Она снова присела на краешек кровати и лукаво посмотрела на него:
- Я вовсе не ревнива.
- Да это просто приятельница, - капитулировал Сеннар.
Айрес подняла бровь.
- Какая приятельница?
- Приятельница, и все, - сказал он тоном, который должен был показаться нейтральным, но Айрес не попалась на обман.
- Это «все» - некое сожаление?
- Это подруга детства, - взорвался Сеннар. - У нас была одна и та же учительница магии. Вот и все.
- Так она волшебница?
- Нет. Она должна стать Всадником Дракона.
- Всадник-женщина, - сказала Айрес заинтересованно. - Мне нравится эта дама. Она красивая?
Сеннар опустил глаза:
- Не знаю. Думаю, да. Да, она красивая. Может, пока закончим с допросом?
Айрес даже внимания на это не обратила.
- А она тебя любит? Совершенно ясно, что ты ее - да.
Сеннар поднял глаза к небу:
- Айрес, прошу тебя…
- Ну?
- Нет. Не любит. Любит другого. Всадника, погибшего в сражении. Теперь ты довольна?
- Покойник - не ахти какой соперник в любви, - сыронизировала Айрес. - Знаешь, в чем твоя проблема, Сеннар? Ты сам себя недооцениваешь. - Она встала с кровати и легонько щелкнула его по щеке. - Подумай об этом!
В последующие дни каюта капитана стала местом паломничества; один пират за другим, вся команда, приходили навестить Сеннара и лично его поблагодарить. Самым щедрым на знаки внимания и похвалы оказался Доди, который выбрал его в свои герои. Обед и ужин он приносил Сеннару в постель, смотрел на него восхищенным взглядом и обслуживал как самого благородного господина.
Единственным, кто здесь не показывался, был Бенарес. Доди говорил, что он устроил Айрес уже не одну дикую сцену, но Сеннар не придал этому значения: раз уж он выстоял в ужасной буре, сможет устоять и против ревнивого жениха.
Почувствовав себя вполне окрепшим, маг решил вновь заняться прерванным делом. Его уже ждали на Ванерие.
Остров, к которому они пристали, был покрыт великолепными лесами. Тут было только одно большое селение, прилепившееся к склонам потухшего вулкана, возвышающегося в центре. Сеннар много путешествовал, но никогда не видал ничего подобного. В центре селения стояла башня, напоминавшая те, что были в Земле Ветра, но дом губернатора был массивнее и украшен так, как было принято в Земле Солнца. Часть селения протянулась до небольшого озера, из которого торчали такие же сваи, какие он видел в деревнях Земли Воды, а ближе к вершине вулкана были высечены каменные пещеры.
В общем, селение производило впечатление мозаики, но в нем была какая-то прелесть. Побродить по его улочкам было все равно что сделать очень короткое путешествие по Всплывшему Миру. Население тут собралось самое пестрое, расы, сожительствующие без каких-либо проблем. Существующее этническое равновесие казалось совершенным и неизменным.
Сеннар постоянно следил за новостями; ему была нужна любая помощь, чтобы закончить путешествие.
Именно Роол указал человека, способного ответить на интересующие его вопросы. Он отвел его в таверну, и хозяин указал ему на дом Мони, самой старой островитянки.
Сеннар ожидал увидеть дряхлую старушку с затуманенными мозгами, а его встретила женщина с золотистой, гладкой, как у ребенка, кожей и прекрасной памятью. Только широкая седая прядь выдавала ее старость.
Женщина усадила их за стол в тени зеленой беседки во дворе каменного домика. Мягкость ее лица сразу понравилась Сеннару.
- Так вот этот молодой человек и хочет умереть? - начала разговор Мони, заключив руку Сеннара в свои.
Она говорила на понятном магу языке, но с каким-то старинным акцентом. В ее произношении и ритме Сеннару слышались мотивы старинных баллад, которые они распевали в праздничные дни. Это был язык Всплывшего Мира двухсотлетней давности.
- Я не хочу умереть. Мне только надо выполнить одну миссию, - сказал растерянно Сеннар.
Женщина улыбнулась:
- Я это знаю. И вижу. У тебя чистое сердце, молодой маг.
- Откуда ты знаешь, что я маг? Женщина отпустила его руку.
- У меня дар провидения, а может, это не дар, а приговор. С тех пор как себя помню, память распахивает передо мной ворота времени и пространства и по своему почину показывает мне отрывки из будущего и прошлого. - Мони нагнулась к Сеннару и очень внимательно на него посмотрела. - Когда мы здесь появились триста лет назад, наши глаза еще были полны ужаса от того, что нам пришлось увидеть. Но нас вела надежда.
- Вы были среди тех, кто покинул Всплывший Мир? - с удивлением спросил Сеннар.
- Мы - те, кто его покинул. Ты молод и не можешь знать, как жилось в те годы. Это был ад, в котором жажда власти пожирала Земли. Мы были детьми. Война иссушила нашу жажду жить, нашу молодость. Власть вызывала в нас отвращение; мы уже не хотели бороться, за что-то биться, не хотели видеть чью-либо смерть. Все мы были из разных Земель, различались по расам, нас разделяла война, но нас сплотила одна искренняя жажда - мы хотели мира. Мы были убеждены, что судьба Всплывшего Мира - рухнуть в пучину горя и смерти. Мы мечтали о другом. - Женщина прервала рассказ. Сеннар задумчиво и согласно кивал. - Мы оставили наши земли, наши привязанности и прошли через бушующий, охваченный войной Всплывший Мир. Это был ужасный поход, много народу умерло по дороге, но нас вела вперед уверенность, что есть лучший мир и что мы сможем там обосноваться. Потом мы достигли Земли Моря и отправились в Неизвестность.
Мони надолго замолчала. В ее серых, как камни ее дома, глазах мелькали золотистые искорки. Сеннар и Роол молчаливо ждали продолжения.
- Суденышки были маленькие, продовольствия не хватало. Мы не знали, есть ли действительно что-то там, за океаном, и найдем ли мы пригодную для жизни землю, но все равно отправились в путь. Чтобы сюда добраться, вы рисковали жизнью. У нас было по-другому. Море приняло нас по-отечески и оставалось спокойным во время всего перехода. Но были и трудные моменты. Как знать: может, боги решили нас испытать и посмотреть, не угас ли наш дух и были ли мы достойны строить новый мир. Когда мы добрались сюда, наши силы были на исходе. Острова показались нам прекрасными, природа, казалось, так и приглашает нас остаться. Мы остановились и начали новую жизнь. Много лет мы жили спокойно, построили город, вырастили детей, старались осуществить наши мечты. Но вот стали приходить корабли.
- Корабли? - переспросил встревоженный Сеннар.
- Да. Военные корабли, полные жадных и жестоких людей, стремившихся отнять у нас все, что мы построили ценой огромных усилий. Мы защищались, жестоко оборонялись, перемазали руки в крови, вновь пережили то, от чего бежали. И тогда мы вызвали бурю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
