— Нашёл? — опустилась она рядом. «Непостижимо!»
— Нашёл, ангела моего. Яна, она не надолго пережила меня. Представляешь её разочарование, когда она не нашла там, — он поднял глаза к потолку, — меня.
— Но если кольцо на ней она сама могла туда не попасть. — Обняла его за поникшие плечи Яна.
— Кто знает, может, ты и права. Я не подумал об этом. Вернее в моей голове всё перемешалось. Надо быстрее открыть и проверить, у меня нет сил терпеть. Вот же она рядом и я найду, наконец, своё успокоение возле безвинного ангелочка моего.
У Яны дрожали губы и она ничего не могла с этим поделать. «Он найдёт успокоение, а я? что будет со мной? как я дальше без него сможет жить? Нет, чтоб он там не говорил, сегодня я не готова к его уходу. Понятно, что днём не надышишься, но мне нужен хотя бы этот день».
— Ральф подожди, — мягко, но настойчиво развернула она его к себе, отнимая руки от холодного камня. — Прости, но не спеши, выслушай меня… Я понимаю, как тебе не терпится обнять её. Тем более она вот рядом. И сейчас отделяющие вас века подгоняют тебя к этому. Но… Подари этот день мне. Прошу. Ведь ты навеки будешь принадлежать Луизе, а я останусь здесь одна. Пожалуйста, не отказывай мне. Завтра мы вернёмся сюда, ты останешься в объятиях любимой женщины, а я вернусь в холодный замок к твоему портрету. Ведь ты не можешь не догадываться об моих истинных чувствах к тебе. И я прошу такую малость.
Яна видела, как заходили его скулы, как тяжело ему было отлепляться от праха милой сердцу женщины, но он встал.
— Вы правы сударыня. Мы вернёмся сюда завтра, когда вы будите готовы. А сейчас мы погуляем здесь, среди этого молчаливого народа. Ведь я наконец-то обрету покой в своём родовом склепе. Буду лежать в обществе этих достойных джентльменов, возможно, что многих я знавал.
— Вот и отлично. Запирайте граф склеп. Ключ мне в сумочку, чтоб не потерять. А не пригодившиеся, чужие, повесьте на место. Пока сторож вон у серого надгробья ковыряется. Поспешим. Я подожду вас на выходе, чтоб не попадаться ему на глаза. Они погуляли по роще. Граф постоял у старого ветвистого дерева, прижавшись щекой к коре словно что-то припоминая…
* * *
К вечеру вернулись в местечко, где отдыхала после плодотворно проведённого дня группа. Чувства голода не было. Подумала, что странно день без крошки во рту, и вечером отчего-то есть совсем не хотелось. Он сидел на маленьком диванчике, облокотившись на спинку, закрыв глаза. Если б она не знала, что привидения не способны спать, подумала б точно, что мужика сморила усталость. Освежившись, Яна остановилась напротив него. Ничего не менялось. Его поза оставалась прежней. «Может, зря я украла у него один день, и он мучается сейчас? Ну уж дудки. Это день мой» Девушка подсела к нему на диванчик, граф нехотя открыл глаза. Забрала его руку и положила себе на плечо, а голову устроила на его груди. Она почувствовала, как он напрягся, но не остановил. Ничего не менялось. Так они просидели до позднего вечера. Чтоб выкрутиться из щекотливого положения Яне пришла идея попить пиво и она потащила его за собой. Он хоть и не охотно, но согласился. Шагая по многолюдному проспекту, вскоре набрели на маленький бар. Пиво здесь не просто культовый напиток, а смысл жизни. Зашли, озираясь по сторонам, нашли пустующий столик. В нос ударило множество запахов. Должно быть, присущих для пивных. — Поморщилась Яна. Хорошо Ральфу, его нос не чует ничего. Посидев, она несколько принюхалась к ним. Наконец к столику подошла участливая официантка, и она сделала заказ. Яна с любопытством осматривалась. Ведь всем известно, что политический путь фюрера начался во время пивного путча. Люди — странные существа. Теперь то место является одним из самых известных заведений города. Народ тянется посидеть там где был этот урод. Принесли пиво. Посмотрев, как это делают другие. Яна, посасывая пену морщила лобик и не сводила глаз с непроницаемого лица графа. Естественно, пила она, маленькими глотками, а он безучастно смотрел на веселье окружающее его. Ей пришло выпить и его кружку — это было уже лишку. У неё заплетались ноги и она излишне много смеялась. Пришлось пройтись по приятному, спокойному городу. Зашли в самую древнюю в городе церковь Святого Петра. Яна прочитала: «Построена в одиннадцатом веке». Упасть не встать, какая старина! Острые башни как стрелы вонзаются в небо. Купол её сделан в виде фонаря, а внутри господствует стиль барокко. На смотровую площадку не пошли. Графа интересовало другое. Ральф долго сидел, упершись головой о спинку перед собой. Яна не торопила. Вспоминает, не иначе, эта церковь была при нём.
Возвращались пешком. Вокруг никто никуда не спешил. Жизнь бурлила только в центре, но Яне было куда интереснее пройтись по маленьким улочкам. Бродили по тихим улочкам между площадями, любуясь стариной и покоем. В гостиницу вернулись поздно. Только плюхнувшись на кровать почувствовала, как устала. Ральф опять занял своё место на диване, а она, вытирая слёзы и безутешно всхлипывая около него. Яна попробовала забраться к нему на колени или потянуть за собой в кровать, но натолкнулась на сопротивление. Он счёл себя вправе выразить ей своё несогласие. Его густые брови, сошлись на переносице, а лицо стало напряжённым. «Нет!» — сказал как отрезал он. Это добило её и в то же время успокоило. Обиду она проглотила, бестолковое дело обижаться на судьбу. Насильно мил не будешь. Можно только сломать чью-то и свою жизнь. Но здесь ей даже такой малости не дано, потому как у него и жизни-то нет, он призрак. Наверное, на такое гадкое, на что шла она, людей кидает от одиночества. От него же и поступки, за которые потом становится безумно стыдно, о которых позже думаешь и думаешь. Именно они способны лишить разума, догоняя и возвращаясь из раза в раз, паля огнём голову и душу. Надо заткнуться и беречь силы — впереди ещё прощание. Они так и просидели всю ночь, до первых проблесков рассвета, но даже они не пробудили в ней хоть маленького желания жить. Зачем? остаться в том склепе рядом с ним и все дела! Кому нужна её жизнь, ей точно нет. Их потревожила гувернантка с уборкой. Яна поднялась. Не глядя на него, привела себя в порядок и сдала номер. Решив, что ей больше без надобности и сюда возвращаться она не будет. Нашла женщину, ту, что ездила с ними и за гида, и за старшего группы. Предупредила, что дальше она со спутником, действуют по своему плану.
* * *
До городка доехали на машине, всего-то сотня километров. К поместью добрались опять на автобусе. Потом шли, взявшись за руки по милой дорожке виляющей по красивым лугам к кладбищу. Оглядевшись, нырнули в склеп. Опять повеяло таинственным, мистическим и потусторонним. Прикрыли дверь и включили фонарик. Нашли гроб с белым ангелом и отодвинули совсем не тяжёлую плиту. Одежда женщины почти истлела, но волосы сквозь века не изменили свой цвет. Белый. Должно быть некогда воздушные, как шапочка одуванчика, они лежали вокруг скелета паклей. На сложенных ручках огнём полыхнуло кольцо. Яна остолбенела. Вот это да! Граф не мог скрыть своей радости. Глаза его блестели. Яне показалось, что свет этого камня играл в них кострами.
