когда речь шла об этой девушке?
Тем не менее, она не та за кого себя выдает. Про свою личность она точно врет. Почему?
Может, она в беде? Де Врис прошел в офис и запустил другую поисковую программу. Черта с два он это так оставит, особенно если Саймон опять отправит его куда-нибудь из города. Люди не всегда возвращаются из боевых командировок.
Глава 6
Де Врис нашел квартиру Линдси без всяких сложностей, если не считать дикого недоверия. Кирпичное здание выглядело так, словно его построили до того, как Колумб открыл Америку. Какого хера она живет в этих трущобах?
Нахмурившись, он объехал квартал в поисках места для парковки. Ни подземной парковки. Ни наземной. Можно только бросить машину на улице. Господи Боже.
Дверь в подъезд не заперта. Он прошел по драному ковру мимо металлических почтовых ящиков, разрисованных граффити, и остановился у лифтов. Один из них не работал. Второй… Он не стал глупить и поднялся по лестнице.
На четвертом этаже было слышно телевизор из каждой квартиры. Пахло так, словно кто-то помочился у дальней стены. Фыркнув от отвращения, он постучал в дверь.
Внутри ни звука. Он не мог ей позвонить, ведь она нигде не указала номер телефона. Он постучал громче. Ничего. Черт.
Девушка в прикиде гота прошла мимо него вниз к холлу. У нее было столько пирсинга, что он хотел бы знать, о чем только думают ее родители.
— Эй, ребенок.
Девушка резко остановилась.
— Что?
— Линдси здесь живет? — Если предположить, что тут она не стала использовать другое имя.
Почти пританцовывая от нетерпения, девушка ответила:
— Ага. Она и Франсуа. Только сейчас ее здесь нет.
Ну, и имя, Франсуа. И у южаночки хуевый вкус в плане мужиков, если это все, что ей может предложить любовник. Почему она так опустила планку? Опустила планку? Черт, да она ее уронила.
Он опять что-то упустил. Должно быть. Он зарычал от раздражения.
— Ты знаешь, где она?
— Дакоту загнали на дерево. Линдси отправилась за ним.
Де Врис фыркнул от раздражения. Мысленно он дал себе пинка. Ага, южаночка действительно меркантильная сука, ведь сломя голову мчится спасать кошку. Он идиот.
Девочка открыла дверь напротив квартиры Линдси.
— Мам, ты нужна Дакоте! — только тишина была ей ответом, и девочка пнула дверную раму. — Черт, она еще не дома.
— Покажи, в какую сторону идти. Может, я могу помочь.
— Правда? — облегчение на лице ребенка встревожило его. Как высоко залез этот чертов кот?
— Вниз по улице, в сторону школы, — она указала на запад. — Через пару кварталов. Мне нужно маму дождаться.
— Принято. Спасибо.
****
Сердце ее бешено билось в груди, Линдси стояла перед деревом, держа в руке маленький перцовый баллончик. Отличное оружие. Подойдет, чтобы ослепить, как минимум, трех крупных мужчин.
Но, эй, она столкнулась с мужчинами более скромной комплекции. На самом деле даже не мужчинами.
К несчастью, их было не трое, а гораздо больше.
Холодный ветер с залива пронесся по улице, зашуршав бумажками и банками в сточной канаве. Она вздрогнула, сожалея, что не накинула на себя пальто. Футболки с длинными рукавами было явно недостаточно.
— Это скучно, парни, — сказала она подросткам. Пирсинг, татуировки, странные прически — примерно то, чего можно ожидать от банды в этом районе. Которые были к тому же и грязными? Блин. От резкого запаха пота молодых парней у нее слезились глаза. — Вы идете домой. Мы с Дакотой делаем то же самое.
Линдси была здесь уже, как минимум, десять минут. Какого черта никто не вызвал копов? Но она знала почему. Это не тот район, где люди высовывались, даже чтобы позвонить в полицию.
Нож в кармане джинсов, казалось, зашевелился, умоляя ее вытащить его. К сожалению, он был ужасно мал. И нож перевел бы противостояние на совершенно новый уровень.
— Вали отсюда, сука. Это не твое дело, — эти мерзкие слова сказал парнишка с едва пробивающимися усами. Ее отец вымыл бы ему рот с мылом за то, что он так разговаривает с дамами.
— Он даже не твой ровесник. Почему вы на него накинулись? — Блин, Линдси будто они собираются выяснять причины. Логикой их не переубедить, и все же она не могла не попробовать. Маленький перцовый баллончик скользил в ее вспотевших пальцах. Несмотря на прохладный осенний воздух, по спине стекало еще больше пота.
— Его брат меня ударил. Я просто въебу ему разок.
Это логично. Семья Дакоты переезжала из-за того, что творила эта банда в их районе. Это был его последний день в школе. Видимо, эти парни не успели догнать старшего из братьев, поэтому они вымещали свой гнев на этом ребенке.
— Я не уйду, — сказала она. — И каждый, кто попробует дотронуться до него, будет иметь дело со мной.
Ох, черт, не стоило этого говорить.
Они бросились на нее со всех сторон.
А она в ответ распылила на них перцовый баллончик.
Послышались злобные вопли.
Ей хватило почти на всех.
Один из них, ослепленный, врезался в нее, толкнув так, что она на шаг отступила. Другой скрещенными кулаками обрушился на ее руку, сжимающую баллончик. Резкая боль пронзила плоть и кости. Черт. Баллончик с перцем выпал из ее обессиленной руки.
Кулак прилетел ей прямо в лицо. Она потрясла головой, отогнала слезы и впилась ногтями в глаза этой сволочи. Затем врезала по яйцам другому парню.
Тот, что стоял за ним, повалил ее на шершавый бетон. Ее пнули по бедру. Она с трудом подавила крик боли.
Она их не остановит. Нет!
Стоя на четвереньках, она била по ногам бегущих мимо нее к дереву. Один закричал, когда она попала ему по колену. Другой упал на землю. Задыхаясь, Линдси попыталась встать, но не смогла… и кто-то на тротуаре закричал. Вытащив перочинный нож, она смогла его открыть.
Крики стихли, банда отступала. Приехали копы?
Вскрикнув от боли она встала
