на ринг.
Глава 9
Турнир. Полуфинал
Конечно, мне бы хотелось порвать скандинавского нахала, но Рагнарссон, вышедший на ринг, сразу поменял весь предполагаемой мной рисунок боя. Первым делом его окружил такой же, как и у меня, «щит тьмы», чего, никто, похоже, не ожидал. А если судить по изумленным физиономиям тренеров шведской команды, на которых я невольно бросил взгляд, для них подобное преображение своего бойца тоже было сюрпризом.
Чувствую, мне придется сражаться еще с одним адептом темной магии. Что ж, попробуем.
Тем временем, в меня полетел «шар тьмы», да не один, а целая гроздь. Так как спастись бегством я уже не успевал, то, понадеявшись на свой щит, бросился вперед, на ходу посылая в противника «огненные шары» и «темную зыбь». Но от моих атак он умудрился уйти, каким-то неуловимым, почти кошачьим движением отпрыгнув в сторону, и вновь атаковал. На этот раз «водяным хлыстом». И, по-моему, не одним. Я почувствовал, как неведомая мощная сила поднимает меня в воздух, и уже в полете только и смог вновь обновить щит. После чего врезался в силовой купол. Удар был такой силы, что мне показалось, будто у меня затрещали все кости… Но, как оказалось, я даже смог встать. И тут же увидел уже летевшего ко мне со шпагой наперевес шведа, который окружил себя, помимо «щита тьмы», еще и «водным щитом». Мой противник, видимо, решил закончить бой в своей излюбленной манере.
На этот раз, я с радостью… чуть ли не в первый раз с радостью, почувствовал, как во мне поднимается пугающая раньше, но сейчас неожиданно нужная мощная волна силы. Я выставил вперед руки и выпустил ее. М-да, на это стоило посмотреть… Ревущая огненная река врезалась в моего противника, отшвырнув назад. Спасло от превращения в горящую головешку Рагнарссона лишь то, что у него имелись два щита. И, видимо, увидев летящий на него ревущий поток огня, он сумел влить достаточно энергии в щиты.
Но когда он, пошатываясь, поднялся, я хмыкнул. Видок у моего противника был, на самом деле, неважный. Одежда превратилась в какие-то бесформенные обрывки, из которых кое-где проглядывала обожженная кожа. На почерневшем лице застыла маска ненависти.
— Правила нарушаешь, русский, — прорычал хрипло швед, — ну теперь держись.
Я так и не понял, о каких правилах говорил Рагнарссон, но, видимо, он посчитал, что я их нарушил, так как в меня полетела явно не базовая «темная молния», следом за ней тоже не базовое заклинание магии Воды, не знакомое мне и представляющее большой водяной шар с торчащими из него такими же шипами из воды.
Но не знаю, на что этот идиот надеялся. После того, как я освободился от своей ярости, чувствовал себя просто превосходно. И на этот раз поступил по примеру своего противника. Окутав себя двумя щитами — огненным и тьмы, со шпагой наперевес бросился навстречу летевшим ко мне заклинаниям, одновременно бросая в шведа «темную зыбь».
Тот ничего не смог противопоставить ей. Его слабенький «водный щит», на большее сил у противника, похоже, не оставалось, не смог сдержать мое заклинание. И ноги шведа погрузились в тень.
В этот момент в меня врезалась его «темная молния». Первый мой щит поглотил ее и рассыпался. Второй щит принял на себя атаку странного водяного шара. Перед ударом он вдруг закрутился и выстрелил в меня своими шипами. Огненный щит слетел мгновенно, но, как и первый, полностью поглотил атаку. А я, тем временем, был уже рядом с противником. Как тот умудрился выбраться из «темной зыби», я так и не понял, но он успел отразить мой выпад, направленный в живот, и контратаковал. Завязалась схватка. Фехтовал мой соперник прекрасно, спорить не буду. Но он был уже изрядно измотанным, а я, наоборот, чувствовал себя, на удивление, свежим. К тому же я, случайно скользнув взглядом по тренерской скамейке, увидел Татищева, который смотрел на меня и яростно тыкал пальцем в часы. Понятно… Время на исходе. И я нажал… просто увеличив скорость без особых фехтовальных изысков, но сопернику и этого было достаточно. Он уже не успевал за моими атаками и постоянно проваливался. Я бы мог уже несколько раз наколоть его, но помнил обещание, данное Романову.
И вот он, момент… скользящим ударом я отвел шпагу пытавшегося меня атаковать шведа, и, прогнувшись под ней, вытянулся в струну, присев на одну ногу… шпага вошла точно в живот Рагнарссона. Тот покачнулся и рухнул на песок. Я отступил назад и увидел, как на ринг вбегают целительницы, а за ними тренер шведов. Тот, в отличие от Рагнарссона, русским владел очень слабо и знал только матерные слова. Так вот он бросился на меня с кулаками, осыпая отборной бранью.
Я даже растерялся. Не бить же мне тренера. И просто выставил перед собой шпагу. Тот сразу притормозил, а затем на ринге появились Татищев с Муравьевым. Они подхватили разошедшегося шведа с двух сторон и буквально вынесли с ринга, а там уже на помощь своему бросилась вся шведская команда. Ну, понятно, что наша не осталась в стороне. Запахло хорошей дракой, мне показалось, кое-кто уже начал формировать заклинания, но тут вовремя подсуетились местные безопасники. Словно из воздуха сформировалось пятеро крепких мужчин в униформе, сразу вставшие между шведами и русскими. И, судя по их уверенным взглядам, я не сомневался, что они смогут быстро пресечь любые намеки на драку.
А я, тем временем, вышел с ринга и меня вновь оглушил рев зала. Зрителям явно понравилось представление, устроенное мной и шведом. Мимо меня пронесли бледного, как полотно, Рагнарссона, а остальные участники так и не случившейся драки, недовольно ворча, разошлись по своим местам, под внимательными и строгими взглядами служителей, которых уже стало в два раза больше.
Когда я подошел к нашей лавке, то сразу попал в объятия своей команды. На этот раз мне точно было ясно, что меня поздравляли искренне. Все, кроме одного человека. Горчаков в эту кучу малу не полез, да и выражение лица у него было такое, словно он лимон сжевал. А вот Татищев расчувствовался, аж прослезился. Оно и понятно — первый раз за столько лет русский боец в финале! С ума сойти. Но вот восторги стихли, и я уселся между Романовым и Гагариным. И не успел даже слова произнести, как увидел идущего ко мне быстрой походкой Сабурова. И вид у него был мрачный.
— Князь Бельский? — подошел ко мне глава безопасников, — вас срочно вызывают в
