хотелось назвать парнем, то этого — мужчиной. Опасным, жестоким и безжалостным!
Тай тут же вышел вперёд, пряча меня себе за спину и загораживая от врагов:
— Это наша с тобой война, Герин! Отпусти девочку!
— Ты прав, Тайлен, это наша война! — вампир жёстко улыбнулся. — Но девчонку отпустить не могу, без неё никак.
— Одумайся, Герин! Что ты творишь? Мы и так многим поплатились из-за той ошибки!
— Ты не понимаешь! Не стоило стоять у меня на пути! Обряд уже почти завершен, осталась пара нюансов. Даю тебе последний шанс, исключительно из-за того что ты мой брат! Ты ведь знаешь, я мог тебя убить сразу, а не сажать на цепь! Но я этого не сделал, давая возможность одуматься! Отдай девчонку и присоединяйся, и мы больше не будем изгоями этого мира, а построим собственный! — в голосе Герина слышались безумные нотки.
— Ты с ума сошёл, брат! Вспомни, чем все закончилось в прошлый раз! — воскликнул Тай. — Я не отдам тебе её! Ни за что!
— В таком случае, ты не оставил мне выбора, — без капли жалости, только с холодным и расчётливым равнодушием ответил Герин.
— Иди в конюшню, найди там Ворона, и уходи отсюда, быстро! — скомандовал мне Тайлен и бросился на направляющихся в нашу сторону врагов.
Глава 7
Я сама не заметила, как оказалась на улице и испугано прижалась к стене спиной. Сердце отчаянно пыталось вырваться из груди и сделать ноги из этого дурдома, а в голове крутилась только одна мысль: надо что-то делать! Нельзя бросать Тая там одного! Но что я могу? Там целая толпа вампиров, а я даже с половиной одного не справлюсь!
«Так, успокойся!» — я мысленно дала себе затрещину и закусила губу, стараясь обуздать панику. — «Всё будет хорошо. Что сказал Тай? Правильно, нужно пойти в конюшню и найти какого-то ворона, а там уж буду что-то думать! Другой вопрос: где здесь находится конюшня?»
Я аккуратно выглянула из-за угла и, не увидев посторонних движений, осмотрелась уже смелее. Особняк был окружен густым тёмным лесом, из которого в любой момент мог появиться какой-нибудь враждебно настроенный вампир, поэтому я, всё так же держала кинжал наготове и, прижавшись спиной к холодной стене, начала обходить здание против часовой стрелки. Повернув за угол, наконец, увидела другую постройку, весьма похожую на местную конюшню.
Снова осмотревшись и не увидев ни одного врага, я всё же не рискнула выходить на открытую местность и постаралась как можно незаметнее пройти под тенью деревьев, надеясь, что если кто-то и остался на улице, то меня не заметит. Возле конюшни всё-таки пришлось выйти из укрытия деревьев и на полусогнутых ногах проскочить к входу. Аккуратно приоткрыв тяжёлую дверь, я проскользнула внутрь.
Судя по всему, эта конюшня больше использовалась как склад, так как с двух сторон вдоль стен была навалена куча барахла: от посуды до одежды. Затем шли стойла. Из десяти только три были заняты лошадьми. Две из них были самыми обычными: одна гнедая, вторая серая. А вот третья — огромная, вороная, с очень умным взглядом лошадь. Даже нет, не лошадь, скорее конь. И не просто конь, а целый ЕДИНОРОГ! Он единственный из всех нетерпеливо тянулся в мою сторону, пытаясь вырваться из опутавшей его шею верёвки.
— Ворон? — спросила я у коня, подходя ближе, хотя сомнений уже не оставалось.
Конь всхрапнул, словно подтверждая мои слова, и ещё более активно стал вырываться из затянутой на его шее петли.
— Подожди минутку, сейчас освобожу!
Переборов страх перед этой громадиной, я всё же подошла ближе к коню и взялась за верёвку.
— Ай! — я вскрикнула, так как неожиданно верёвка ударила меня нехилым разрядом тока! Зашипев от спазма, сковавшего руку, я сделала несколько глубоких вдохов, приходя в себя.
«Ну, уж нет, я так просто не сдамся!» — разозлилась я и, крепко ухватив петлю и стараясь не обращать внимания на спазмы и боль в левой руке, начала перерезать верёвку. Ворон же в свою очередь стоял спокойно и старался не мешать. Как только я перерезала эту треклятую верёвку и начала дуть на ожог на ладони и разминать спазмированные мышцы, конь выскочил из стойла и резво побежал в сторону выхода.
Я даже успела расстроиться: неужели он решил меня бросить? Однако в следующий миг в конюшню заскочил незнакомый вампир. Не успел он ничего сделать, как в него на огромнейшей скорости влетел Ворон, причём метил (и попал) он прям рогом вампиру в живот, распоров того от пупка и до груди. Я отвернулась, глубоко дыша и стараясь сдержать снова нахлынувшие рвотные позывы.
Ворон подошёл ко мне и аккуратно положил голову на плечо, словно успокаивая. Почему-то этот жест напомнил мне жест Тайлена там, в подземелье.
— Спасибо тебе, — наконец договорившись со своим желудком не устраивать истерику, погладила единорога по носу.
Ворон фыркнул и подошёл к одному из стойл, явно пытаясь что-то сказать. В этом отсеке оказался небольшой оружейный склад: несколько ящиков с каким-то ядовито-зеленым порошком, один ящик со стрелами, и ещё куча луков, топоров, щитов и мечей.
Не будучи дурой, я поняла, на что именно намекает конь, и была с ним полностью согласна: Тая нужно спасать, а это оружие должно хоть как-то помочь. Хотя, после этой мысли я-таки почувствовала себя дурой… умный человек бежал бы отсюда со всех ног! Но оставить Тая на верную смерть я просто не могла! Мысль о том, что он может быть уже мёртв, я отбросила. Схватила первый попавшийся под руку лук и начала набивать колчан стрелами, сетуя на то, что даже начать учиться стрелять из лука не успела. Ну что ж, придётся осваивать эту науку в полевых условиях.
Когда я заполнила колчан стрелами и прикрепила его к спине, Ворон зубами откуда-то из кучи тряпья вытянул небольшой мешочек.
— Зачем это мне? — спросила я, осматривая предоставленную вещь, впрочем, не надеясь на ответ.
Однако конь подошёл к ящику с ярко-зелёным порошком и легонько ударил по нему копытом. Подойдя ближе к ящику и ощутив жуткий запах тухлых яиц, квашеной капусты и уличного сортира, я поняла, почему Ворон хочет, чтоб я взяла это с собой. И если уж мне от этих ароматов хотелось умереть, вампирам с их обонянием и того хуже будет.
Стараясь не дышать, я схватила первый попавшийся подходящий предмет из кучи мусора — им оказался стеклянный осколок тарелки. Набрала полный мешочек этой дряни и покрепче затянула. Привязав его к ремню на поясе,
