Читаем без скачивания Фантастические повести и рассказы - Сергей Казменко

— Мы здесь, Мэг, люди простые, мы ваших академий не кончали, — сказал Корбин. — Вы бы лучше о деле говорили. Что там удалось узнать?

— Некоторые очень интересные вещи. В частности — я скажу вам сразу самое главное — удалось принять передачи Станций Связи, перешедших в руки повстанцев.

— Что?! — вырвалось едва ли не у всех. Вот это их сразило наповал.

— Повторяю — я принял сигналы Станций Связи, перешедших в руки повстанцев. Что может иметь лишь одно объяснение — Офицеры Службы связи, ответственные за их функционирование, также перешли на сторону восставших.

— А я в это не верю! — крикнул Румбо, стукнув кулаком по спинке скамьи. — Не верю!

— Почему? — спросило сразу несколько человек.

— Потому что это невозможно. Их же всю жизнь готовят к службе, их же с детства обрабатывают так, что такое просто становится невозможным. Я не знаю как — блоки там в них психические вдалбливают, или еще как, но они не могут — ну не могут, не способны! — предать Метрополию. То что он говорит — чушь, абсурд, провокация! Что угодно! Может, он с ума сошел!

— Может, говорите, я с ума сошел? — спросил я, стараясь перекричать шум. — Ну тогда деваться некуда. Но посудите сами, что я сейчас-то делаю? Я же устав нарушаю, я же… Ну да, я самым натуральным образом предаю, именно предаю Метрополию! Где тут ваш блок психологический?

— А в самом деле, где? — спросил старик с противным голосом.

— А черт его разберет. Не верю я ему, и все, — сказал Румбо, опуская голову.

— А я вам скажу, где у меня психологический блок, я вам скажу. Вы что же думаете я робот запрограммированный, не человек? Вы думаете, меня в пробирке вырастили? Вы думаете, они меня с потрохами купили, на веки вечные? Никто меня купить не может. Ни они не купили, ни вам не купить! Я сам по себе, я всегда был сам по себе. Кто, вы думаете, управляет миром? Роботы? Нет, люди. И многие из них прошли тот же путь, что и я, многим из них так же пытались внедрить всякие психологические блоки. Да не со всеми это проходит. И не все за это благодарны бывают. Может Сен-Ку, что до меня здесь служил, может он и был счастлив. Только вы по нему обо всех не судите. Я не такой. Никакая система не гарантирована от поломок. Всему рано или поздно приходит конец. И Служба Связи тоже от поломок не гарантирована, как бы не старались они отбирать своих офицеров. У повстанцев есть связь — значить, я не один такой. У них есть связь, и значит, есть шанс отбиться от Метрополии. Метрополия тоже не вечна, ей тоже рано или поздно конец придет.

Теперь все молчали. Я их хорошо огорошил. Один из тех, что на полу сидел, даже головой стал вертеть, как бы от навязчивого видения избавляясь.

— Ну, ладно, Мэг, — нарушил наконец молчание Корбин. — Бог с ним, со всем. Нам-то какое до всего этого дело? Сэлх — мир отдаленный от всех, слабый. Мы ни тем, ни другим помочь не можем, ни от тех, ни от других нам не защититься. Тут уж нас никто не спросит, кто верх возьмет, тому и подчинимся. Что вы от нас-то хотите?

— Вот именно, — бросил кто-то слева. — Нам-то какое до этого дело?

— Я объясню, какое вам до этого дело. Вы вот тут отсиживаетесь и думаете, что в безопасности находитесь. Как бы не так. Склады-то у так называемого Комитета Чрезвычайного. А на складах много такого, что у вас быстро кончится. Топливные элементы хотя бы. Боеприпасы. Да мало ли что еще. В поселке, хоть он и разрушен, все же мастерские ремонтные восстановить можно. Да на всем остальном Сэлхе не наберется и десятой доли тех производственных мощностей и запасов невосполнимого оборудования, что остались в поселке, в руках у ваших врагов. Сейчас вы, может, рассеетесь по планете, и будете считать, что в безопасности живете. А эдак через год или через два Комитет все восстановит, да и начнет помаленьку вас из лесов выкуривать либо в пещеры загонять.

— Вам-то какая забота? — спросил старик с противным голосом.

— Объясню, — ответил я, оборачиваясь к нему. — Всему свое время, погодите немного. Я вот что хочу сказать. Если все на самотек пустить, если на связь ни с кем не выходить, то нескоро у них до Сэлха руки дойдут. Не до Сэлха им. И придется вам тут жить вместе с Комитетом, вместе с их ополченцами. Либо мириться с ними, либо воевать. Сегодня вы еще можете их победить. А через год? Или на поклон к ним пойдете?

— Ну уж нет. К Гэптокам мы на поклон не пойдем, — заявила Анна Гринская, и все согласно закивали. — Либо мы, либо они.

— Мне тоже с Комитетом не ужиться. Они к Метрополии привязаны, они ни на какую связь с повстанцами не пойдут. И если они верх возьмут, то для меня все дороги закрыты. Только на Континент бежать. Метрополия, если меня настигнет, не простит. А если вы победите — тогда я впоследствии примкну к повстанцам, за которыми, уверен, будущее.

— А почему вы думаете, что мы позволим вам связаться с повстанцами, Мэг? — снова спросил Корбин.

— Потому что вы захотите торговать. Метрополия ограничила ввоз концентрата Гла-У — искусственно ограничила воз, специально, чтобы прижать вас с реенгритом — а повстанцам концентрат наверняка потребуется. В их секторе его не производят, вы для них — самый удобный поставщик. Если они победят, Сэлх получит выгодный рынок сбыта.

Все оживились. Видно было, что я попал в самую точку. Для них возвращение к торговле концентратом Гла-У значило возвращение к прошлой мирной жизни, которую они для себя уже не мыслили. И это для них было главным — не вопросы высокой политики, не проблемы борьбы повстанцев за независимость от Метрополии — торговля Гла-У, мирная тихая спокойная жизнь. Ради этого они были готовы на все. Даже на то, чтобы сейчас воевать.

Несколько минут они обсуждали все это между собой. Только Румбо да высокий Дьелле у двери не принимали в этом обсуждении никакого участия. Румбо молчал, сидел, ни на кого не глядя, и о чем-то думал. Наконец, он встал, и все, взглянув на него, понемногу затихли.

— Значит, так, — начал он. — Поговорили мы, послушали, пора и решение принимать. Я вам вот что скажу. Никто — я это повторяю — никто! — не может нам сказать, правду он нам говорит насчет рейдера или врет, правду говорит насчет повстанцев или нет. И решение наше не должно приниматься под воздействием этих его слов. Мы должны о другом думать. В чем он прав — так это в том, что с Комитетом надо кончать. Кто бы там в Галактике не победил, здесь, на Сэлхе, нам надо кончать с Комитетом. Потом будет поздно, в этом он прав.

— Да уж конечно, кончать с этими подонками, и нечего разговаривать, сказали из угла.

— Поэтому, — громко сказал Румбо, — я предлагаю начать собирать силы. Будем готовиться к захвату поселка. Кто за? Против? Воздержался?

Против никого не оказалось. Они делали то, чего хотел я.

Высокого звали Дьелле Сунгар, и он не был членом Совета повстанцев. Вот и все, что я узнал о нем за эти дни. Он неотступно следовал за мной, куда бы я ни направлялся — для моей же безопасности, как сказал Румбо с самого начала. Но со мной он не разговаривал, и на все мои расспросы отвечал односложно, если вообще отвечал. Меня, правда, это не очень волновало, но через несколько дней его постоянное молчаливое присутствие начало меня раздражать. Правда, пока не настолько, чтобы я решился что-то предпринять.

В остальном же все шло по плану, так, как я хотел. Они собирали силы для нападения на поселок и захвата складов. Судя по всему, Румбо сумел организовать все так, что подготовка проходила быстро и эффективно. Правда, повстанцам не хватало оружия и боеприпасов — этого от меня не скрывали. За пять дней они сумели собрать около пятисот добровольцев, но лишь половина из них была экипирована должным образом — имели карабин и пару запасных обойм к нему. Остальные вооружались кто чем, я видел даже, как на поляне у дома, где происходило совещание, тренировались лучники. Более тяжелого оружия фактически не было — сказывался запрет на ввоз его на Сэлх, постулированный в конституции планеты. Как и всякое ограничение, это имело оборотную сторону — чтобы воевать без оружия, приходилось привлекать к войне больше людей, и цель достигалась, фактически, теми же жертвами, что и при применении самых современных видов вооружения.

А-Курр с лучшими стрелками — ими, конечно же, были жители Континента — в первый же день организовали блокаду поселка. Правда, ополченцы сумели хорошо укрепиться и серьезного ущерба от блокады не испытывали. Снайперам А-Курра не удалось занять ни одной удобной позиции над поселком — на всех высотах уже окопались ополченцы и при попытке захватить одну из них отряд А-Курра потерял сразу троих бойцов.

Использование машин в боевых действиях также исключалось. Во-первых, сказывалось отсутствие достаточных запасов энергетических элементов, хотя их сбор и был организован по всему острову и Континенту. Да к тому же ополченцы каким-то образом сумели наладить в поселке производство самонаводящихся ракет, не слишком, правда, опасных, но попадающих без промаха. Две наши машины, появившиеся над поселком, были обстреляны и получили значительные повреждения, хотя никто из членов экипажей не пострадал.