Читаем без скачивания Магистры черно-белой магии - Наталья Александрова

– Вот и делай после этого людям добрые дела, – пробормотала Надежда. – А какая женщина?

Но Вероника дала понять, что ей неинтересна никакая женщина, а хочется отдохнуть и пообщаться с сыном, поэтому Надежда устремилась домой. В метро, думая о неизвестной женщине-убийце, она ощущала легкое беспокойство и обреченно думала, что опять придется провести вечер у телевизора, слушая противного Каморного.

Так и вышло. Глядя на довольное лицо Александра Каморного, можно было подумать, что он именинник, таким ликующим голосом он рассказывал о случившемся днем убийстве генерального директора компании «Петройл» Аркадия Бураго.

– Война в топливном бизнесе нашего города! – захлебывался он. – Не прошло и недели с убийства директора «Городской Нефтяной Компании» Вадима Крутицкого, как – вот, пожалуйста – убит Аркадий Бураго. Ни у кого нет сомнений, что обе смерти связаны друг с другом, но как же трудно будет искать эту связь! В обоих случаях исполнители – не профессиональные киллеры, а на первый взгляд, случайные люди. Крутицкого убил сотрудник «Голден-Холла» Виталий Локотков, а Бураго – женщина, завуч того самого интерната для детей с ослабленным развитием, Анищенко Валерия Петровна.

– Так я и думала, – тихонько простонала Надежда и опасливо оглянулась на дверь кухни, откуда раздавался воркующий голос Сан Саныча, уговаривающего кота еще немножко полежать под кварцевой лампой.

Ну, это же надо! Значит, вчера Валерия Петровна под наблюдением Надежды тихо и послушно пришла к себе домой, а утром встала, оделась и отправилась на работу в интернат, где спокойно застрелила в упор человека, который не сделал ей лично ничего плохого, а, наоборот, собирался подарить ее воспитанникам очень красивый туристический автобус, чтобы дети на нем могли выезжать на экскурсии. Надежда спохватилась, что отвлеклась и не слушает Каморного, а он между тем продолжал.

Александр Каморный чувствовал, что сегодня – его день. Жизнь редко преподносит человеку подарки, уж он-то хорошо это знал. Но вот сегодня…

Начать с того, что снимать благотворительную акцию Бураго в интернате поехал его приятель. У Александра Каморного в силу специфики его работы и подловатого, прямо скажем, характера, друзей совсем не было, но некоторые приятели имели место. То есть это были не то чтобы приятели, но люди, которым он в свое время не то чтобы помог, а оказал кое-какие услуги – не за так, разумеется, а с дальним прицелом.

И вот, минут через двадцать после убийства Бураго, в кармане у Каморного запищал мобильник.

– Старик, дуй сюда, не пожалеешь! – вполголоса пробормотал приятель. – У нас тут такое делается – Бураго шлепнули!

– Адрес давай, не тяни, – процедил Каморный.

– Это в Удельной…

Через минуту автобус телевизионных новостей уже мчался по городу. Однако раньше Каморного уже успела полиция, да и своя охрана никого к месту убийства не подпускала. Каморный, конечно, разузнал все об убийце – что это женщина, немолодая, работает в интернате почти двадцать лет и всегда отличалась спокойным характером и небуйным нравом. «И что на нее нашло? – пожимали плечами заплаканные воспитательницы. – Правда, сегодня с утра все пошло наперекосяк. Не явилась на работу директриса Елена Сергеевна. Это было странно, потому что была она женщиной молодой и здоровой, и если задерживалась, то всегда предупреждала, тем более что сегодня такой день – богатый спонсор должен был приехать с благотворительной акцией. И вот с утра ей звонили, но в квартире никто не отвечает. Тогда решили, что получать торжественно ключи от автобуса будет завуч Валерия Петровна – не отменять же акцию, а то еще спонсор передумает. А она, вместо того чтобы принять ключи, вдруг достала пистолет и выстрелила в спонсора несколько раз, пока ее саму…» – дальше опять начались слезы и причитания.

«И где она взяла пистолет?» – задумалась полиция.

«И куда делась директриса Елена Сергеевна?» – задал себе вопрос Каморный.

И пока полицейская бригада по инструкции опрашивала свидетелей и огораживала место происшествия, Каморный тихонько выяснил адрес директрисы, и автобус помчался в город. На стук и звонки в квартире Елены Сергеевны долго никто не отвечал, так что Каморный подумал уже, что зря они приехали, когда наконец за дверью послышалось неуверенное движение, и открыли, не спрашивая. Директриса Елена Сергеевна была бледна и растрепана. Она морщилась и держалась за голову, где в области затылка просматривалась огромная шишка. Каморный представился и с ходу огорошил ее новостями, правильно разглядев в сидящей перед ним молодой женщине силу воли и твердый характер, а это значит, что она примет все спокойно и не станет опять падать в обморок. Действительно, Елена Сергеевна только закусила губу оттого, что услышав страшные новости, сделала непроизвольно резкое движение головой. Оператор Николай услужливо протянул ей мокрое полотенце, чтобы приложила к затылку. Елена Сергеевна благодарно кивнула и рассказала Каморному, как Валерия Петровна позвонила ей рано утром, как очень просила поговорить и как она, ни о чем не подозревая, согласилась. Потом Валерия пришла, даже разделась в прихожей, а когда Елена Сергеевна отвернулась, очевидно, ее стукнули по голове чем-то тяжелым, она почувствовала удар и очнулась только от сильного грохота, который производили Каморный с оператором, когда стучали в дверь квартиры.

– Очень интересно, – вежливо произнес Каморный, – а скажите, у вас в квартире не было никакого огнестрельного оружия?

Он спросил это наугад, просто интуиция ему подсказывала, что дело на этом не закончится.

Да, у нее есть пистолет, муж купил, когда они вернулись в Россию, и оформил разрешение на него. Он говорил, что в России очень криминогенная ситуация, и поэтому оставил ей пистолет, пока сам остался в Москве. Разумеется, она, хоть и умеет стрелять, не брала никогда этот пистолет, так он и лежал в ящике стола.

– Но теперь не лежит, – заметил Каморный, нахально открыв ящик стола.

– Да, – согласилась директриса, – его нет. Вот за чем Анищенко приходила.

– Похоже, что именно из вашего пистолета ухлопали Бураго, – осторожно сказал Каморный, – но я, разумеется, не полиция, выводы делать не могу.

– Вот, теперь еще из-за этого у мужа неприятности будут, – вздохнула Елена Сергеевна.

Каморный несколько расслабился и задал вопрос, кто такой ее муж и почему он живет отдельно в Москве, но Елена Сергеевна, хоть и выглядела несколько растерянной после сильного удара по голове, тут же опомнилась и сухо ответила, что она, конечно, очень благодарна господам репортерам за то, что привели ее в чувство, но не слишком ли много вопросов они задают больному человеку? И не пришло ли время позволить ей отдохнуть и привести себя в порядок, поскольку она определенно знает, что сегодня ей еще предстоит разбираться с полицией и другими правоохранительными органами.

Каморный быстро ретировался, задав последний вопрос:

– Знала ли Валерия Петровна о наличии у Елены Сергеевны пистолета?

– Да все на работе знали, я рассказывала, – отмахнулась от него Елена Сергеевна.

И теперь в новостях, уверенно пересказывая телезрителям всю историю с пистолетом и выведенной из строя директрисой, сам Каморный находился в недоумении. Все говорило о том, что акцию Валерия Петровна Анищенко планировала заранее. Она рано утром пришла домой к директрисе, сделала так, чтобы та не смогла выйти из дома несколько часов, и взяла у нее пистолет. Таким образом, она убивала двух зайцев сразу – добывала оружие и устраняла на время директрису, чтобы занять ее место. Все было сделано толково и аккуратно. Но зачем? Чтобы убить Бураго, естественно. Но убить его она должна была только ценой собственной жизни, иначе ничего бы не вышло – слишком сильная охрана была у директора компании «Петройл».

К тому времени, как новости пошли в эфир, Каморный уже знал через знакомых в полиции, что дал опрос: никогда ни при каких обстоятельствах Валерия Петровна Анищенко не встречалась с Аркадием Бураго. То же самое, кстати, утверждалось и по поводу Виталия Локоткова: нигде и никак он не мог познакомиться с покойным Вадимом Крутицким. Это было загадочно, но именно в таком совпадении, казалось Каморному, и таится разгадка тайны.

Внимательно выслушав все, что сообщил ей с экрана Каморный (а он не только изложил события, но и провел кое-какие параллели), Надежда удовлетворенно вздохнула и выключила телевизор.

– Силен Каморный! Репортер отличный! Но я-то какова? Подозревала вчера эту Анищенко – так оно и вышло!

Газета «Санкт-Петербургские ведомости» номер 12 за 1913 год:

Особам, пострадавшим через тайное недоброжелательство своих недругов, поможет средствами современнаго практическаго чародейства вдова титулярнаго советника Кнаббе.

За Каморным на экране монитора наблюдала еще одна женщина. Она пристально смотрела на экран, покусывая губы и постукивая карандашом по столу. И хотя лицо ее было непроницаемо, те, кто очень близко знал ведущую телеканала Алену Багун, поняли бы, что она в ярости. Алена поглядывала на разливающегося соловьем Каморного и усмехалась одними уголками губ.