– Присоединяйтесь к нам, пожалуйста, – мирно пригласила девушку Кэм.
Мак бросил удивленный взгляд в ее сторону. Кэм спокойно встретила этот взгляд, но ничего не сказала. Когда Блэр присела справа от Кэм, Робертс внимательно осматривала коробку снаружи. На ней стояло лишь имя Блэр, написанное печатными буквами черным маркером. Коробка была обернута обычной бумагой, скрепленной скотчем. Повсюду на коробке и внутри нее были остатки дактилоскопического порошка. Кэм аккуратно отлепила скотч и раскрыла бумагу. Под ней была картонная коробка. Кэм сняла с коробки крышку и вытащила оттуда единственный листок бумаги. Секунду она смотрела на него, а потом положила листок на стол, чтобы Блэр и Мак могли прочесть то, что было напечатано на бумаге.
Ты так прекрасна.
Зачем ты растрачиваешь себя на тех, кто не ценит тебя по достоинству?
Я знаю, насколько ты уникальна и драгоценна.
Я могу простить тебе твои прегрешения.
Я наблюдаю за тобой.
Я жду, когда ты подашь мне знак.
– Господи! – вырвалось у Блэр.
– Проследи, чтобы Тейлор вернул это в лабораторию, пусть там исследуют бумагу и почерк, – тихо сказала Кэм. – Нам необходимо фотографировать всех, кто появляется перед зданием. Я хочу видеть каждого, кто появляется рядом с домом по нескольку раз, мне нужны фотографии всех подозрительных личностей и всех, кто хоть чем-то не вписывается в окружающую обстановку.
– Это маньяк, да? – спросила Блэр, втайне надеясь на другой ответ.
– Боюсь, что так, – ответила Кэм.
Это был самый худший вариант, который можно представить. Такие люди непредсказуемы, их трудно вычислить, и часто бывает, что до этого они не привлекались к уголовной ответственности. Куда бы ни пошла Блэр, она будет под угрозой. Работа Кэм только что усложнилась в десятки раз, а, учитывая, что Блэр не хотела идти им навстречу, перспектива казалась беспросветной.
– Когда я смогу поехать домой?
– Не раньше, чем через неделю, – честно ответила Кэм.
– Вы наверно шутите! – с недоверием сказала Блэр.
Кэм сухо рассмеялась.
– Хотела бы.
– Мне связаться с аппаратом президента, коммандер? – спросил Мак.
– Я сама. – Вздохнула Кэм. – Но перед этим я хочу просмотреть видеозаписи. Ты принес их?
– Пожалуйста, не делайте этого, – настойчиво попросила Блэр.
– Мне придется сделать это, и вы должны это знать, – сказала Кэм.
– Нельзя немного подождать? Если вы сообщите об этом в Белый дом, завтра об этом раструбят все газеты, и мне уже не будет покоя.
Кэм посмотрела в глаза Блэр. Во взгляде девушке была почти мольба.
– Дашь нам минуту? – спросила Кэм у Мака.
Тот хотел было запротестовать, но потом все же вышел в коридор.
– Все это очень серьезно. Я не могу держать подобное происшествие втайне от своего руководства, – сказала Кэм.
Блэр недоверчиво рассмеялась.
– Только не говорите мне, что боитесь наказания.
– Дело не в этом. Если ситуация ухудшится, мне может потребоваться помощь. Я не хочу подвергать риску вашу безопасность, оберегая вашу независимость.
– Речь идет не о моей независимости, а о моей личной жизни, и я не хочу, чтобы о ней говорили в новостях по телевизору! – парировала Блэр.
– Вас что, правда волнуют новости?
– Может, и не волнуют. Но, в конце концов, всегда получается полный кошмар.
Кэм покачала головой.
– Даже будь это возможно, я бы на это не пошла. Вы и без того каждый раз осложняли нам работу, я просто не могу доверять вам.
– А если бы могли? Если я пообещаю вам соблюдать все необходимые формальности? Можно мне тогда в обмен на это несколько дней?
Кэм подошла к окнам, выходившим на Центральный парк. По идее, решение было простым. Протокол требовал, чтобы при первых признаках любой угрозы жизни она усилила меры безопасности. Не уведомляя о произошедшем вышестоящую инстанцию, Кэм брала на себя серьезный риск. С другой стороны, впервые Блэр Пауэлл намекнула на возможность сотрудничества. А Кэм очень нуждалась в этом, чтобы хоть как-то удержать ситуацию под контролем. В соглашении с Блэр был тактический смысл, к тому же, по крайней мере, сейчас у Кэм было достаточно ресурсов, чтобы обеспечить Блэр необходимую безопасность. С высоты двадцатого этажа Кэмерон смотрела, как по освещенным дорожкам парка бежит запряженная в коляску лошадь. Блэр хранила молчание, но Кэм спиной чувствовала ее взгляд. Более того – Кэм помнила мольбу в ее взгляде. Блэр была уязвима, а сейчас еще и напугана. Кэм убедила себя, что эта мысль не повлияла на ее решение.
– Я повременю с отчетом руководству, при условии, что не возникнет дальнейших угроз. Как только этот человек вновь выйдет на контакт, мне придется поставить их в известность.
Блэр заметно расслабилась.
– Договорились. Спасибо.
Кэм отвернулась от окна, держа руки в карманах брюк. Облокотившись о стену плечом, она внимательно посмотрела на Блэр. Всю ночь Кэм гонялась за ней, а потом отгоняла призрак Блэр при помощи секса. Кэм устала, а впереди была еще куча работы.
– У вас есть какие-нибудь предположения о том, кто бы это мог быть? – спросила она у Блэр.
– Откуда мне знать? – огрызнулась удивленная Блэр.
– Быть может, кто-то подходил к вам в спортзале, галерее, ну или в баре?
– Никто ко мне не подходил.
– Или кто-нибудь, с кем вы провели ночь?
Блэр в упор посмотрела на Кэм, ее лицо не выражало эмоций.
– Большинство женщин, с которыми я провожу ночь, понятия не имеют о том, кто я. Если они и знают меня, то только как Эллисон.
– Девичья фамилия вашей матери, – констатировала Кэм. – А как насчет их имен? Можете составить для меня список, дать какие-нибудь адреса?
– Только если вам помогут словечки вроде «детка», «моя сладкая» и «солнышко», – ледяным тоном заметила Блэр.
– Как насчет тех, с кем вы видитесь более или менее регулярно?
– Таких у меня нет, – безаппеляционно заявила Блэр.
Кэм провела рукой по волосам и невольно вздохнула. Она надеялась найти хоть какую-нибудь зацепку в сексуальных связях Блэр. Если Блэр вообще не знала этого человека, поймать его – или ее – им удастся лишь по чистому везению.
– Ладно. Когда Мак вернется, мне нужно, чтобы вы вместе с нами просмотрели записи с камер наблюдения. Возможно, вы узнаете кого-нибудь среди тех, кто входил и выходил из здания.
Блэр кивнула. У нее было такое чувство, будто она не спала двое суток и, глядя на Кэмерон, она понимала, что Робертс тоже изрядно вымотана. Обычно безупречный костюм Кэм был помят, а под глазами появились темные круги. Блэр ощутила внезапное желание убрать растрепавшиеся пряди волос с ее лба. Еще сильнее ей вдруг захотелось снять с Кэм пиджак и проводить ее к дивану. В следующий момент она представила, как расстегивает на Кэмерон рубашку. Она дернулась, стараясь выкинуть эти образы из головы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
