Читаем без скачивания Лилия (сборник) - Мишель Арт

– Сколько я была без сознания? – спросила Вика.

Этот вопрос немного смутил Вадима Дмитриевича.

– Всего ничего – пять дней.

Услышанное повергло девушку в шок. Вопросительно вскинув брови, она хотела было спросить что-то еще, но отец ее опередил.

– Солнышко, ты, главное, не волнуйся, все хорошо. Я рядом. – И он поцеловал дочь в щеку.

Вскоре Вика почувствовала прилив усталости и вновь уснула, но уже естественным образом.

Выздоровление далось непросто. Последствия аварии оказались тяжелыми. Первые недели Вике пришлось заново учиться сидеть и немного двигаться. Вставать ей было запрещено. Благодаря стараниям отца у Виктории были лучшие врачи столицы. Но они ничем не смогли бы помочь, если бы не упорство пациентки. Каждый день она старательно выполняла простые, на взгляд здорового человека, упражнения.

Вот уже три с лишним недели Вика находилась в больнице. Целыми днями она отдавала все свои силы на то, чтобы скорее достичь нужных результатов. А по ночам нередко плакала от досады и тоски. Палата была одноместная, за ее пределы Виктория не могла выходить, поэтому ее общение с посторонними было сведено к минимуму: только медперсонал.

Как-то в один из дней она спросила своего отца:

– Пап, я ничего не знаю о судьбе Наташи. Что с ней случилось?

Услышав это, Вадим Дмитриевич тут же изменился в лице.

– Вика…

Сглотнув и проведя пальцем по удушливому воротничку рубашки, он продолжил:

– Я знаю, что ты сейчас в таком состоянии, что тебе совершенно нельзя волноваться, но я очень тебя прошу, никогда меня больше не спрашивай об этой роковой женщине, по вине которой я чуть не потерял свою единственную дочь.

Его лицо покраснело. Вика попыталась возразить, но отец, словно, уклоняясь от ответа, спешно покинул палату. Девушка в полной беспомощности смотрела вслед удаляющемуся отцу, не в силах его остановить. Попытки разговора о Наташе с Игорем тоже не дали положительного результата. Как только Виктория спрашивала о подруге, муж также начинал нервничать и уходить от ответа.

– Не нужно спрашивать меня о ней! Ты хоть понимаешь, что я испытываю каждый раз, как только начинаю вспоминать, что она чуть тебя не убила?!

– Игорь, но все совсем не так! Это был просто несчастный случай! Нелепая случайность! Такое происходит сплошь и рядом! – со слезами на глазах пыталась оправдать Наталью Вика.

Услышав все это, Игорь вплотную приблизился к сидящей на постели супруге. Посмотрев ей прямо в глаза и понизив тон, мужчина ответил:

– Нелепая случайность, говоришь?! Ты хоть знаешь, сколько спиртного влила в себя эта сумасшедшая, прежде чем сесть за руль?! Да ей вообще к машине приближаться было нельзя!

Тут его голос стал повышаться, глаза налились кровью:

– Как ты вообще после этого села к ней в машину? Тебе что, жить надоело?

Тут Вика не на шутку испугалась, что Игорь влепит ей пощечину. Съежившись, она робко посмотрела на мужа. Испытывая явное перевозбуждение, он весь дрожал. Исказив лицо, Игорь злобно сжал кулаки. Но в последнюю секунду поймал себя на мысли, что теряет контроль. Заставив себя успокоиться, он схватился за голову и резко отскочил от супруги. Вика продолжала испуганно смотреть на мужа. Воцарилось молчание. Игорь первым его нарушил.

– Прости, я просто потерял контроль. Вся эта ситуация выводит меня из себя. Как представлю, что мог потерять еще и жену…

Игорь даже прослезился. Вика, тяжело дыша, растерянно смотрела перед собой.

– Извини, мне сейчас лучше уйти. – С этими словами Игорь покинул палату. Быстрым шагом он прошел по длинному больничному коридору. Выйдя на лестничный пролет, он спешно спустился по ступенькам с четвертого этажа на первый. Не замечая никого и ничего вокруг, Игорь почти выбежал из больницы на парковку. Оказавшись внутри своей черной машины, он сразу вставил ключ в замок зажигания и, бросив прощальный взгляд на стены больницы, поспешил покинуть ее.

– Поздравляю! Судя по наметившейся тенденции, вы явно идете на поправку! – торжественно произнес доктор Корольков однажды утром, спустя месяц после того, как Виктория впервые открыла глаза после комы.

– Доктор, а когда меня выпишут? – с надеждой спросила девушка, сидя в своей постели.

– Ну, об этом судить, конечно, рановато. Давайте дождемся хотя бы того момента, когда вы сможете самостоятельно ходить.

После этих слов он улыбнулся. Для Виктории это казалось слабым утешением. Натянуто улыбнувшись в ответ, она опустила глаза.

– Ну, что ж, не буду вас больше беспокоить, у вас через полчаса назначены процедуры. Советую вам, Вика, немного отдохнуть, а затем с новыми силами продолжать упорно трудиться. И кто знает, быть может, ваше полное выздоровление случится гораздо раньше, чем мы ожидаем, – сказал на прощание врач и покинул свою пациентку.

Девушка глубоко вздохнула и в знак согласия закивала головой.

И вновь все дни потекли одинаково. Упорные тренировки, больничные процедуры, постоянный режим… Нередко в минуты особого отчаяния и боли Вика вспоминала Виктора или свою подругу Наталью, сожалея, что их нет рядом…

Особенно тяжело было по ночам. Несмотря на усталость и полное изнеможение к концу дня, с каждой ночью ей все сложнее было уснуть. Девушка подолгу ворочалась в своей постели. Ее посещали разные мысли. Печально смотря в больничное окно, Вике вдруг стало казаться, что ее спасение в этой аварии могло быть просто случайным…

А что если на самом деле она не должна была выжить?.. Что если она должна была присоединиться к тому, без кого так и не научилась счастливо жить? Мысль о случайности ее спасения стала укореняться в ее мозгу с каждой бессонной ночью все сильнее. И чем больше Вика об этом думала, тем сильнее ее терзали сомнения. И теперь, даже уснув, она стала просыпаться в холодном поту от кошмаров…

Наконец пришел тот день, когда доктор Корольков все так же торжественно (как уже повелось у него при любых хороших новостях) провозгласил о ее выписке из больницы. В этот момент рядом с Викторией были ее отец и муж. И как только врач озвучил разрешение на выписку, Вадим Дмитриевич обнял дочь. На его лице читалась огромная радость. У него было такое состояние, словно, с его души сняли тяжкий груз отчаяния и печали. Игорь, напротив, вел себя довольно сдержанно. Натянуто улыбаясь, он смотрел то на тестя, то на супругу. И только Вика, казалось, совсем не была рада своей выписке, к которой она еще недавно так отчаянно стремилась. С потерянным видом она принимала поздравления от окружающих.

На дворе была середина октября. Погода стояла дождливая. Дождь шел не в полную силу, лишь моросил, но не прекращался. Сразу же после выписки было решено ехать в квартиру Игоря и Виктории вместе с отцом. К их приезду была доставлена еда из ресторана итальянской кухни. В руках Виктория держала два огромных букета цветов: один – от мужа, другой – от отца.

– Вот ты и дома, – скромно произнес Вадим Дмитриевич, когда они втроем стояли в коридоре квартиры. Виктория стала недоверчиво озираться по сторонам, словно не узнавала родные стены. Всю дорогу домой она не произнесла ни слова. В квартире ситуация не изменилась. Заметив это, мужчины переглянулись.

Уловив во взгляде тестя определенный намек, Игорь сказал:

– Пойду разберусь на кухне и накрою на стол.

Отец и дочь прошли в спальню.

– Милая, может, ты хочешь переодеться и принять душ? – ласково спросил Вадим Дмитриевич.

Вика в знак согласия неуверенно закивала головой.

– Тогда я тебя оставлю и помогу Игорю. А ты делай свои дела и выходи к нам. Мы будем ждать тебя на кухне, – с этими словами отец вышел из комнаты, оставив Вику одну.

Как только девушка осталась наедине с собой, она вновь стала озираться вокруг, как затравленный зверек.

Горячие струи воды стекали по ослабленному и исхудавшему телу Вики. Запрокинув голову, она закрыла глаза. Ее некогда длинные, а ныне остриженные светлые волосы, словно вода, струились по лицу. На теле виднелись многочисленные рубцы и шрамы. Самый глубокий и длинный шрам пролегал в области груди, начинаясь под сердцем и заканчиваясь в районе пупка. Проводя по своему телу губкой, Вика вдруг начала замечать все увечья. Впервые за долгое время она вот так могла принять душ. Как оказалось, шрамы были везде: на руках, на ногах, на животе… Даже на голове был затянувшийся рубец. И чем больше она смотрела на себя, тем сильнее приходила в ужас. Самой себе она сейчас напоминала сшитую из кусочков тряпичную куклу.

Вика обхватила себя руками и, захлебываясь слезами, медленно сползла вниз.

– Что-то она долго… Сходи, проверь, как у Виктории дела, – мрачно произнес Вадим Дмитриевич, когда они с Игорем вдвоем уже сидели за столом и ждали ее.

Игорь, молча поднявшись, прошел в спальню. Комната оказалась пустой, зато из ванной доносился шум воды.

– Виктория, у тебя все в порядке? – громко спросил Игорь.