бриллиантов, перетянутая тонкой золотой ниткой. – Но, да… Я полный профан в моде и тем более в украшениях. Поэтому доверил выбор подарка помощнице. Неужели я должен просить прощения за это?
Я сглотнула першение в горле.
- Но на ней тогда был кулон… - сжала губы.
- Мирра, я не знаю! – разозлился мужчина. – Может она увидела его, когда выбирала подарок тебе и купила! Может ей его тоже подарили! Да и зарплату своим сотрудникам я плачу не такую уж маленькую!
Я замотала головой. Ну же! Я ведь так хотела, чтобы всей этой ситуации нашлось какое-то чудесное оправдание. Почему же сейчас мозг отказывается в него верить?!
- И эта коробка… Это она стояла на твоем рабочем столе в тот вечер…?
- Да. – просто ответил муж. – Александра как раз тогда мне его передала вместе с чеком.
- Но вы выпивали... – до последнего не сдавалась я. – И сегодня она здесь. Зачем ты ее сюда привел?
Отчаяние, которое грозно пульсировало в мозгах, твердило только одно: «Ты здорово оплошала, Мирра Александровна».
- Я уже говорил по поводу того вечера. Это всего лишь пара стаканов виски. Был повод. Но не больше, слышишь? – Богдан вновь ухватил мои плечи и даже немного встряхнул, будто пытаясь вложить эту информацию в мою голову. – Здесь она не в качестве гостя. Просто все организаторские моменты праздника под ее ответственностью. Ну не буду же я сам следить за этим, в конце то концов. Мирра, черт побери! – он вскипел, а я отшатнулась, не в силах больше сдерживать слезы.
Какая же ты дура, Мирра Александровна…
Закрыла лицо ладонями в жалких попытках спрятать горячие слезы.
Я не хочу этому верить. Но не потому, что это не похоже на правду. А лишь потому, что тогда окажусь виновата во всем сама. Только я одна…
- Мирра, - уже мягче сказал Богдан и притянул к себе. Обнял. – Ну же, дорогая. – он пытался пригладить мне волосы и оторвать ладони от щек, но я не давала. Стыд не позволял больше посмотреть мужу в глаза. – Мирра, ты же у меня всегда была такой спокойной. Уравновешенной. Такой мудрой. Куда делась моя жена, которую я так сильно любил? Куда вдруг делись те качества, от которых я был без ума? Что за склоки на ровном месте?
Черт! Черт! Черт! Он во всем прав! – пульсировало в сознании.
- Пожалуйста, дай мне секунду. Я скоро вернусь. – до боли сдавленным голосом прохрипела, разрывая объятия и отворачиваясь от мужа. Богдан на мгновение замолчал, а я кожей почувствовала его жгучий взгляд.
Но все же ушел. До ушей донесся шум шагов, создаваемых его дорогими ботинками, соприкасающимися с паркетом. Даже этот невинный звук мне показался обвиняющим и жестоким.
Я вцепилась руками в белокаменное ограждение и уперлась в него животом, смотря вниз. Давила острые тошнотворные спазмы внутри.
Еще час назад я была уверена в его подлом романе с помощницей. Это безусловно означало конец нашего брака. Люба была права – я никогда бы не простила такое, даже ради ребенка. А мой ответный поступок был не менее подлым. Оправдание было одно – я знала, что брак на грани развода. И обеляла себя мыслью, что лишь раньше времени почувствовала свободу.
Согласитесь, эта формулировка намного менее мерзкая, чем гнусное предательство за спиной всё еще мужа?
- Чёрт! – вырвалось из груди, и я с силой ударила ладонью по белокаменному ограждению. Внутренний гнев сочился из каждой клетки горящей кожи.
Я вскинула голову к темному небу и набрала в легкие побольше воздуха. Достала из сумки маленькое карманное зеркальце, поправила макияж. И отправилась в пышущий праздничным настроением зал, не имея ни малейшего понятия, что делать дальше.
Застала Богдана в компании мужчин, обсуждающих деловые вопросы. И усмехнулась. Уверена, пригласить всех этих шишек было его инициативной – он же мастак совмещать приятное с полезным. Сама не замечала, как пыталась хоть в чем-то обвинить мужа. Так действовало подсознание, бьющееся в жалких попытках справиться с чувством вины.
- Давай уберу за наш столик. – Люба подкралась так неожиданно, что я вздрогнула. Забрала из моих рук сумку, телефон и всучила бокал с шампанским. Я опрокинула его залпом, не задумываясь как это будет выглядеть со стороны.
Каждый в этот вечер хотел поздравить меня лично, поэтому уединиться с мыслями больше не удавалось. Через несколько десятков поздравлений, я вновь зацепилась взглядом за помощницу мужа.
Она улыбчиво беседовала с молодым человеком, примерно ее же возраста.
Девушка заметила мой взгляд и замялась. А затем, что-то отрывисто прошептав своему собеседнику, направилась прямо ко мне.
- Мирра Александровна, с днем рождения Вас! – вежливо сказала она, не пряча доброжелательную улыбку. Пришлось вымученно растянуть губы в ответ.
- Спасибо, Александра. – голос не выдержал и дрогнул. Приложила все усилия, чтобы не отвести взгляд. – И за организацию торжества тоже… спасибо.
Девушка лишь беззаботно махнула рукой, мол «пустяки».
Между нами повисла тяжелая, неловкая пауза. Сложилось устойчивое ощущение, что девчонка просто набирается смелости, чтобы в чем-то признаться.
- Мирра Александровна, - наконец-то осторожно начала она. – я очень Вас уважаю! – горячо заверила. – Надеюсь в тот вечер Вы ничего такого не подумали? Я очень дорожу своей работой и никогда не позволю себе ничего лишнего. И Вашего мужа я тоже очень уважаю. Он прекрасный начальник! – в ее словах было столько заискивающей лести, что пришлось незаметно поморщиться. Однако от этого я не перестала чувствовать себя полной идиоткой. Скорее это чувство обострилось примерно в сто раз после ее незатейливого признания. – Надеюсь, что Вы не против присутствия здесь моего жениха? – она легонько кивнула в сторону того самого молодого человека, с которым беседовала минутой ранее и скомкано улыбнулась. – Из-за работы мы так редко с ним видимся, что я не удержалась и попросила его прийти. Но если Вы против...
- Нет. – я выдохнула. – Нет, не против, конечно. Отдыхайте. Любые напитки и угощения для вас точно так же, как и для всех гостей. – добавила я, заметив, что в руках девушки даже нет бокала. Спасибо за поздравления. – я вежливо кивнула и поспешила ретироваться.
Мой локоть в ту же секунду обхватили мягкие женские руки.
- Господи, Люба, ты не могла отговорить Богдана от этой затеи? – сокрушенно взглянула я на подругу, массажируя скулы,
