Ксения снова распахнула дверцы несгораемого шкафа и нырнула туда с головой. Изнутри доносились только ее горькие всхлипывания и громкий шорох перебираемых бумаг.
Наконец она вынырнула наружу, сжимая в руке новую папку, и снова исчезла в кабинете своего шефа.
Лола задумчиво посмотрела ей вслед. Неожиданно у нее возникла, как выражался незабвенный Остап Бендер, плодотворная дебютная идея. Она вытащила из сумочки мобильный телефон и набрала номер Маркиза. Леня ответил не сразу, и голос его звучал как-то подозрительно, казалось, что он занят тяжелой физической работой. Лола решила, что разберется с ним позднее, и поспешно изложила свою плодотворную идею.
Леня Маркиз всегда схватывал такие вещи на лету, повторять ему дважды не пришлось.
Из-за двери кабинета, на этот раз плотно закрытой, доносились глухие раскаты адвокатского голоса. Наконец дверь снова распахнулась, появилась измученная секретарша. Ее лицо было покрыто красными пятнами нервного румянца. Ксения подошла к своему столу, достала из ящика чуть ли не литровую бутыль валерьянки и трясущейся рукой налила в стаканчик тройную порцию.
— Надо будет в аптеке скидку потребовать, проговорила она, лихо проглотив содержимое стаканчика, — я у них оптовый покупатель успокоительных средств, без них здесь и дня не продержаться! Ну, ты на моего шефа полюбовалась, так что больше, надо думать, не рвешься занять мое место?
— А почему ты от него не уходишь? — поинтересовалась Лола вместо ответа — Я на тебя поражаюсь! Неужели так хорошо платит, что ты согласна терпеть все эти издевательства?
— Какое там! — отмахнулась Ксения. — Гроши! Слезы одни!
— Так в чем же дело? Плюнь на него и хлопни дверью!
— Легко сказать! Он же законник! Когда принимал меня на работу, как-то так хитро составил трудовой контракт, что я не могу от него уйти, пока он не найдет мне замену, а сама понимаешь, никто не стремится занять это прекрасное место! Не находится второй такой идиотки, как я1 Ксения снова начала всхлипывать, но Лола ее остановила:
— Ладно, считай, что такая идиотка нашлась.
Иди домой, я с твоим шефом разберусь. Обещаю тебе, что больше он над тобой издеваться не будет!
— Правда, что ли? — Секретарша посмотрела на Лолу с изрядной долей недоверия, однако начала торопливо складывать вещи, пока та не передумала.
— Вот только что, — остановила ее Лола уже в дверях, — не приходила к вам в контору такая девица.., блондинка, тоненькая, размер примерно сорок второй, рост метр шестьдесят, бледная…
Ксения замерла на пороге, хлопая глазами.
— Есть такая, — проговорила она наконец, приходила несколько раз, всегда по вторникам… не представлялась, со мной никогда не здоровалась. Подойдет к двери кабинета, три раза стукнет, шеф к ней выскочит, как кролик из шляпы, в кабинет ее проведет, скажет, чтобы я никого к нему не впускала и ни с кем не соединяла, дверь захлопнет и сидит с ней минут сорок. Я первый раз пыталась ее остановить, говорю, как положено, — представьтесь, пожалуйста, и записаны ли вы.., но она так на меня взглянула, что сразу расхотелось задавать вопросы, а потом уж я и не выступала. Думала, может, она его любовница, да только не похоже. Сама понимаешь, если такое дело, так после заметно — румянец там, глазки блестят, настроение хорошее, а он после ее посещений туча т) чей, еще больше меня шерстил, чем обычно.
Да и девица эта от него выходила не в том настроении…
Ксения замолчала и вопросительно уставилась на Лолу:
— Ну я пойду, если ты не передумала?
— Иди, конечно, — разрешила Лола и задумчиво добавила:
— Завтра как раз вторник…
Ксения выпорхнула из приемной.
Лола заняла ее место и принялась просматривать записи в компьютере.
Не прошло и нескольких минут, как из кабинета донесся истеричный крик адвоката:
— Ксения, чай!
Лола неторопливо поднялась, включила электрический чайник, поставила на поднос большую синюю чашку с выгравированной золотыми буквами надписью «Дорогому внуку в день пятидесятилетия», налила в нее кипятку и решительно вошла в кабинет.
— Ксения, за что я вам плачу… — начал было адвокат, глядя на швейцарские часы, но неожиданно осекся.
— А где Ксения? — осведомился он раздраженно.
— Убежала домой, захлебываясь слезами, невозмутимо отозвалась Лола.
— Какая безответственность! — воскликнул адвокат. — Она покинула свой пост, хотя прекрасно знает, что не имеет права…
— Она не покинула свой пост, она оставила его на меня, — прервала его Лола, — чай пить будете?
— На вас? — в ужасе переспросил Гринбаум. Но я вас не знаю! Вы не прошли собеседование! Не отработали испытательный срок! Даже не представили своих рекомендаций!
— А Ксению вы уже довели, — спокойно ответила Лола, — короче, будете пить чай, или унести обратно?
— Это чай? — возмущенно проговорил адвокат. — Где вы видите чай?
— В чашке — кипяток, — Лола плюхнула подносик на стол, — а вот — пакетик, кладете в чашку, и он заваривается.., если еще не совсем остыл.
— Пакетик? — В голосе адвоката прозвучало отвращение. — Я не пью чай из пакетиков! Ксения прекрасно знает, что мне нужно заваривать зеленый листовой чай, непременно цейлонский…
— Ксении нет, — холодно ответила Лола, вместо нее теперь я. Так что пейте, что дают.
— Это безобразие! — воскликнул Гринбаум на грани истерики. — Я с ней разберусь! Я наведу порядок!
— Порядок здесь навести давно пора, — Лола окинула взглядом кабинет, — вон, цветок у вас совершенно завял…
— Какой еще цветок? — простонал адвокат.
И в это время у него на столе зазвонил телефон.
— Может быть, вы ответите? — прошипел Гринбаум. — Раз уж вы теперь замещаете мою секретаршу?
Лола взяла трубку, послушала и передала адвокату:
— Это вас. Из милиции.
Адвокат посерел и поднес трубку к уху.
— Гражданин Гринбаум? — осведомился официальный мужской голос.
— Я, вообще-то, внук… — пролепетал адвокат.
— Что значит — внук? Вы — Гринбаум Борис Михайлович?
— Да… — признался адвокат таким тоном, как будто сознавался в совершении тяжкого преступления.
— Ксения Шилохвостикова — ваша секретарша?
— Да.., а в чем дело?
— Дело непременно будет возбуждено, не сомневайтесь, — неприязненно проговорил незнакомец.
— Ка.., какое дело? — ужаснулся адвокат. И вообще, кто вы такой?
— Капитан Одеколонов, отдел по борьбе с особо тяжкими преступлениями, — представился Леня Маркиз самым официальным голосом.
— С особо тяжкими? — ужаснутся Гринбаум. А что.., что случилось? Что совершила Ксения?
— Самоубийство, — холодно ответил суровый капитан, — выбросилась из окна, оставив на подоконнике записку.
— Записку? — как эхо повторил адвокат, медленно сползая со стула. — Какую записку?
— Вообще-то это тайна следствия, — процедил капитан, — но вам, так и быть, зачитаю… записка следующего содержания:
«Прошу винить в моей безвременной смерти Бориса Михайловича Гринбаума, который своими постоянными придирками…» Вы меня слушаете? — озабоченно спросил милиционер.
— Да-да, конечно, — отозвался адвокат, стуча зубами.
«…своими постоянными придирками сделал мою жизнь невозможной». И подпись. Так что сами понимаете — налицо доведение до самоубийства., вы как адвокат не можете не понимать…
— Не могу!.. — простонал Гринбаум, побледнев как полотно, и выронил телефонную трубку.
— Ну так что — будете чай пить? — осведомилась Лола, выразительно взглянув на адвоката.
— Чай? — переспросил тот в ужасе и уставился на Лолу так, как будто она была налоговым инспектором или как минимум тенью отца Гамлета. — Какой чай! Тут вся жизнь рушится!
Вдруг в его лице что-то переменилось, он вскочил, шаркнул ножкой и льстиво проговорил: :
— Конечно, вы ведь старались, работали… конечно, я выпью этот чай.., чтобы не расстраивать вас.., простите, я не успел с вами познакомиться.., меня зовут Борис Михайлович, а вас?
— Ольга, — солидно представилась Лола.
— Очень приятно! — Адвокат освободил стул, на котором лежало несколько пластиковых папок. — Присаживайтесь… Ольга, а по отчеству?
— Ольга Николаевна, — сообщила Лола после секундного раздумья.
— Замечательно! — На лице Гринбаума появилась вымученная, страдальческая улыбка.
Он взял двумя пальцами чайный пакетик с таким выражением, как будто держит в руке живую лягушку или мышь, опустил его в чашку с остывшей водой и поднес к губам.
— Замечательно! — проговорил адвокат, с трудом скрывая отвращение. — Просто божественный напиток! Я готов пить его постоянно!
— Мне не трудно! — Лола пожала плечами. Раз уж вам нравится, буду приносить хоть каждые полчаса!
— Ну, каждые полчаса это будет слишком. Адвоката передернуло, — а пока, Ольга Николаевна, не затруднит ли вас найти и принести мне папку с делом фирмы «Зюйдвест»? Это в шкафу, на полке с надписью «корпоративные клиенты»…
