Йен включает свой фонарик и поводит им по сторонам. — Ни одного кусочка мульчи (прим. пер.: это слой материала, нанесенный на поверхность почвы. Причины применения мульчи включают сохранение влажности почвы, улучшение плодородия и здоровья почвы, уменьшение роста сорняков и повышение визуальной привлекательности местности), который был бы не на своем месте.
— Здесь так вкусно пахнет. — Эверли утыкается носом в красную розу и вдыхает.
— Впереди. Смотри. — Йен направляет свет фонарика на место, отмеченное желтыми конусами, соединенными веревкой. — Здесь ее и нашли. — Он опускается на корточки и осматривает землю.
— Сера здесь сильнее, но уже не свежая. — Я снова принюхиваюсь, ближе к отмеченному месту. — Ее здесь нет. — Я поворачиваюсь и осматриваю сад, затем следую на запах.
— На траве нет крови, ничего, кроме вытоптанного места, где она лежала, — разочарованно ворчит Йен. — Никаких зацепок. Почему она вообще оказалась здесь?
Баффи выпрыгивает из кустов впереди и бросается в маленький каменный дворик.
— Будь осторожна, Баффи! — Эверли шипит.
Я следую за кошкой и нахожу то, что учуял.
— Яма для костра? — Эверли наклоняется и смотрит в центр внутреннего дворика. — Для запекания зефира? Держу пари, это было зрелищно. Наверное, бабушка сидела здесь с внуками и светлячками. Что за чудовище могло убить ее?
Я чувствую ее гнев.
— Мы разберемся с этим и найдем убийцу.
— Я знаю, что мы это сделаем. Это ужасно.
— Видишь что-нибудь? — спрашивает Йен.
— Нет. — Я обхожу яму и расставленные вокруг стулья, затем выхожу с другой стороны. Но запах рассеивается. Что-то притягивает меня обратно во внутренний дворик. — Подожди. — Я оттаскиваю Эверли в сторону, пока мы не оказываемся у края камней. — Видишь это?
Она наклоняется вперед.
— Что?
— Посмотри на дизайн. Белые камни снаружи, черные посередине.
Она кивает.
— Вижу. Это большая пентаграмма.
— Да.
Баффи запрыгивает на один из стульев, а затем на низкую каменную стену, отделяющую внутренний дворик от остального сада.
— Что ты делаешь, Баффи? Что-то увидела? — Эверли собирается последовать за ней, но я удерживаю ее.
Баффи спускается по каменной стене, затем останавливается и что-то копает. Из центра внутреннего дворика доносится щелкающий звук, и яма для костра начинает подниматься.
— Что за чертовщина? — Йен стоит на другой стороне сада, когда дно ямы раскрывается и из глубин поднимается черный котел.
— То есть бабушка Имельда…?
— Ведьма. — Я оттаскиваю ее назад, когда вокруг основания котла вспыхивает зеленое пламя, и волосы у меня на затылке встают дыбом. — Что-то приближается. Нам нужно уходить. Сейчас. — Я подхватываю ее на руки и бегу.
— Что случилось?
— Не знаю, но мы не хотим быть здесь, когда это произойдет. Котел, должно быть, послал сигнал ее фамильяру.
— Как животному или что-то в этом роде…
Волчий вой прорезает ночь, и я оборачиваюсь как раз в тот момент, когда зверь перепрыгивает через садовую ограду и устремляется к нам.
Глава 16
Эверли
Черт возьми.
Это все, о чем могу думать, когда вижу, как гигантский мохнатый зверь перепрыгивает через забор, как будто он не составляет для него преграды. Это не собака. Винсент пихает меня себе за спину, когда зверь бросается на нас. Баффи издает шипение и бежит навстречу опасности, застигая меня врасплох.
— Баффи! — кричу, прежде чем толкнуть Винсента так сильно, как только могу. На удивление, он действительно сдвигается. Черт возьми, и не просто. Должно быть, я застала его врасплох, потому что отправляю его в полет на несколько футов. Я поднимаю арбалет и стреляю прежде, чем животное успевает добраться до Баффи. Понятия не имею, о чем она думает.
Стрела рассекает воздух, и я немедленно перезаряжаю другой. На самом деле, я никогда раньше не стреляла в живое существо, но инстинкты срабатывают сами собой. Я понятия не имею, что это за существо, но надеюсь, что серебро влияет на то, чтобы это ни было, так же сильно, как и на вампиров. Я стреляю снова как раз в тот момент, когда моя первая стрела попадает зверю в глаз.
Я ожидаю, что зверь закричит, но вместо этого он взрывается, превращаясь в ничто, почти исчезая в облаке дыма, которое рассеивается, как будто его никогда и не было. Моя вторая стрела вонзается в забор позади того места, где всего несколько мгновений назад была моя цель. Дерево раскалывается, и куски разлетаются в стороны. Я, наконец, расслабляюсь, когда вижу, что Баффи цела и невредима.
— Что это было? — спросила я.
— Да, что? — Винсент пристально смотрит на меня.
— Она действительно так легко тебя бросила? — Я смотрю на Йена так, словно он сумасшедший. Я имею в виду, что несколько мгновений назад на нас бежал огромный мохнатый зверь, и его больше беспокоит мой прилив сил? Серьёзно?
— Да.
— Мы говорим обо мне? Эта штука, чем бы, черт возьми, она ни была, просто растворилась в воздухе!
— Призрачный оборотень. — Йен вглядывается в темноту, туда, где исчез зверь. — Скорее всего, мина-ловушка на котле. Ненастоящий, но определенно кажущийся таким.
Я наклоняюсь и поднимаю Баффи с земли.
— Плохая киса. Ты не должна сражаться с исчезающими зверьми в одиночку. Мы должны быть командой. — Она утыкается своей маленькой головкой в мою руку и громко мурлычет.
— Ты в порядке? — Винсент обнимает меня одной рукой, притягивая к своему большому телу.
— Да. — Он хватает меня за подбородок, поворачивая лицо взад-вперед. Я внезапно чувствую себя вялой, когда адреналин начинает покидать тело. Слюнки текут при мысли о том, чтобы снова питаться от него. — Это из-за крови?
— Возможно. — На его губах начинает появляться легкая улыбка.
— Не будь такой самоуверенной. Скоро я, возможно, смогу надрать тебе задницу.
— Хорошо. Со мной все будет хорошо, если сможешь надрать мне задницу, и это докажет, что ты сильнее. Главное, чтобы ты была в безопасности, крошка. Это все, что меня волнует. — Если бы я не знала, что влюблена в Винсента, этот момент подтвердил бы это.
— Мне не по себе. — Йен
