вспыхнул огненный кокон, после чего в разные стороны разошлась волна пламени.
Я скорее почувствовал чем увидел, как Саламандров покачнулся, однако устоял на ногах. Но гораздо более жуткая картина происходила вокруг нас.
Все зомби, что ещё оставались на ногах принялись распадаться и плавиться. Пламя перекинулось на ограды, дома и растущие вокруг деревья. Западник, которого тоже накрыло волной, сделал свой щит непроницаемым. Черт, ну и сильны эти аристократы.
Я примерно только и умел что шарами разных размеров швыряться. Я даже представить не могу сколько нужно потратить сил, чтобы создать нечто подобное.
Неужто выстояли? Будет о чем доложить командованию. Потом, если выживу, буду еще товарищам рассказывать, как отбил деревню от зомби… Ага, а зомби эти и были её бывшими жителями. Да и деревня вон, уже начинает гореть.
Будто услышав мои мысли, взревевшее пламя начало опадать. Оно тонкими струйками потянулось обратно к Саламандрову.
— У меня мало сил! — прохрипел он. — Я сейчас создам стену огня, а ты ударь. Не дай уйти этому уроду. У него тоже не должно быть много сил и он ранен!
Я даже не успел подумать, чем могу ударить в мага-противника, как за моей спиной раздалось мощный гул. Почувствовав жар, я повернулся в ту сторону где до этого, чёрной кляксой висел щит западника.
Купол исчез, да и западника нигде не было.
Я услышал как Саламандров сплюнул и выругался.
— Не уйдёшь! — зарычал он.
Из груди Саламандрова вдруг выросла длинная огненная плеть и принялась раскручиваться, то и дело врезаясь в землю и расшвыривая куски почвы.
Я тоже глядел по сторонам, пытаясь разглядеть недавнего противника.
Видимо западник с помощью своей магии стал невидимым, а Саламандров пытается его достать.
Игнорируя ревущее пламя, я окинул взглядом безрадостную картину опустошённой деревни. Злость полыхнула во мне с новой силой. Всего два аристократа, уничтожили столько жизней за пару минут.
Вдруг краем глаза я увидел что-то странное. Воздух будто подернулся в паре метров от нас, будто там кто-то крался к нам. Стоило мне глянуть туда, и эта иллюзия тут же исчезла.
Действуя по наитию, я взмахнул руками, и пустил огненные струи в сторону где разглядел фигуру. Я скорее почувствовал, чем увидел, как брызги отскочили от прозрачного купола напоминающего фигуру человека. Не раздумывая, прыгнул вперед. В ладони уже сжимал не ясно откуда взявшийся нож. Услышал ругательство на французском, а следом воздух передо мной подёрнулся дымкой, будто кто-то пытался увернуться. Ориентируясь на звук, рубанул клинком. Лезвие вошло во что-то плотное. Вырвал нож и рубанул еще несколько раз. Цель по-прежнему была невидима, но нож исправно попадал в чьё-то тело. Мои руки обагрила кровь.
В следующий миг, с моих глаз будто спала пелена. Передо мной стоял тот самый аристократ и неверяще глядел на меня. Его лицо напоминало белую фарфоровую маску. Он пошатнулся и как мешок картошки завалился на обожжённую землю. На его груди и животе расплывались кровавые пятна.
Он почти сразу затих и уставился в небо остекленевшими глазами.
Позади меня послышалось самый обыкновенный русский мат. Саламандров стоял, шатаясь так сильно, что мог свалиться в любой момент.
— Ты достал его? … Молодец Вася. Чуть не ушёл гад, — аристократ едва держался на ногах. С нескольких сторон к нему тянулись рыжие огненные хвосты, впитываясь в тело. — Жалко, живым не взяли, можно было бы допросить. Но и так неплохо.
Он подошёл ближе, взглянул на тело, потом на нож в моих руках.
— Ты что же, кинжалом его заколол? — ошарашенно спросил он. — Как же это? Впервые такое вижу. Видимо у него щит спал, — я лихорадочно принялся выдумывать версию.
— Да, и посмотрите, я попал в ту же рану, что у него уже была, — я присел рядом с телом на корточки, при этом стараясь не поднимать глаза и не смотреть на десятки тел, которыми была усыпана дорога рядом с нами.
— Ладно, чёрт с ним, сдох и сдох. Так, а теперь отсеки ему голову. Сдается мне, с такими способностями к некромантии он мог наложить заклятие и на себя. А то он ещё очнется через неделю и придёт за нами. Не хотелось бы с ним больше встретиться. Тем более, что после воскрешения его убить будет еще сложнее.
Я посмотрел на нож в своих руках. Непросто будет им шею рубить.
— Давай научу огненный клинок делать, — поймав мой взгляд усмехнулся Саламандров. Им проще будет. Подожди только.
Аристократ встал перед западником на колени. Зачем-то осмотрел его пальцы и запястья. Затем рванул рубашку на груди. На солнце блеснул кулон с черным камнем. Грудь аристократа была залита кровью, но вокруг камня кожа была чистой.
— Интересно, — произнёс аристократ. Он макнул палец в собравшуюся между ключицами лужицу крови и намазал камень. Кровь тут же впиталась в амулет. Он сорвал с шеи недавнего противника тонкую цепочку, затем повернулся ко мне:
— Ну а теперь смотри как делать клинок.
* * *
Огненный клинок создавать я научился. Там ничего сложного не было. Почти сразу подхватил эту науку. Но использовать его для обезглавливания западника я не стал. Слишком интенсивный он получался. Боялся, что превращу тело в кисель. На западника мне, конечно же, было плевать, а вот отстирывать китель потом не хотелось.
Адреналин схлынул, и я только сейчас понял как устал. До этого подсмеивался над Саламандровым, что он едва на ногах держится, в то время как сам тоже довольно сильно раскачивался из стороны в сторону.
Я прошёл вглубь деревни, и толкнул первую попавшуюся уцелевшую калитку. Обошел дом. Почти сразу наткнулся на сарай для инструментов. Взял с удобной подставки топор, взвесил в руках топорище, проверил остроту лезвия — подойдёт и довольный, если так можно сказать, вернулся на место недавнего боя.
Саламандров терпеливо дождался меня.
— Ну же, поторопись.
Не глядя на него, я взмахнул топором, и со всей силы опустил его на шею в кружевах. Именно из-за этих кружев с первого удара перерубить шею не вышло. Я отодвинул лезвием мешающуюся ткань, и еще раз рубанул.
— А теперь, надо его сжечь. Он, конечно, без головы, но лучше подстраховаться.
Я раньше с таким даже не встречался, поэтому мне даже сказать было нечего.
Аристократ направил на тело и голову поверженного мага струю пламени. Сначала с трудом, но постепенно оно занялось и принялось пылать, да так ярко, что я даже отвернулся. Убедившись, что пламя занялось, Саламандров отступил на шаг, но уходить не спешил.
— Надо убедиться, что сгорит, — пояснил он.
Я опустился на
