Они обследовали все здание, начали с верхнего этажа, где находилась комната отдыха и, отделенная от нее синей занавеской, спальня с четырьмя койками. Энди Колуччи смотрел телевизор, двое патрульных, которым предстояло заступить в замогильную смену, спали; Сэнди слышал их храп. Тем не менее, заглянул за занавеску. Все так, спящих двое, один мягко похрапывает через нос, другой громогласно, с открытым ртом. Энниса нет. Сэнди и не ожидал найти его там. Если Эннису хотелось поспать, он обычно шел в подвал и устраивался на большом вращающемся стуле, который хорошо смотрелся с металлическим столом времен Второй мировой войны и старым ламповым радиоприемником на полке, играющим легкую музыку. Однако, они не нашли Энниса и в подвале. Радиоприемник молчал, вращающийся стул пустовал. Никого им не удалось обнаружить и в кладовых, маленьких, плохо освещенных, похожих на камеры в подземелье.
В знании было четыре туалета, считая стальной, без крышки, унитаз в «Уголке плохишей». Эннис не прятался ни в одном из трех с дверями. Не было его ни на кухне, ни в коммуникационном центре, ни в кабинете сержанта, который в это время пустовал, но дверь оставалась открытой.
В этот момент к ним уже присоединился Хадди Ройер. Орвиль Гарретт уехал домой (возможно боялся, что сестра Энниса самолично заявится в расположении взвода) и оставил Мистера Диллона на попечение Хадди, так что собака тоже составила им компанию. Кертис объяснил, что они делают и почему. Хадди сразу все понял. У него было простецкое, открытое крестьянское лицо, но на отсутствие ума он не жаловался. Сразу подвел Мистера Д к шкафчику Энниса, приказал принюхаться, что Мистер Д и проделал с неподдельным интересом. К ним подошел Энди Колуччи и еще двое свободных от смены патрульных, которые приехали на базу, чтобы поглазеть на «бьюик». Они вышли из здания, разделились на две группы и обошли территорию, зовя Энниса. Дневного света еще хватало, хотя солнце закатывалось за горизонт, окрашивая небо в красные тона.
Керт, Хадди, Мистер Д и Сэнди составили одну группу. Мистер Диллон шел медленно, нюхал все подряд, но лишь один раз оживился, около «гремлина» Энниса. Да только они уже знали, что в автомобиле никого нет.
Поначалу имя Энниса они выкрикивали, чувствуя себя полными идиотами, им казалось, что, узнай кто об этом, над ними начали бы смеяться, но, когда они сдались и вернулись к зданию, настроение изменилось. Теперь они уже поняли, что ситуация более чем серьезная.
— Давай отведем Мистера Д в гараж и посмотрим, что он там унюхает, — предложил Керт.
— Ни в коем разе, — ответил Хадди. — Не нравится ему этот автомобиль.
— Да перестань, Энни — мой напарник. А кроме того, возможно, отношение старины Д к автомобилю изменится.
Но отношение старины Д не изменилось. То есть вне гаража он вел себя нормально, но начал натягивать поводок, когда патрульные подходили к боковой двери. Голову опустил, носом буквально терся по асфальту. Еще большую активность проявил, когда они добрались до двери. Патрульные не сомневались, что он уловил сильный запах Энниса.
Потом Кертис открыл дверь, и Мистер Диллон забыл про запахи. Тут же начал выть, подогнул задние лапы, будто их свело судорогой. Шерсть встала дыбом, он обмочился, оросив порог и бетонный пол гаража. А мгновением позже начал рваться с поводка, который держал Хадди, не переставая выть, пытаясь, пусть и с неохотой войти в гараж. Ненавидел то, что стояло там, боялся, но, тем не менее, старался приблизиться.
— Ладно! Уведи его! — воскликнул Керт. До этого он держался очень хорошо, но долгий и нервный день дал о себе знать, так что до срыва оставалось совсем ничего.
— Это не его вина, — начал Хадди, но, прежде чем продолжил, Мистер Диллон поднял голову и завыл… только Сэнди показалось, что это не вой, а крик. Собака вновь рванулась вперед, таща за собой Хадди. Она уже вошла в гараж, не переставая выть, рваться с поводка, ссаться, как щенок. Ссаться от ужаса.
— Я знаю, что не его, — кивнул Кертис. — Ты был прав с самого начала, я напишу извинение, если хочешь, но сейчас убери его отсюда!
Хадди попытался вытащить Мистера Диллона из гаража, но пес был крупный, под девяносто фунтов, и не хотел уходить. Керту тоже пришлось взяться за поводок, чтобы сдвинуть Мистера Д в нужном направлении. Дело дошло до того, что они завалили собаку на бок и волоком вытащили из гаража (как мешок с хорьками, говорил потом Сэнди), хотя Мистер Д сопротивлялся отчаянно, выл и злобно скалил зубы.
Как только пса оттащили от двери, Керт захлопнул ее. В ту же секунду Мистер Диллон расслабился и перестал бороться. Словно в его голове щелкнул выключатель. Пару минут полежал на боку, приходя в себя, потом вскочил. Недоуменно посмотрел на патрульных, как бы говоря: «Что случилось, парни? Вроде бы все шло хорошо, а потом я ничего не помню ».
— Святое… гребаное… дерьмо , — просипел Хадди.
— Отведи его в дом, — попросил Керт. — Не следовало мне уговаривать тебя идти с ним в гараж, но я очень волновался из-за Энниса.
Хадди увел пса, к Мистеру Д вновь вернулось спокойствие и хладнокровие, он задержался лишь с тем, чтобы обнюхать башмаки других патрульных, которые обходили базу по периметру в поисках Энниса Рафферти. И поспешили к гаражу, услышав вой Мистера Д, чтобы узнать, что там происходит.
— Расходитесь, парни, — так Сэнди всегда обращался к зевакам, собиравшемся на месте аварии. — Шоу закончено.
Они разошлись. Сэнди и Керт проводили их взглядами, стоя у закрытой двери гаража Б. Вскоре Хадди вернулся, уже без Мистера Диллона. Сэнди наблюдал за Кертом, который вновь взялся за ручку двери, и вдруг ощутил, как внутри поднимается волна ужаса и напряженности. Чувство это в отношении гаража Б возникло впервые, но далеко не в последний раз. За последующие двадцать с небольшим лет он входил в гараж Б многократно, но всегда в нем поднималась темная волна, пугая ужасами, которые маячили на границе зоны видимости, недоступные даже периферийному зрению.
Впрочем, не все эти ужасы оставались недоступными. Некоторые удалось и увидеть.
Они вошли втроем, шурша подошвами по грязному бетону. Сэнди повернул выключатели у двери и в свете вспыхнувших ламп они увидели «бьюик», единственную декорацию на в остальном пустой сцене, единственное произведение искусства, выставленное в галерее, стилизованной под гараж. «И как бы они назвали этот экспонат ?» — подумал Сэнди. В голове сверкнуло: «Почти как «бьюик », — возможно потому, что внезапно вспомнился когда-то прочитанный фантастический роман Клиффорда Саймака. И тут же, возможно, благодаря охватившему его ужасу, в ушах зазвучали строки песни Боба Дилана: «Что ж, если я там умру, ты знаешь, она должна накрыть одеялом постель ».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
