Читаем без скачивания Инженер - Валерий Быков

В этот же вечер я решил навести порядок в Вышнегорске. Во-первых, городок лежал на подконтрольной нам земле и был постоянной не большой занозой в заднем месте, во-вторых его мирные жители наверняка уже дрожали от страха ожидая от нас чего угодно. Хотя по данным разведки и было известно, что расквартированный в городе полк, имевший несколько БТР-ов, и вероятно немалое количество лёгкого вооружения, окопался на всех основных направлениях подхода к городу. Если считать вместе с ополчением, то число защитников было довольно велико. О подвозе продовольствия к городу, вот уже неделю не могло быть и речи, конечно у местных наверняка были свои запасы, но надолго ли их хватит? Стоит вспомнить и о 50-ти машинах пытавшихся покинуть пределы города, которые стараниями наших патрулей, были скажем так жёстко остановлены, метрах в пятистах за чертой города. Боевой дух полуосаждённых, скорее изолированных явно был на нуле, стоило превратить их в граждан Российской империи.

Уже утром 27-го в Вышнегорск отправился размахивающий белым флагом пехотный Р-17, с предложением вступить в переговоры и небольшой рацией, чтобы не пришлось бегать туда сюда. Через 30 минут робот вернулся, на его корпус было наклеено множество ленточек и бумажечек, на некоторых было написано добро пожаловать или пощадите. Мы предупредили, что с нашим посланником отправятся роботы охранения, никто против не был. К этому моменту мне уже порядком надоело, сидя за компьютером, наблюдать за вялым продвижением китайских дивизий к Иркутску, до которого им оставалось ещё 400 км по прямой, не считая Байкала, и я решил самостоятельно возглавить переговоры. Тем более, что мой современный вид, с двумя искусственными ногами и рукой, невольно внушал уважение кому угодно. По моему мнению, жители не были настроены на агрессию, не нужно быть гением, чтобы понять, что злить нас не стоит.

В 10–00 небольшой разведывательный гусеничный вездеход со мной внутри, подкатил к окраине. За вездеходом бежала рота Р-17, то есть ровно 100 андроидов. Конечно, я слегка принарядился перед встречей, то есть наоборот оголил свои самые интересные места, руки и ноги. Меня встречала небольшая делегация, разнюненных мамаш и сопливых детишек среди них к счастью не было, только мэр, его помощник, ещё пара мужиков, судя по всему местные авторитеты, и с десяток солдат срочников. Они выглядели довольно бледными, вероятно они слышали о зверствах роботов, убивавших всех, даже тяжелораненых. В принципе они были в моей власти и я решил, что надо требовать максимум, сразу устранять все наиболее типичные пережитки прошлой жизни. Иными словами, никакой местной администрации, рыночных отношений, проституции, алкоголя и наркотиков, все милицейские функции роботам, мобилизация по первому призыву, ранг человека в соответствии с социальной функцией (ребёнок, беременная женщина или инвалид) и образованием. И самое главное, отныне, никогда, никаких авторитетов смотрящих и прочих бандитских формирований, ни под каким видом, ни под каким предлогом, нет им место в моём мире и точка, потому что восемнадцати летние девушки должны получать розы от молодых парней, за свою красоту, а не ложиться под сорокалетних паханов. Сказать по правде, похоже, я просто всегда ненавидел это общество, эту страну, а сейчас, когда наконец я мог решать, это окончательно осознал. Мне не звёзды нужны были, а справедливость. С одной стороны это утопия, с другой стороны при современных технологиях реальность, просто надо научить простых людей радоваться не пиву и стону бабы под тобой, а простым человеческим радостям, творчеству, друзьям, уважению и свободе, и не важно, что они против, я заставлю. Конечно, я и раньше задумывался над тем, каким должно быть государство будущего, и вот теперь представилась возможность поэкспериментировать, и я не хотел, чтобы оно было похожим на какое-либо из тех, что были до.

— Здравствуйте товарищи.

— Здравствуйте господин парламентёр.

— Без лишних разглагольствований, перейдём сразу к делу, — мой голос был груб и решителен, я был ребёнком, но эти бывалые мужи видя мои невероятные увечья и искусственные конечности слушали как завороженные, — я не помогать прибыл, а обговаривать условия сдачи.

— Да мы с вами и не воевали… — замямлил было мэр.

— Успокойся, — это проговорил мужик лет 40, судя по всему, он решил блеснуть своей крутостью и важностью в городе, чтобы сразу поставить себя по понятиям, — продолжай парень.

— Чё типа разрешаешь? — меня сильно уело успокойся, типичный, очень распространенный приём понтового идиота сказанный для подчёркивания своей значимости, за не умением вести себя как человек, бессмысленно и исключительно для утверждения своего авторитета, можно сказать отвечающая по своей сущности всем канонам улицы. Скажи он это в чуть иной ситуации я может и не завёлся бы, но за мою студенческую жизнь, мне это уже так успело приесться.

— Да, — он выдержал паузу 2 секунды, — извини за базар.

— Ты тут смотрящий, а это твой помощник? — я решил уточнить.

— Да ты что с луны свалился, итак понятно же, — мужик явно решил, что я всё-таки ещё просто юнец и уже прощупывал меня на крутость, по идее дальше должны были пойти выражения потвёрже.

— Значит я должен тебя уважать так?

— Да конечно, если ты тоже не смотрящий конечно, или круче, — мужик ответил, но маленько смутился, мой вопрос ему явно не понравился, поэтому он и добавил вторую половину фразы, чтобы не выглядело, что он мне выкинул предъяву.

— Нам тут смотрящие не нужны, расстрелять этого и этого, — я с совершенно равнодушным видом ткнул пальцем на смотрящего и его шестёрку. Почему так сразу расстрелять? Во-первых, сейчас была возможность, а сам сдохнуть он наврят ли бы согласился, во-вторых надо было запугать всех слишком смелых, и в третьих такие люди, как смотрящие, шестёрки и вообще все с понятиями мне были абсолютно не нужны. Как они вообще могут быть кому-то нужны? Они же все, самые обыкновенные паразиты, ничего не умеют, и уже никогда не научатся делать, живут на себя, истреблять их нужно, всех до последнего, любыми способами. Нужно чётко осознавать разницу, между любым нормальным человеком, и закоренелым зэком.

— Желторотый, да ты чё се могилу роешь, да ты чё Ох…

Больше из его вонючей пасти ничто уже не вылетело, двое Р-17 всадили две пули в головы обоих мудаков и тут же снова встали по стойке смирно. Ни один милиционер старой России не смог бы отдать этот приказ, даже просто арестовать, никто из его подчинённых просто не осмелился бы, но роботам было плевать, для них это были две цели без браслетов опознавания свой-чужой и не более того. Люди в отдалении вроде зашевелились, но видя что застрелили смотрящего, и возможно не просто так, успокоились, решив, что он сам виноват. Я навис над трупом смотрящего, и сказал:

— Может, я и желторотый, но ты лишь старого мира лишняя пыль.

На мэра и солдат жалко было смотреть, я только что на их глазах застрелил совершенно неприкасаемого, по их мнению, человека. Это ведь смотрящий, поссорится с ним, всё равно, что подписать себе смертный приговор, он наместник царства воров в этом городе. Каждый мент знает, если ты остановил его за превышение скорости, заплати штраф, если он захочет девушку он её получит. Исключения конечно бывают, но разве что в Москве, для высшего общества, типа олигархов, или дочек тех же смотрящих, или ещё в паре других самых больших городов, где всех смотрящих и ментов не упомнишь, а каждая хорошо одетая девушка может совершенно случайно оказаться внучкой директора ФСБ. А вот в маленьком Вышнегородске смотрящий может почти всё, здесь нету олигархов с миллионами долларов в кармане, да и со связями в Москве у мэра не густо. А я приказал застрелить его просто так, за то, что он мне не понравился, значит я действительно могу сделать с ними всё что угодно. Тем более, что за такое даже директор ФСБ будет до конца жизни опасаться мести воров. Смотрящий защищён воровским законом, ведь в его неприкосновенности, на мести мудачья, и держится вся их вшивая, свинская власть над народом.

— Значит так, всех не согласных расстреливаю на месте, за попытку агрессии расстрел на месте, за попытку покинуть город без разрешения расстрел, за воровство раздаваемых припасов расстрел, за беспорядки расстрел, за попытку отнять выделенные другому человеку припасы расстрел, учтите теперь вы вообще живёте не в России. Старого мира больше просто нет. — Они смотрели на меня очумевшими запуганными глазами, и не верили, что это вообще может быть, перед ними стоял мальчик, но невероятно искалеченный с фантастическими протезами, в стиле будущее наступило вчера, и совершенно спокойно приказывал, как им жить дальше, а я продолжал. — Отныне вы все подданные Российского императора, вам будет оказана помощь, вы все являетесь военнообязанными. Все лица имеющие высшее образование, обязаны в течение этого дня явиться в призывные пункты за инструкциями. Все мероприятия по фильтрации населения и обеспечения эквивалентной помощью начнутся после 15–00.