Можно мне забраться на капитанский мостик и покрутить штурвал, а ты снимешь это на видео?!
— Слушай, если она не перестанет болтать, я столкну ее за борт, — в конце концов, шиплю на ухо другу.
— Гриш! Я могу покрутить штурвал?! Алло! Прием?! Да обрати уже на меня внимание! — начинает ныть.
— Если ты залезешь на капитанский мостик, можно будет покрутить не штурвал… а у виска, — не выдерживает Камиль. Он, наверное, уже не рад, что поехал с нами.
— Кэп, а когда остановка? — смеясь, кричит Катерина. Ее не обидели слова Камиля, она решила, что это шутка.
— Хочешь выйти? Это можно устроить! — не удерживаюсь от колкости.
— Да что вы какие злые сегодня?! Говорила, пейте со мной. А нет, строят из себя «правильных». Или… а ну, признавайся! — подходит ко мне и тыкает пальцем в живот, — беременная, что ли?! Когда успела?
— Кать, не перегибай палку, — вступается Гриша, пока я сверлю глазами ее наманикюренный ноготь.
— Ребята, у нас запланировано полчаса на купание, — перебивает Андреас.
— Прекрасно. Самое время освежиться, — стаскивает майку Камиль.
— Тогда через пять минут будем в лагуне.
— Та самая?! Живописная?! Которая на всех плакатах? — хлопает в ладоши Катя. Она быстро забывает наш разговор, переключившись на другое. Поэтому пока я могу вздохнуть спокойно.
— Да, да. Она самая. Кто смелый и готов прыгнуть с трамплина? — прищуривается Андреас. Парни поднимают руки, а следом тяну и я. Гриша смотрит на меня как на сумасшедшую.
— Ты в своем уме, Васнецова?
— Да.
— Не припомню, чтобы раньше была любительницей попрыгать с трамплина в воду.
— Все меняется.
— Нет, милочка. Хочешь купаться, спускайся по лесенке. Никаких прыжков в твоем положении.
— Иначе что?
— Иначе расскажу всем твою маленькую тайну, — сжимает зубы гадкий шантажист.
— Ну и ладно! Не очень-то и хотелось! — надуваю губы и плетусь переодеваться. Как сказал Камиль, нам всем не помешает охладиться.
Лагуна оказывается безумно красивой. Бирюзовая вода, белоснежные скалы… и даже краешек затонувшего корабля, виднеющийся над синевой. Его мачта очень живописно обросла кораллами. Настоящий рай для аквалангистов! Надеваю маску и отправляюсь на исследование подводного мира. Надводный пока ко мне не слишком благосклонен...
Парни ныряют прямо с борта. Взрослые, а радуются как мальчишки, ей-богу!.. Катерина где-то болтается. На всякий случай ненадежной девушке надели спасательный жилет со свистком, так что, в случае чего ей удастся позвать на помощь.
— Красиво? Есть что посмотреть? — подплывает Гриша, натягивая маску.
— Ну да, довольно интересно. Только дыхание приходится задерживать надолго. Был бы акваланг… — мечтательно размышляю.
— Ну это мы как-нибудь организуем. Но потом, — переходит на шепот. — Так что он тебе сказал?
— Спросил, не могли ли мы встречаться раньше…
— Вот это да!
— Наверное, спутал меня с какой-нибудь девушкой. У него же много туристов мелькает перед глазами…
— А ты не думаешь что…
— Пока рано думать.
— Попытайся разузнать больше. Возвращайся на яхту и поговори с ним. Видишь, как много совпадений! Ты ведь сама знаешь, что очень похожа на мать.
— Ну…
— Если посмотреть ее фотографии в твоем возрасте, то вас легко можно было бы спутать. Разве что у тебя волосы темнее, и кожа всегда будто бы после солярия.
Вздыхаю. Гриня, как обычно, прав.
— Ладно, поплыву обратно. Может, удастся вывести Андреаса на личный разговор.
Забираюсь на борт, смываю морскую соль под теплой струей палубного душа. Повод для общения очевиден: нужно вернуть оборудование: маску и ласты. Ну и невзначай спросить про то, чем он занимался двадцать с лишним лет назад. Все же легко? Если бы...
Но я все-таки попробую.
— Спасибо, — дрожащими руками отдаю реквизит.
— Уже наплавалась? — улыбается.
— Да, — неумело вру, теребя пряжку на шортах.
— Хочешь чай или кофе? — предлагает Андреас, и я поспешно киваю. — Тогда садись. Сейчас сделаю.
Мы молчим. Не знаю, с чего начать.
— Вы с друзьями работаете здесь, верно? — прерывает тишину.
— Да. Аниматорами.
— Интересная работа, но сложная. Подрабатывал раньше пиратом на большом прогулочном корабле.
— Насколько давно? — поднимаю бровь.
— Очень, — хмыкает. — Тебя еще не было на свете.
— Ясно.
— Так ты впервые на острове?
— Да. Это моя первая поездка так далеко от дома…
— Мама с папой не волнуются? — хмурит брови. — Такую девчонку "домашнюю" отпускать на другой конец мира?
— Ну… у меня нет отца.
— Прости, мне жаль.
— Ничего. Я вообще его не знаю.
— Тебе черный или зеленый? — вдруг переводит тему.
— Зеленый. Без сахара. Но если есть соль…
— Да ладно?! Серьезно? — поднимает на меня удивленные глаза.
— Что?
— Я тоже обожаю зеленый чай с солью. А если добавить молоко…
— Будет вообще супер, — заканчиваю за него, расплываясь в улыбке.
* * *
— Как здорово, что я нашел человека со схожими вкусами! — радуется Андреас, разогревая в микроволновке молоко. — Знаешь, надо мной часто смеялись раньше, что я люблю чай с солью. Многие не понимают, как можно пить «такую гадость».
— Точно! — смеемся. Разговор сразу же становится менее напряженным. Я немного расслабляюсь, откидываясь на маленьком диванчике и более открыто рассматриваю возможного отца, ища какое-нибудь более очевидное сходство.
— Расскажи о себе. Зачем поехала работать так далеко? В России тоже есть места, где нужны аниматоры…
— Долгая история, а у нас всего час остался, — шучу.
— Ну ты можешь описать кратко, — ставит передо мной стакан с необычным чаем. Вдыхаю аромат и прикрываю глаза. Не пожалел молока, все так, как я люблю!
— Спасибо. Вообще, я учусь в театральном. И мне банально нужны деньги на мечту.
— Ого! Актриса, значит. Интересно, интересно… И что же за мечта такая? Голливудом грезишь? — прищуривается.
— Ну… было бы, конечно, здорово. Но если честно, то хотела бы открыть свой камерный театр.
— Вау! Планы Наполеоновские! — подмигивает. — В Голливуде?
— Если хорошо пойдет, — прыскаю. — Думаю и там найдутся желающие. Особенные дети есть везде.
— Особенные? — Андреас становится задумчивым.
— Да, я хочу непростой театр, а для талантливых детей с отклонениями. К сожалению, таких студий не так много, как хотелось бы.
— Это замечательная и очень светлая мечта, — на полном серьезе говорит капитан. — У моего
