Значит, вашими будут… — он поднял руки вверх, и в них прилетели две коробочки.
Открыв коробочки, протянутые им мастером, Лили задохнулась от восторга. Это была ее палочка. Она тянулась к ее душе и к душе любимого. Палочки ощущались родными, близкими. Девочка подняла глаза на мастера:
— Что это?
— Сделанные для таких, как вы, палочки. Подойдут идеально, и отнять их невозможно.
***
На вокзал явились «всей толпой». Во-первых, родителям показать, во-вторых, для массовости — все-таки аж трое едут в школу. Вокзал мало изменился и выглядел почти так же, как много лет тому вперед. Магическая часть, конечно. Точно так же стоял паровоз, точно так же толпились взрослые и суетились дети. Кто-то плакал, кто-то изображал из себя аристократа…
Дети, простившись со взрослыми, чинно прошли в вагон и загрузились в купе. Северус наложил на дверь запирающие чары, а Лили — от прослушивания.
— Собрались, мы на войне, — негромко сказал Северус, а Лили кивнула. — Первая задача.
Петунья грустно посмотрела в окно. Страшная сказка начиналась, и первой задачей было встречать всех, кто сможет открыть дверь, «мосей настоящей аристократки, смотрящей в дырочку унитаза», как это объясняла Лили. Северус во время таких объяснений только хихикал. Через некоторое время поезд двинулся. Во время пути ручку пару раз дергали, но, видимо, силенок не хватало. Наконец Север вышел для решения некоторых дел, касающихся его внутреннего мира.
Девочки спокойно ждали Северуса, когда в купе ввалились двое. Два мальчика. Они вели себя развязно и очень фамильярно, начав общение с фразы «привет, девчонки». Девочки в ответ посмотрели на них так, как будто с ними разговаривает очень грязный унитаз. То есть с эдаким брезгливым интересом. Мальчик сразу завяли и быстро убежали.
— Поттер и Блэк, насколько я помню, — сказала Лили. — Отвратительно.
— Фу, — согласилась с ней Петунья, и девочки весело засмеялись.
Вернувшийся Северус сильно пожалел о том, что пропустил это дивное зрелище, все-таки Омут Памяти — это не то. Заперев снова дверь, девочки разложили продукты и принялись трапезничать, заставляя Северуса подхихикивать от этих ужимок. Что-то его все-таки настораживало.
Поезд шел с одной и той же скоростью, за окном мелькали привычные для Лили и Сева картины, а мальчик пытался понять, что же его так беспокоит. И стараясь сосредоточиться, он принялся меланхолично чистить пистолет. Разбирая и собирая оружие, мальчик смотрел на дверь, пока не заметил блеск на самом материале двери. Отперев ее, Северус внимательно осмотрел дверь, пока не нашел метку. Она едва-едва сверкала на фоне двери и по силе не принадлежала школьникам, что заставляло очень сильно напрягаться. Стерев метку, Северус рассказал Лили и Петунье о своей находке, чем заставил задуматься уже девочек, дверь он решил не запирать. Через некоторое время к ним вежливо постучались, и вошел мальчик, удивительно похожий на Невилла из прошлой жизни.
— Здравствуйте, меня зовут Фрэнк Лонгботтом, могу ли я к вам присоединится?
Мальчик был изысканно вежлив и сразу же понравился Петунье. Он сидел с ними до конца, развлекая девочку вполне адекватной беседой, не мешая, впрочем, Лили с Северусом. Вот уже и объявление… Буквально пять минут, и все повторилось — утлые лодочки, озеро, лес, тропа. На которой девочки и Северус держали включенные на ладони огоньки, нервируя преподавателя. И вот он — Большой зал!
Распределение, табурет, более молодая МакГонагал, песня шляпы и… Обращение к замку. Северус сделал то, чему его научили в семейном поместье.
— Петунья Снейп.— Райвенкло!— Лилиана Снейп!— Райвенкло!— Северус Снейп!— Ого… да вы же едины! Вы понимаете, что не сможете разлучиться? Ах, вот оно что… Хорошая задумка! Райвенкло!
Фрэнк отправился на Хаффлпафф, Алиса на Райвенкло, а вот Поттер — на Слизерин. Северус ничего прощать не собирался. Усевшись за стол факультета и дождавшись разрешения приступить к трапезе, Северус требовательно посмотрел на Петунью, которая сразу же смутилась и торопливо проверила еду. Северус кивнул и ободряюще улыбнулся тревожно смотрящей на него Лили.
Часть 13
Все почему-то проигнорировали тот факт, что у Снейпов оказались отдельные апартаменты, как будто не заметили. Северус посчитал, что это магия замка. Все-таки его семья наследует одному из основателей, и вполне вероятно, что…
Впрочем, об этом можно подумать и потом. Утро началось вполне обычно. Проснувшись и разбудив Лили поцелуем в щеку, он улыбнулся любимой и был вознаграждён такой же лучезарной улыбкой. Девочка сладко потянулась и предложила вставать. Пока Северус одевался и приводил себя в порядок, Лили успела разбудить Петунью и утащить ее умываться. В гостиную факультета они вышли все вместе. Там уже находилась часть их соучеников, которые, впрочем, не спешили общаться, а уткнулись в книги. Хмыкнув, Северус повел Лили и Петунью знакомым маршрутом, который вставал перед глазами, будто иллюзия. Войдя в Большой зал, все трое уселись за стол воронов, чтобы приступить к трапезе, когда услышали шум.
— Ты! Предатель! — кричал мальчик в форме Гриффиндора на мальчика в форме Слизерина. — Я тебе верил! А ты! Ты оказался слизнем! Предатель!
— Я не виноват! — отвечал ему другой мальчик.
— Ах ты!.. — и мальчик полез в драку.
— Смотри, Лили, это представители магической аристократии, правда интересно? — достаточно громко сказал Северус, на что Лили только хихикнула.
А драка нарастала, мальчиков попытались растащить, но только это не удалось, и через несколько минут дрались уже суммарно десятка полтора мальчиков.
— Что здесь происходит? Двадцать баллов с Гриффиндора и Слизерина! — раздался возмущенный голос женщины, проводившей распределение.
— МакГонагал, как всегда, — заметила Лили.
Петунья смотрела большими глазами то на сестру, то на дерущихся мальчиков, которые и не подумали прекращать, пока их не облили водой. И даже садясь за свои столы, они не прекращали осыпать друг друга оскорблениями и угрозами.
Тем временем семья завершила завтрак и двинулась на первое занятие, которое было чарами. Традиция факультетов начинать год с занятий декана была актуальна и здесь. Впрочем, ничего нового для Лили и Северуса сказано не было, а вот Петунья смотрела на происходящее горящими глазами и истово пыталась повторить, что у нее вполне получалось.
Другие занятия проходили именно так, как они проходили и в одной из прошлых жизней. Единственное исключение — зельеварение, которое вел Слагхорн — хитрый дядька с несомненным даром учить. Он сразу же заприметил очень выделяющуюся троицу учеников и решил за ними внимательнее понаблюдать, не показав, впрочем, свой интерес. Интерес его, тем не менее, от Северуса не укрылся, как и попытка глубоко неуважаемого директора прочитать мысли во время обеда. В результате директор получил ментальный удар, который принял за срабатывание артефактов и потерял интерес к явно чистокровному семейству.
Однако вражда Поттера и Блэка
