я соглашусь. Но стрясите с этого сукиного сына все, что только можно и нельзя! Если мне таки пришлось договориться с Сандисом, то очень хочется понимать, что это было не зря».
Тем временем слово опять взял Иворна.
— Здесь сейчас собрались двое из трех триумвиров. Две трети политического и военного могущества Империи пытаются прийти к согласию. Если это осуществится, то станет прологом нашей триумфальной победы над всеми враждебными силами.
— Вы человек сведущий и доблестный. — вмешался в разговор Аланиус Церт. — Намного превосходящий опытом и славой меня. Однако попрошу учесть мои скромные замечания. Ситуация вокруг складывается пока не в нашу пользу. Многие силы объединяются по всему миру, чтобы бросить Империи вызов. Я очень надеюсь не только на вашу смелость, но и на вашу осмотрительность. Сейчас силы Империи будут разделены на три части. Потеря даже одной из них может стать катастрофой. Если мы хотим восстановить былое величие страны, то все три армии должны преуспеть.
— Я в этом уверен. — самодовольно ответил Иворна. — Все мы преуспеем. Михаир уже проявил себя, а меня и Карра ты хорошо знаешь, Аланиус.
— Знаю. — кивнул юноша. — Но и на вражеской стороне есть множество опасных людей.
— Октан, твой друг, кажется опять хандрит. — усмехнулся Сандис. — Но я понимаю его опасения, хотя и не разделяю их. Все эти усилившиеся наши враги пребывают во власти иллюзий. Ох уж эта молодая поросль варварских царств. Представьте, если бы у колоска пшеницы были мысли и чувства человеческие? Он бы, я уверен, мечтал об осени. Жадно пил силу земли и солнца, гордясь своим плодородием. Он бы ждал момента, когда сможет распространить потомство. Однако судьба и колоска, и семян его была решена еще давно. Их срежут, обмолотят и перемелят. Оставят лишь столько семян, чтобы новые колосья росли на том же поле. И каждый из них опять будет верить, что сам контролирует судьбу, но время жатвы придет и все повторится.
Я постарался пропустить мимо ушей неприятные намеки его зловещей речи. Быть чьим-то урожаем точно не собираюсь. Пусть Иворна считает, что у него все под контролем. Может, у него и есть какой-то очередной туз в рукаве, но даже око Эагиса мы сумели пережить. Справимся и с очередной игрушкой Сандиса, если он опять бросит нам вызов.
— Так что насчет соглашения? — напомнил о главном вопросе повестки Иворна.
— Да будет так. — ответил я. — Меняем море на Шадд.
— Мудрые слова, сказанные в нужное время. — с одобрением прокомментировал Сандис, поднимая кубок. — Кажется, это повод для тоста.
Все одобрительно зашумели, поднимая кубки. Так вот и свершилась история. Очередная интерлюдия перед новой войной.
Глава 6
Хищники
Сандис и его ручной царек не стали долго «радовать» меня своим присутствием. Вскоре они покинули нас, отправившись наверное топить котят, отбирать конфеты у детей или как они там проводят досуг. Октан и Аланиус остались в гостях. Похоже, что они собирались принять участие в обсуждении предстоящего морского похода.
— И на кой Сандису этот шут? — спросил я, когда Иворна покинул пиршественный зал, сославшись на дела.
— Ну как же. Известная забава. — ответил мне Фальвус. — Если мы таки откусим от Шадда еще кусочек, то Иворна будет требовать его для этого дружочка. Своя казна, свое «войско» из лояльных шаддинцев или наемников. Это все принадлежит как бы не Сандису, но как бы и Сандису. Очень много будет зависеть от нюансов. Тех договоров, которые Покорд заключит с Сенатом. Именно они решат будет ли царек пустой тратой времени для Иворна или через него он получит немалую власть.
— И для этого ему нужны голоса наших друзей в Сенате? — осведомился я.
— Конечно. — ответил Стилион. — Нам такой раздел сфер влияния тоже выгоден. Лучше иметь целую, живую лошадь, чем две половинки, которые скоро испортятся, если не съесть.
— У меня к вам еще один вопрос. Я понимаю, что это все дела минувших дней, но хотелось бы узнать… Геор и компания имели некую поддержку в Сенате. Тех, кто не давал Карру начать кампанию и помогал северянам наращивать мощь против него. Это были люди, связанные с кланом Сандиса?
— И они тоже. — ответил Стилион. — Но прошу тебя не страдать излишней персонализацией. Сандис тоже острие копья для тех, чьи интересы он продвигает. Нити политических связей сплетаются в сложный узор. Идея усиления Карра за счет победы над Севером мало кому нравилась. Лично я полагал, что Геор поступит умнее и не станет так рисковать. Ошибся. Боги прокляли умных людей недостатком судить всех по себе. Однако Геор видел Империю слабее, чем мы есть на самом деле. Он посчитал или ему внушили, что внутренние дрязги не позволят нам дать отпор.
«Он посчитал или ему внушили…»
Мне вспомнились фразы Сандиса про «уже завоеванный мир» и метафору на сбор урожая. Федераты не находились под прямым управлением Империи. Налогов не платили и фактически играли роль бесплатной пограничной службы. Мы позволяем вам жить у наших границ, а вы охраняете их от других племен. Но вот у федератов выходит консолидироваться вокруг Бьоров. Ранее бедные и безлюдные территории пусть не расцветают, но начинают походить на цивилизованный край. Тогда в Империи начинается дрязга на тему того, кто соберет этот урожай. Северяне же уверены, что сами сейчас оседлают волну истории. Меня имперцы посылают как временное решение проблемы. Чисто подержать границу, пока серьезные дяди не договорятся между собой. Ну и шаддинцам надо было дать по шапке. А дальше бы кто-то пошел решать северный вопрос. При хорошем для Геора раскладе он бы обменял свои ресурсы на почётный статус удельного царька в руках кого-то из имперской элиты. При плохом потерял бы все. Случилось по-плохому.
Возможно Радан и Иратион устроили свой заговор, видя бедственное положение северян. Но вполне вероятно, что как минимум Радан давно был прикормлен кем-то из имперцев. Геора самого беспокоила лояльность рыжего стратега. Это я помню. Но Радан был слишком знатным и важным человеком для ряда племен, чтобы без веских доказательств срубить ему башку. Вот Геору и приходилось его терпеть.
Тогда на Севере мне казалось, что это просто локальные разборки в глуши. Однако мы все были по самые уши в имперской политике. Просто не замечали этого.
— Есть такой афоризм. — подтвердил мои предположения Стилион. — Лишь с башен Рега видно всю картину.
Империя до сих пор опасный хищник, которого многие соседи поспешили списать со счетов. Сейчас это чудовище пробуждается от долгого сна мирных времён. Если Империя сможет преодолеть внутренние противоречия, то вполне вероятно восстановит или даже приумножит власть над миром. Триумвират, а затем наш с Сандисом компромисс уже достаточно серьезные шаги
