Цзы Лу узнать
о переправе.
Чжан Цзюй в ответ задал вопрос:
– А кто тот муж, который правит экипажем?
Цзы Лу ответил:
– Он – Кун Цю!
Чжан Цзюй:
– Не луский ли Кун Цю?
Цзы Лу:
– Да, это он.
Чжан Цзюй:
– Он знает переправы!
Тогда Цзы Лу обратился к Цзе Ни.
Цзе Ни в ответ спросил:
– А ты-то кто?
Цзы Лу:
– А я Чжун Ю.
Цзе Ни:
– Ты ученик Кун Цю из Лу?
Цзы Лу:
– Да, так и есть.
Цзе Ни:
– Потоп-хаос повсюду в Поднебесной,
кому по силам это изменить?
Чем следовать за тем учёным мужем,
кто бегает по царствам от одних людей к другим,
не лучше ль следовать за тем учёным мужем,
кто удаляется от суетного мира?
Сказал и стал боронить, больше не отрываясь от работы.
Цзы Лу вернулся и сообщил обо всём Конфуцию.
Учитель с досадой произнёс:
– Нельзя быть в сообществе птиц и зверей.
И если мне не с этой массою людской идти по жизни,
то с кем тогда?
Будь в Поднебесной Дао,
я вместе с вами был бы против перемен в стране.
XVIII, 7
Сопровождая Конфуция, Цзы Лу (Ю) отстал
и встретил на дороге старца,
нёсшего через плечо на палке корзинку.
Цзы Лу спросил:
– Не видели ли Вы моего Учителя?
Старец молвил:
– Не утруждает рук и ног,
не может различить пять злаков,
так что же это за Учитель?
С этими словами он воткнул палку в землю и принялся
собирать травы.
Цзы Лу застыл в приветственном поклоне
со сложенными перед грудью руками.
Старец оставил у себя Цзы Лу ночевать,
зарезал курицу, приготовил просо, накормил его
и представил ему двух своих сыновей.
На следующий день Цзы Лу догнал Конфуция
и рассказал ему обо всём.
Учитель сказал:
– Это отшельник.
И вновь послал Цзы Лу увидеться с ним.
Цзы Лу вернулся на прежнее место, но старца не застал.
Цзы Лу сказал:
– Не служить, значит отрицать долг.
Невозможно стереть разряды старших и младших;
тогда разве можно допустить упразднение отношений
долга между государем и подданными?
Желающие холить свою чистоту
нарушают великие принципы морали.
Для благородного мужа служба —
выполнение своего долга.
А то, что Дао не осуществляется,
об этом нам давно известно.
XVIII, 8
Отшельниками были: Бо И, Шу Ци, Юй Чжун, И И,
Чжу Чжан, Люся Хуэй, Шао Лянь[156].
Учитель сказал:
– Не поступились своими помыслами
и не опозорили себя: Бо И и Шу Ци!
О Люся Хуэе и Шао Ляне сказал:
– Они поступились своими помыслами
и покрыли себя позором,
хотя в словах у них звучала глубокая мораль,
в действиях сквозила глубокая разумность.
Этим-то они и отличались!
О Юй Чжуне и И И сказал:
– Они жили в уединении и пользовались свободой слова,
хранили душевную чистоту,
сосредоточивались на главной мысли.
Что касается меня, то отличаюсь от них сознанием того,
что можно и чего нельзя.
XVIII, 9
Придворный музыкант Чжи
отправился в Ци,
музыкант при второй трапезе Гань
отбыл в Чу,
музыкант при третьей трапезе Ляо
ушёл в Цай,
музыкант при четвёртой трапезе Цюэ
бежал в Цинь,
барабанщик Фан Шу
уплыл по водам Хэ (Реки),
игравший на маленьких ритуальных барабанчиках У
ушёл на берега Хань,
помощник придворного музыканта Ян
и игравший на каменном гонге Сян
перебрались к морю[157].
XVIII, 10
Чжоу-гун, обращаясь к князю царства Лу, сказал:
– Благородный муж
не отказывается от своей родни;
не доводит сановников до ропота, пренебрегая ими;
не бросает старых друзей без веских причин;
не требует совершенства во всём от одного человека.
XVIII, 11
В Чжоу было восемь учёных мужей:
Бо Да, Бо Ко, Чжун Ту, Чжун Ху,
Шу Е, Шу Ся, Цзи Суй, Цзи Гуа.
Глава XIX. «Цзы Чжан…»
XIX, 1
Цзы Чжан сказал:
– Если учёный муж
при виде опасности готов пожертвовать собой,
при виде выгоды думает о долге,
при жертвоприношении думает о благоговении,
при похоронах думает о скорби —
то и этого уже достаточно,
чтобы назвать его учёным мужем.
XIX, 2
Цзы Чжан сказал:
– О том, кто держит Дэ не расширяя,
кто верит в Дао не искренне,
можно ли сказать, что он есть?
можно ли сказать, что его нет?
XIX, 3
Ученики Цзы Ся спросили у Цзы Чжана,
как строить отношения с людьми.
Цзы Чжан в ответ сам спросил:
– А что говорил об этом Цзы Ся?
Ученики ответили:
– Цзы Ся говорил так:
«Водите дружбу с теми, кто подходит,
кто не подходит, тем отвод давайте».
Цзы Чжан сказал:
– Это отличается от того, что известно мне:
благородный муж почитает достойных
и великодушно относится к простым людям,
он хвалит добрых и сочувствует немощным.
Обладай я великими достоинствами,
к кому из людей я был бы не великодушен?
Не будь у меня великих достоинств,
то люди отвергли бы меня, а если так,
как я бы смог отвергнуть их?
XIX, 4
Цзы Ся сказал:
– Даже на малом пути-Дао непременно есть то,
что заслуживает внимания.
Однако, устремляясь вдаль, боюсь, на нём завязнешь.
Поэтому благородный муж на него не вступает.
XIX, 5
Цзы Ся сказал:
– Того, кто изо дня в день узнаёт то, чего ранее не знал,
и из месяца в месяц не забывает то, что смог постичь —
можно назвать философом!
XIX, 6
Цзы Ся сказал:
– Широкая эрудиция и непреклонная воля,
пытливость ума и тщательное обдумывание —
во всём этом содержится человеколюбие.
XIX, 7
Цзы Ся сказал:
– Ремесленник жизнь свою проводит в мастерской,
чтобы в совершенстве овладеть своим делом.
А благородный муж учится,
чтобы постичь своё Дао.
XIX, 8
Цзы Ся сказал:
– Совершив ошибку,
маленький человек непременно маскирует её.
XIX, 9
Цзы Ся сказал:
– Благородный муж пребывает в трёх ипостасях:
взираешь на него издалека – суров,
соприкасаешься с ним – он мягок,
а слушаешь его слова – он строг.
XIX, 10
Цзы Ся сказал:
– Благородный муж обретает доверие
и лишь потом утруждает народ,
а если пойдёт на это без доверия,
то прослывёт мучителем.
Благородный муж обретает доверие
и лишь потом увещевает,
а если пойдёт на это без доверия,
то прослывёт клеветником.
XIX, 11
Цзы Ся сказал:
– Если в великом Дэ соблюдаются нормы,
то в малом Дэ отклонения туда-сюда возможны.
XIX, 12
Цзы Ю сказал:
– Ученики Цзы Ся способны к тому,
чтобы мыть и подметать, вести беседу,
встречать и провожать. Однако это лишь вершки.
А где же корешки, их
