- Как же я влип, Боже мой!… Как же я попал!…
Александра остановилась, развернулась и, так же осторожно ступая, отошла подальше от двери. «Может быть, у него неприятности в бизнесе?» - подумала она с сочувствием. Она стояла в гостиной у потухающего камина, не зная, как быть: идти ли со своей просьбой к явно чем-то удрученному хозяину или же отложить ее на завтра? И тут она явственно услышала:
- Ох, Жанна, Жанна, как же мне теперь с тобой быть? Куда же мне тебя деть?
Услышав эти слова, Александра возликовала в душе и решила разговор не откладывать. Громко топая, она подошла к библиотечной двери и постучала в притолоку:
- К вам можно, Дмитрий Сергеевич?
В библиотеке что-то упало, скрипнуло, а потом раздался спокойный голос Мишина:
- Кто там? Заходите!
Александра вошла и увидела Мишина, прилежно разбирающего какие-то бумаги на столе.
- Добрый вечер, Дмитрий Сергеевич.
- Добрый вечер, Александра Николаевна.
- Дмитрий Сергеевич, вы можете уделить мне двадцать минут?
- Нет, не могу. Вот пять минут - могу.
- Но мне надо вас кое о чем попросить…
- А вы постарайтесь уложить свою просьбу в пять минут. Вы же филолог!
- Хорошо, я постараюсь. Дмитрий Сергеевич, снимите запрет со старого сарая!
- Не сниму. И прикажу еще дверь в него кирпичами заложить, чтобы девчонки туда и пролезть не могли!
- Дмитрий Сергеевич, верните им сарай!
- Нет.
- Поверьте, сарай девочкам очень-очень нужен и вовсе не для озорства какого-нибудь!
- Тогда зачем же?
Александра помолчала, но потом вспомнила про лимит времени и сказала.
- В сарае теперь живут наши зайцы.
- А зайцев надо кормить. Все понятно. А вы про киднеппинг прошлогодний знаете?
- Знаю. Но девочки теперь со мной будут, а значит с ними ничего плохого не случится!
- Тоже мне охрана и защита! - фыркнул Мишин. - Ладно, я подумаю.
- И завтра дадите нам ответ, да? Лучше положительный, а то у вас могут возникнуть сложности в отношениях с дочками.
- Это что - ультиматум?
- Нет, просто педагогический совет. Ну и отчасти… предупреждение.
Мишин с минуту смотрел на нее молча и внимательно, а потом махнул рукой.
- Ладно, идите, Александра Николаевна. Я подумаю. Завтра ответ дам.
Когда Александра закрывала за собой дверь, она услышала негромкое, но явственное: «Тоже мне педагог… Девчонка!» Но, поскольку она уже вышла за дверь, то решила эту реплику считать не услышанной и проигнорировать.
Когда она поднималась по лестнице, навстречу ей спускалась Жанна в «маленьком черном вечернем платье» (так у модельеров почему-то называются платья, прикрывающие одно только туловище) и в длинной белой шубе. Она ступала в облаке духов, на вкус Александры мерзейших, чуть касаясь перил узкой рукой в черной шелковой перчатке; в другой руке она несла крохотную сумочку из настоящей змеиной кожи. На Александру Жанна взглянула мимоходом, но злобно: таким взглядом убивают, а не смотрят. Александра же в ответ просто вздернула нос и отвернулась. Жанна протекла мимо и, спустившись в холл, громко и нежно пропела:
- Митенька, дорогой, нам пора выезжать! Александра прошла к себе и легла спать.
Перед сном она долго вертелась, гадая, выполнит ли ее просьбу Дмитрий Сергеевич и не помешает ли этому зловредная Жанна? А еще она гадала, с чего это вдруг будущая мачеха так на нее взъелась? Даже из дома выжить пообещала! А как она, Александра, может этому помешать? - Да никак! Кто она такая в этом доме? - Да никто! Наемная гувернантка, обслуживающий персонал вроде Тани! Екатерина Ивановна, и та имеет в доме больший вес, чем она, и по праву, совершенно по праву! Вот устроит Жанна ей, Александре, какую-нибудь пакость, и Мишин ее уволит, и тогда останутся Юлианны в полной власти зловредной мачехи-ведьмы! Конечно, она, Александра, изо всех сил постарается быть осторожной и повода не давать, но насколько ее хватит… Потом она вспомнила нечаянно подслушанные слова Дмитрия Сергеевича и захихикала в подушку: «Выходит, Жанна для него как чемодан без ручки - носить нельзя, а выбросить жалко!» Она устыдилась своей злорадной мыслишки и постаралась выкинуть ее из головы. Но тут же принялась размышлять, сумеет ли Дмитрий Сергеевич найти способ избавиться от Жанны, или же она в самом деле станет мачехой ее дорогим девочкам? Она еще немного повертелась, повздыхала, а потом решительно поднялась и встала на молитву.
Взволнованный Ангел Александрос позвал Хранителей Иоанна и Юлиуса, и они все трое поддержали молитву встревоженной гувернантки.
Она молилась долго и даже немножечко поплакала. Стало легче, и она закончила молитву словами:
- Господи! Благослови отроковиц Анну и Иулию на добрые дела и сохрани их от всякого зла! Избави их, Господи, от злой мачехи и всех дел ее!
- Аминь! - сказали Ангелы.
После этого Александра снова улеглась в постель и спокойно уснула до утра, причем - до позднего утра. После вечерних тревог и ночной бессонницы она, конечно же, проспала все на свете и проснулась, когда за окном уже начало светлеть. Она вскочила с постели, быстро привела себя в порядок и пошла будить девочек.
- Девочки, просыпайтесь! Подъем! Умываться, молиться, завтракать!
- У-у, мы еще хотим спа-ать! - заныла, не просыпаясь, Юлька.
- Мы уже встаем! - послушно сказала Аннушка, тоже не просыпаясь и не открывая глаз.
- А вот я сейчас наберу воды из-под крана и устрою кому-то освежающий утренний душ прямо в постели! - пригрозила Александра.
- Ох! - вздохнула Юлька, села и открыла глаза. - Александра, вы в самом деле Санька-Встанька какая-то, причем очень ранняя Санька-Встанька!
- Да! - подтвердила Аннушка, открывая один глазок. - Вы-то выспались! Вон вы какая свежая, прямо как утренняя майская…
- Редиска! - закончила за нее Юлька. - Разве сегодня не воскресенье, Александра? Мы под арестом, в церковь не поедем - так зачем же так рано вставать?
- Подъем, подъем! - не унималась суровая гувернантка. - Поднимайтесь, ленивые сонные мышата! В церковь вы, кстати, уже опоздали. Вы что, забыли, что сегодня день освобождения из-под ареста?
- Ура! - вспомнив об амнистии, закричали девочки и разом вскочили с постелей.
- А какая погода на улице? - спросила Аннушка.
- Благоприятная для прогулки в парке. Сегодня будет теплее, чем вчера!
- По прогнозу?
- Зачем мне прогноз? Я вижу, что стекла покрылись инеем, на деревьях изморозь - значит, на дворе потеплело.
- Разве морозные стекла - к теплу? - удивилась Аннушка.
- Да. Пар в воздухе становится теплее, чем стекло и другие остывшие за ночь поверхности, и поэтому оседает на них.
- Вот почему окна замерзают!
- Да, поэтому. Хотя есть и другое мнение. Вот послушайте:
На окнах, сплошь заиндевелых,
Февральский выписал мороз
Сплетенье трав молочно-белых
И серебристо-сонных роз.
Пейзаж тропического лета
Рисует стужа на окне.
Зачем ей розы?
Видно, это Зима тоскует о весне. *
- Здоровско! - сказала Юлька.
- Красивые стихи! - сказала Аннушка.
И тут же девочки забросали Александру вопросами: а почему иней бывает только в ясную погоду, а что такое изморозь, а чем изморозь отличается от инея?
Но Александра все вопросы тут же пресекла:
- Я уже поняла, что вас интересует, но об этом мы поговорим на прогулке. А сейчас торопитесь, чтобы Дмитрий Сергеевич не успел позавтракать и уйти! Вы же собирались просить у него разрешения пойти к старому сараю, или я что-то путаю?
- Да, надо идти просить! - вздохнула Юлька. - Аннушка, начнешь ты, ладно? Папа не любит тебе отказывать.
- Ты его лучше убеждаешь, - возразила Аннушка. - Я обязательно растеряюсь и все на свете перепутаю.
- Ну, ладно, идемте, там поглядим! - сказала Александра.
Девочки поднялись, привели себя в порядок, помолились, и Александра скомандовала:
- Пошли завтракать! Вперед, ктиторы и храмостроители!
Дмитрия Сергеевича они застали уже за столом.
- Доброе утро, сони! А я-то думал, вы уже давно в церкви! - удивился он при виде дочерей и гувернантки.
- Мы проспали, - виновато сказала Александра. - Доброе утро, Дмитрий Сергеевич.
- Доброе утро, Александра Николаевна.
- Пап! - с ходу начала Юлька. - Можно мы с Аннушкой и Александрой Николаевной пойдем сегодня к старому сараю? Ты отмени свой запрет на сарай, ладно, папулечка?
- Так ты, Юлианна, вспомнила, что я не велел вам ходить к сараю? И как же это тебе удалось?
- Да так, чего-то вдруг вспомнилось…
- Нам Александра Николаевна подсказала, - честно уточнила Аннушка.
- Так я и думал. А чего вам понадобилось у старого сарая, пичуги? Там же наверняка все снегом завалило, вы к нему и не проберетесь.
- Да нет, там все должно быть, наоборот, вытоптано вокруг, туда же весь остров ходит зайцев кормить!
- Ну, если весь остров… Александра Николаевна, вы тоже собираетесь с ними к сараю - зайцев кормить?
- Конечно.
