернет-Волшебнике» уже после того, как все закончилось. После того, как жесткие диски были удалены из ее компьютера.
7
Я вернулся в Т12 и коротко переговорил с Энди Хиггин-сом. По пути я задержался у расписания и, пока никто не видел, переставил ярлык, указывающий время работы с уликами, из одной прорези в другую.
Рейчел Суинни была у себя в кабинете. Она поливала растения в горшочках, которые во множестве стояли у нее на подоконнике. Настоящие джунгли буйной листвы и побегов закрывали непривлекательный вид на автостоянку и запятнанную сажей кирпичную стену во дворе. Когда я постучал в косяк приоткрытой двери, моя начальница поставила игрушечную лейку и произнесла:
- Надеюсь, вы подготовились к разносу?
- Полагаю, Тони Макардл с вами связался.
- Связался, это верно, - кивнула Рейчел - низкорослая блондинка. Хоть ей было уже за тридцать, она по-прежнему заплетала волосы в тугую косу и носила строгие пиджаки с юбками до середины икры. Она знала, что Т12 настоящий отстойник, но все же относилась к своему делу серьезно. Она и здесь продолжала бороться, желая уцелеть и когда-нибудь удостоиться перевода. И тогда Т12 станет проблемой кого-нибудь другого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
