ощущение жизни стало гораздо сильнее, чем раньше. Прежде всего, с выходом в эту высшую сферу я почувствовал себя
свободным. В четвертом измерении, куда я проник, я ощущал блаженное расслабленное освобождение.
Сначала я обнаружил, что лежу на спине, как и мое тело, которое я только что оставил, и парю над каменным блоком. Затем появилось ощущение некой невидимой руки, поднявшей меня и, слегка подтолкнув, поставившей на ноги. В конце концов у меня возникло удивительное смешанное чувство, будто я одновременно стою и парю в воздухе.
Я взглянул вниз на покинутое тело из плоти и крови, неподвижно распростертое на каменном блоке. Ничего не выражающее лицо было обращено вверх, глаза едва приоткрыты. То, что веки не были сомкнуты до конца, доказывали слегка поблескивавшие зрачки. Руки были сложены на груди, но я не мог вспомнить, чтобы принимал такую позу. Мог ли кто-то скрестить мне руки, чтобы я этого не заметил? Ноги были вытянуты и прижаты друг к другу. По-видимому, там лежала моя мертвая оболочка – оболочка, которую я покинул.
Я заметил, что из меня нового к неподвижному созданию, лежащему на камне, исходит луч бледно-серебристого света. Это было поразительно, но еще удивительнее было обнаружить, что эта таинственная нематериальная «пуповина» освещала тот угол усыпальницы царя, где я парил. В мягком свете, похожем на лунный, можно было различить каменные блоки.
Я был призраком, лишенным тела созданием, парящим в воздухе, и, наконец, понял, почему мудрые египтяне в древности изображали в иероглифах человеческую «душу» в виде птицы. У меня возникло ощущение увеличившейся высоты и широты, как будто у меня были крылья. Не поднялся ли я в воздух и не остался парить над своим покинутым телом, подобно птице, взмывающей в небо и начинающей кружить над чем-то? Не почувствовал ли я, что меня окружает бесконечная пустота? О да, символ птицы оказался весьма подходящим.
Да, я поднялся в воздух, освободив душу от смертных пут, разделившись на две части, покинув мир, который был мне знаком. В новом теле, где я пребывал сейчас, я испытал ощущение бесплотности и небывалой легкости. Когда я взглянул вниз на холодный камень, где лежало мое прежнее тело, то в голову пришла единственная мысль, единственное осознание. Оно выразилось для меня в нескольких коротких невысказанных словах: «Вот состояние смерти. Теперь я знаю, что я душа и что я могу существовать вне тела. Я буду всегда верить в это, потому что испытал это».
Это понимание сжало меня железной хваткой, в то время как я легко парил над своей пустой плотской обителью. Я доказал бессмертие души самым удачным, как я считаю, способом – умер, но тем не менее продолжил жить! Я все еще смотрел на лежащее тело, оставленное внизу, которое почему-то притягивало мой взгляд. Была ли эта покинутая оболочка тем, что в течение многих лет я считал собой? В ту минуту я со всей ясностью осознал, что это была лишь плоть, лишенная разума и сознания. Когда я смотрел в ее невидящие глаза, в которых не возникало отклика, меня вдруг поразила ирония всей ситуации. Земное тело действительно держало меня, настоящего «меня», в плену, но теперь я освободился. Меня носил по нашей планете организм, который я долго путал со своей истинной сущностью.
Чувство земного притяжения исчезло, и я буквально парил в воздухе, испытывая все то же странное ощущение, будто я одновременно вишу и стою.
Вдруг рядом появился серьезный и спокойный старый жрец. Он возвел глаза, отчего его лицо приобрело еще более благородное выражение, и с благоговением произнес молитву:
– О Амон! О Амон! Тот, кто на небе, обрати лицо к мертвому телу сына твоего и сделай так, чтобы ему было хорошо в ином мире. Кончено.
Затем он обратился ко мне:
– Сегодня ты выучил великий урок. Человек, чья душа была перенесена в Бессмертие, никогда не умрет по-настоящему. Изложи эту истину в словах, известных людям. Смотри!
Из воздуха возникло полузабытое лицо женщины, на похоронах которой я присутствовал более двадцати лет назад; затем знакомое лицо человека, который был для меня больше чем другом и которого я видел последний раз лежащим в гробу двенадцать лет назад; и наконец, улыбающееся личико ребенка, которого я знал и который погиб в результате несчастного случая.
Все трое спокойно и безмятежно смотрели на меня, а их дружеские голоса снова звучали вокруг. Я очень коротко поговорил с так называемыми умершими, и они вскоре растаяли.
– Они действительно живут так же, как и ты, как продолжает жить эта пирамида, что видела смерть половины мира, – произнес верховный жрец. – Знай же, сын мой, что в этом древнем храме находятся утраченные тексты древних народов и запись Договора, который они заключили со своим Творцом через первого из Его великих пророков. Знай, что в прежние времена сюда приводили избранных, чтобы показать им этот Договор и чтобы они могли вернуться к своим собратьям и сохранять эту великую тайну от забвения. Вернись же назад с предостережением. Когда люди покидают Творца и смотрят на собратьев с ненавистью, как делали правители Атлантиды, во времена которой была построена пирамида, то их уничтожает груз собственной несправедливости точно также, как было погублено население Атлантиды. Атлантиду погрузил в воды не Творец, а себялюбие, жестокость и духовная слепота людей, живших на тех проклятых островах. Творец любит всех, но жизнью людей управляют установленные Им невидимые законы. Вернись с этим предостережением.
Во мне проснулось огромное желание увидеть этот таинственный Договор. Вероятно, дух прочел мои мысли, ибо быстро сказал:
– Всему свое время. Пока нет, сын мой, пока нет.
Я был разочарован.
Он смотрел на меня несколько секунд.
– Никому из твоего народа прежде не было позволено увидеть такое. Но поскольку ты человек сведущий в подобных вещах и пришел к нам, неся в сердце добро и понимание, то получишь ответ на некоторые вопросы. Идем!
И тогда случилось нечто странное. Я как будто погрузился в состояние, близкое к коме. На мгновение я потерял сознание, а когда пришел в себя, осознал, что меня перенесли в другое место. Я обнаружил, что нахожусь в длинном коридоре, который заливал мягкий свет, хотя ни ламп, ни окон не было видно. Я предполагал, что источником света является не что иное, как ореол вокруг моего спутника в сочетании со светящейся колышущейся «пуповиной» из эфира, что тянулась за мной, хотя и понимал, что они не могут объяснить его полностью. Стены были построены из камня яркого розовато-терракотового цвета, стыки между
