возле меня, втянул морозный воздух, ворвавшийся вместе со мной.
— Ночью будет буран, Акихито. Зря ты покинул кров Матери рода. Дом уважаемой Баожэй защищён от всех ветров, её гости…
Я сгрёб его за грудки и прищурился. Янтарные глаза были слишком близко, губы изогнулись в насмешке.
— Ещё раз тебя спрашиваю, — тихо, но очень чётко произнёс я. — С какого ты решил поиграть со мной?
— Как ты возбудился после моих лисичек, — заметил он.
Я встряхнул его, послышался треск и короткий перестук по полу сорвавшихся с шеи костяных бусин. Не собираюсь говорить ни о его развратницах-кицуне, которые слушаются воли шамана и готовы соблазнить любого мужчину, ни каких-либо других сказок.
— Я жду ответа.
Джиан неожиданно резко оттолкнул меня и прошёл к двери и закрыл плотнее, щелкнул замком. Обернулся вполоборота, только сверкнула длинная серьга среди рыжих прядей.
— Ты — идиот, Акихито Накаяма, — глухо произнёс он. — Каким был идиотом семь лет назад, таким и остался.
— Очень признателен за лестную характеристику, — кивнул я, складывая руки на груди, — но мне бы подробностей.
Джиан повернулся ко мне лицом, скользнул взглядом снизу-вверх, словно оценивал. Потом усмехнулся уголком губ, сделал глоток из чаши и пожал плечами. Молча прошёл и расположился на подушках у камина. Поднял на меня взгляд, в котором так и читалось: «Ну, долго будешь столб изображать?»
Я закатил глаза, подошёл к нему и опустился рядом. Цуков Джиан. Цуков проклятый шаман Снежных целителей. Ведь прекрасно знает, что я не уйду, не получив ответов.
Однако язык словно онемел. Нужно было спросить так много, но почему-то ничего не выходило. Эй-эй, Акихито, это что, робость? Или просто неумение как ни в чем не бывало говорить с человеком, с которым семь лет назад разругался вдрызг?
— Тебе нужен дракон, — не глядя на меня, сказал Джиан. — Без него Тхэмина не найти. Наследник императорского престола не будет прятаться так, чтобы нашла любая собака.
— Собака — это на меня намек? — зачем-то уточнил я.
— Идиот.
Некоторое время мы молчали. Потому что… он был прав. Дракон — это практически сделанное дело. Только вот надо понять, как шаман уболтал его покинуть насиженное место и потащиться цук знает куда. Эти твари предпочитают покой и собственные хрустальные яйца, а не прогулки по Джапоне.
— Зачем было подсылать ко мне этих твоих…
Он вскинул голову, янтарь глаз полыхнул.
— А иначе бы ты пришёл?
Ответить было нечего. По собственной воле я бы точно не зашёл в дом шамана. Посмотрел, припомнил недобрым тихим словом и пошёл своей дорогой. Даже с тем, что мне рассказала Баожэй. А рассказала она весьма мало.
Просто Джиан — это прошлое. Это то, к чему возвращаться я себе давным-давно запретил. Когда человек — воплощение коварства и изменчивости пламени, не стоит с ним вести дел. Тут он за тебя готов отдать всё на свете, а через минуту — испепелит на месте.
— Нет, — наконец-то ответил я.
В сообразительности Джиану не откажешь. Очень чётко просчитал, что нужно сделать, чтобы я примчался в дом на уступе сам. Среди ночи, не решив даже дождаться утра. Хитрый лис.
Джиан хмыкнул, плеснул остатки напитка прямо в пламя. То жадно заиграло, вспыхнуло жарко.
— Тогда слушай, — хмыкнул он. — Искать Тхэмина — задачка ещё та. Он временами заходил ко мне, болтали о том, о сём.
Я бросил на него быстрый взгляд.
— Нет, Акихито, болтали — значит, болтали, — ни капли не смутился Джиан. — Или ты считаешь, что я буду играть с императорским наследником?
Придурком шаман никогда не был. Пришлось покачать головой.
— Было сразу ясно, что такое количество чжу — лакомый кусок. Для кого именно — я не знаю. Среди Мин у парня врагов не было. Во всяком случае, я обнаружить никого не смог. И мои лисицы тоже.
Лисицы Джиана — красавицы кицуне, юркие и толковые помощницы, которые помогают своему шаману всегда быть в курсе всех происходящих у Мин событий. Именно их он подослал ко мне недавно. Именно с ними семь лет назад…
Я нахмурился, отгоняя воспоминания.
— То есть, всё чисто, но Тхэмин всё равно бежал? — задал вопрос, лишь бы не молчать.
Джиан неопределённо качнул головой, потом покрутил в руках подвеску в виде серебряного варгана.
— А что с императорской семьей? Были ли шепотки о раздрае?
Он фыркнул:
— Серьёзно считаешь, что он таким бы делился?
— Нет, но ты видишь больше, чем говорят.
Джиан бросил на меня быстро взгляд. Я успел заметить мелькнувшую растерянность. Хм, неужто думал, что сомневаюсь в его способностях? В здравом смысле — нередко, а в способностях — никогда.
— Я ведь прав?
Подвеска закрутилась в его пальцах быстрее.
— Прав, — буркнул он. — Тебе Мин дадут бегового рюука.
Шипастая, упёртая тварь, которая шикарно скачет по снегу и льду, плюясь огнём. Прирученные прекрасно возят своих хозяев по горам, дикие… к диким лучше лишний раз не подходить.
Однако меня интересовал другой момент.
— Рюук возит людей на приличные расстояния. Зачем мне рюук?
Джиан выпустил бедную подвеску из пальцев.
— Дракон согласился выслушать твою просьбу, — сказал он. — Но тебе ещё надо его убедить.
Я еле слышно выругался. Конечно, Баожэй, старая ты стер… уважаемая женщина. После дороги, видимо, совсем ум за разум зашёл, раз не сообразил, что ни один дракон сам не придёт к человеку. Дурак!
Некоторое время мы молчали. Потом я всё же спросил:
— Почему ты это делаешь?
Джиан медленно поднялся, прищурившись, посмотрел в окно. Там уже завывал ветер, давая понять, что буран на подходе.
В этот момент серебряные татуировки на теле шамана начали переливаться словно ртуть.
— Потому что я чту род, Акихито, — его голос звучал тихо и, казалось, долетал со всех сторон. — Потому что я поклялся защищать Мин в любой ситуации, делая всё для этого возможно. Потому что я хорошо отношусь к Тхэмину, и хочу, чтобы он был цел и невредим.
В какой-то момент показалось, что в голосе Джиана слышен звон льда, который словно свидетельствовал и подтверждал сказанное. Огонь будто покинул камин и стеной встал за спиной, отбрасывая причудливые тени на прозрачно-белую кожу.
Джиан тряхнул волосами, наваждение тут же развеялось. Но я прекрасно понимал, кто передо мной стоит.
— Ну что, Акихито, охотник на чудовищ, устроил тебя мой ответ?
— Да. И не называй меня охотником на чудовищ.
— Хорошо, охотник на чудовищ.
Быстрая подсечка, короткий вскрик от неожиданности, Джиан оказался на полу. Я навис сверху.
— Ещё раз, шаман. Только попробуй, — предупредил я.
Он только улыбнулся. В янтарных глазах был смех и вызов. Попробует. Будет
