И Дон даже смог это сделать. Спрятал эмоции в глубину своей души, запер на семь замков, прямо как и пять лет назад, отрицая чувства к пропавшей жене… Превратился в бесчувственного подонка.
Какая привычная роль.
Увы, продержался он недолго. Посмотрел на нее – как всегда, только на нее, – и уже его маскировка чуть не пошла прахом. Видеть ее, вновь для него потерянную, было невыносимо. Еще хуже, в тот момент его Аделаиду касался этот… этот ублюдок. Все еще желающий отнять ее у него в первый же удобный момент! И он здесь, на его корабле, тянет свои грязные лапы к его жене! Диего поразила страшная мысль, ядовитой змеей заползающая прямо в сердце и отравляющая мысли. А если… а что, если всё это время Адель была с ним, а своим законным мужем всего лишь воспользовалась? Отдалась только ради корабля, притворившись влюблённой? Вот же этот чертов капитан, рыцарь на белом коне, всегда спасающий ее от злобного дракона. Рядом с ней. Дьявол его раздери, он всё это время был рядом с ней, с самого ее возвращения! Она и не подумала вернуться к мужу, потому что… потому что…
Нет! Нет, нет, нет! Не может быть!
Диего не верил в это. Был не в силах поверить, не хотел. Она не могла его обманывать! Он видел ее глаза. Теплые и любящие, как всегда в их снах! Видел, как она чуть не плакала, прося у него прощения – пусть даже это сделало ему еще больнее, но сложно было и ей самой. Невозможно так притворяться!
...или все же возможно?
Страстно влюблённый, столь долго и столь безнадежно, мужчина сходил с ума от этой жгучей мысли. Аделаида украла его корабль и сбежала, сбежала уже в который раз. Использовала и бросила с насмешкой. Так есть ли у нее хоть какие-то чувства?.. Невероятные обида и злость нахлынули на него, топя расчетливый разум. Она будет его! Он получит ее! Любой ценой. Любым способом. Пусть даже самым грязным.
Его горечь превратилась в холодную ярость. Дон отнял у девушки кольцо истинной магии – то, что стремился заполучить уже давно. Не рассчитав сил, он оттолкнул ее… а потом видел, как она медленно встает с палубы, держась за плечо и за ушибленный им бок. И только тогда Диего понял, что натворил. Как он мог хоть пальцем тронуть ее?! Вспыльчивый ревнивый идиот! «Адель… я... не хотел, Адель! Я просто… просто...» – отчаянно думал он, ругая самого себя. Он привык драться с другими мужчинами, которых такой толчок едва бы сдвинул с места, он не… На кого угодно он мог бы поднять руку. Но не на любимую!
Не в силах решиться подойти к ней после этого, не в силах уйти вот так, адмирал потерял драгоценные секунды, когда он мог спокойно выпрыгнуть за борт и сбежать. Пришлось импровизировать. Приставлять саблю ей к горлу, делая вид, что угрожает – как будто он способен ее намеренно тронуть! Тащить в кладовку. Скидывать какие-то полки, забаррикадировав дверь. Снова злиться на всех и на всё подряд, касаясь ее и с горечью вспоминая другие прикосновения. Снова обжигающе ревновать, видя, как сильно Себастьян хочет ее защитить.
– Ты самая настоящая пиратка! – говорил Диего с невероятной смесью злости и нежности, вновь собственнически прижимая девушку к себе. – Я даже восхищен...
– Отпусти меня! – требовала Аделаида. – И верни мне кольцо, ты, подонок!
– Да ни за что. Ни то, ни другое.
Она пробовала вырваться, пинала его, отталкивала, била в грудь – но он упрямо удерживал ее в своих объятиях.
– Аделаида! – обеспокоенно звал Себастьян. Пытался открыть дверь, но тщетно: на своем собственном корабле адмирал знал все секреты. – Отзовись! Ты в порядке?!
Дон поморщился. Опять он.
– Да! – откликнулась девушка. И проговорила, обращаясь больше к мужу, чем к капитану. – Он меня не тронет…
– Ты уверена?! – кажется, пират пытался выбить дверь ногой.
– Абсолютно! – прокричала Адель. – Себастьян! Я справлюсь! У вас и без меня есть, чем заняться! Выходите из гавани!
Огромный галеон накренился, быстро уходя из-под очередного удара, и они оба с трудом удержали равновесие. Диего схватил ее за талию, не позволив упасть, Аделаида снова вырывалась: скорее из упрямства, чем из необходимости. Она знала, что любимый балбес ничего ей не сделает, в пылу борьбы она даже почти не обратила внимания на тот удар, что теперь не давал ему покоя. Теперь же Адель чувствовала только согревающее тепло его тела...
– Ты что творишь?! – набросилась девушка, пробуя отнять у него свое кольцо. Бесполезно: мужчина всё еще оставался намного сильнее ее физически. – Нас слишком много! Ты не справишься. Помереть, геройствуя, захотел?! Так вот это не геройство!
– Что я творю? – адмирал даже не находил слов, чтобы описать, какую боль она причинила ему своим поступком.
И снова сорвался в приступе горечи и ярости, слишком крепко прижимая ее к себе и настойчиво сминая женское тело.
– Знаешь, милая… – тихо проговорил он ей на ухо, проводя по нему языком. – После такого тебе всё же придется меня попросить. И не один раз.
Сейчас в его прикосновениях не было нежности – только безумная страсть и желание получить свое. Показать ей, чья она на самом деле.
– Маньяк! – Аделаида с размаху пнула его каблуком.
– Вот только не ври, что тебе не понравилось. Я всё видел, – Диего всё же пришлось ослабить хватку. – Не хочешь уйти со мной?
– Что?.. Уйти? – пораженно выдохнула пиратка.
– А впрочем, зачем я спрашиваю? Ты никогда не хочешь. Не стоило и надеяться, – бросил мужчина с притворным сарказмом. – Но сейчас ты хотя бы доведешь меня до борта и позволишь мне уйти, прикрыв от своих… друзей.
– Ты с ума сошел?! Мы отошли слишком далеко от берега!
– Не более чем ты, когда решила украсть у губернатора его новый флагман.
Если бы Адель попросила его остаться – обняла за плечи, прижалась губами и просто попросила, показав свои чувства, которых он столь долго жаждал, – он бы остался. Диего не осознавал этого, был абсолютно и наивно уверен, что в любом случае поступит по-своему: уйдет и только потом вернет ее, снова силой, как всегда силой. И всё же всего лишь одна искренняя просьба заставила бы его задуматься. Но она этого не сделала. И его сердце разбилось – уже в который раз за этот долгий вечер.
Что ж. Он получит ее иначе. По-своему.
Ее – и всё остальное.
На палубе ждала суматоха. Но никто из пиратов не посмел приблизиться к ненавистному губернатору, думая, что иначе он зарежет их капитана. Девушка и сама приказала им не двигаться – и судорожно обдумывала, как бы ей отобрать у проклятого мужа кольцо и вернуть его в каюту. Она не хотела его терять. Не хотела. И правда собиралась прийти к нему, как только они уйдут на безопасное расстояние от берегов Санта-Доминго, обнять его и обнимать до тех пор, пока он не перестанет крушить всё вокруг. Но этот упрямец решил иначе… «Еще и украл у меня магию, ублюдок, терпеть тебя не могу!» – негодовала девушка, понимая, что она не сможет его остановить.
Плыть он захотел, безумец... Не подберёт его флот! Солдаты слишком увлечены погоней, чтобы обращать внимание на людей в воде... они уже доказали это, даже не попытавшись помочь перепуганным гостям и слугам!
Корабль под флагом Короны открыл огонь – и на время всем стало не до сбежавшего пленника. Это сыграло ему на руку. Хотя бы можно было убрать лезвие от ее горла...
Привычно, умело, как и положено опытному адмиралу и воину, краем глаза Диего заметил, что прямо на них летит увесистая балка, сбитая огнём вражеского – его, черт возьми! – флота. Мужчина молниеносно оценил ситуацию: они вдвоём… не успеют отбежать. Не задумавшись ни на секунду, он оттолкнул Аделаиду в сторону и накрыл собой.
Плечо прожгло резкой болью. Перед глазами на мгновение потемнело. Сильный удар заставил его сжать зубы и на какой-то короткий миг почти потерять связь с реальностью. Он не сдержал глухое рычание, невольно вырвавшееся из груди.
Зато… зато ее не задело…
– Ты… – испуганно воскликнула Адель. – Ты… я бы сама справилась!
Она даже не успела ничего понять. Просто в какой-то момент слишком резко оказалась закрыта своим мужем. И услышала его тяжелый сдавленный рык.
