смогу, «доколе не померкли солнце и свет и луна и звёзды, и не нашли новые тучи вслед за дождём, в тот день, когда задрожат стерегущие дом, и согнутся мужи силы; и перестанут молоть мелющие, потому что их немного осталось; и помрачатся смотрящие в окно…»
Хлопнула дверь, и я очнулась. Генок влетел в комнату, довольно потирая руки:
– Ну, подруга, с тебя красенькая-сладенькая! Отрекомендовал я тебя Гамлету на должном уровне. Всю ситуёвину описал вкратце. Сейчас пойдёшь, потолкуешь с ним, но, в общем, проблему твою Гамлет готов развести.
Генок вполне галантно взял меня под локоток, вывел в длинный коридор и, пройдя метров пять, указал на дверь. Я вошла.
Принц Армянский
Комната, похоже, была проходной, потому что в глубине её виднелась ещё одна дверь. В качестве охранника на диване сидел пожилой смуглый мужчина в простой клетчатой рубашке, внешностью своей напоминавший рыночного шашлычника. Голова его для чего-то была стянула носовым платком, видать, дядю мучила мигрень. Мужчина отложил цветной журнал и ожидающе взглянул на меня. Я не знала, пройти мне мимо него молча в ту комнату или поздороваться для приличия, как вдруг, словно молния, меня осенило: передо мной и сидит тот самый Гамлет, о котором слагаются легенды в Кикиморовской губернии! Я ощутила в коленях мелкую противную дрожь.
– Присаживайся, – запросто сказал Гамлет и указал на диван. Моё замешательство позабавило его. – Чай пить будешь?..
Я молча кивнула. Мудрый принц Армянский дал мне возможность прийти в себя. Пока Гамлет разливал чай по чашкам, я тайком рассматривала его. Ничего героического в этом человеке не было: мягкая улыбка и скупые жесты, – но веяло от него такой надёжностью, что я невольно расслабилась и улыбнулась в ответ.
А потом мы беседовали несколько часов. Я ещё раз пересказала свои злоключения, не опуская никаких мелочей и делясь догадками, своими и теми, которые подсказал мне покойный Валерий Петрович. Гамлет слушал, не перебивая. Он сидел, полуприкрыв веки и улыбаясь по-восточному загадочной улыбкой. Лишь один раз, когда я рассказывала о том, как искала Толика Грифа, Гамлет чуть заметно оживился. Не знаю, где находилась кнопка, которую он нажал, но в комнату вошёл Бобон.
– Аркаша, – ласково обратился к нему Гамлет, – свяжись с пацанами: пусть по Кировскому пробьют, как можно найти Толю Грифа. Где бы он ни зависал – пусть берут и немедленно везут сюда.
Сказано это было так просто и твёрдо, что я ни мгновения не сомневалась: в огромном районе люди Гамлета прочешут все общаги и притоны, но искомый Гриф скоро предстанет в этой комнате, как лист перед травой.
– Понял я твою проблему, Оленька, – сказал Гамлет, когда я закончила. – Владимира Николаевича, мужа твоего, хорошо знаю, кое по каким вопросам мы с ним даже иногда общаемся, находим общий язык. Серьёзный человек. Одного я только понять не могу, кому понадобилось устраивать все эти подставы, убийства. Как в плохом детективе, честное слово. В этом городе все знают, что с Градовым контактируют мои люди, и никто не рискнул бы что-то делать, не поставив в курс дела меня. Как считаешь?
– Не знаю. Карабанов начал было мне рассказывать про человека, которому потребовалось подставить Володю перед полицией. Но что это за человек… Да и Карабанова в живых уже нет.
Гамлет вздохнул.
– Выбор получается небогатый. Либо всё это внаглую затеяли заезжие люди, которые расклада сил в городе не знают и не хотят знать, либо свои интересы появились у какой-то из спецслужб – полиции или ФСБ. Такое тоже возможно, не зря же они задействовали схему с наркотиками. В первом случае решить проблему будет только делом времени – достаточно вычислить залётных ребят. Вторая ситуация сложнее, много рычагов нажимать понадобится, но в конечном итоге тоже всё решаемо. Улавливаешь?
Я улавливала.
– Градов платит нам кое-какие проценты со своих доходов. И потому нам невыгодно, чтобы бизнес его закрылся или ушёл из-под нас. Извини, что я так откровенно говорю, но ты поймёшь – девочка ты, видать, тёртая. Возможно, о делах мужа ты и понятия не имеешь, но так уж устроен мир: за всё надо платить, всем надо делиться. Знаешь, сколько денег нам надо, чтобы своих ребят по зонам греть… Поэтому условия будут простыми: я помогаю тебе решить проблему и вытаскиваю твоего мужа из тюрьмы, но процент, который он платит нам со своего бизнеса, возрастёт, и существенно. Ты готова пойти на это и решить за него?
– Конечно. У меня нет выбора, потому что я и так уже практически лишилась всего. Потерять всё или половину – разница есть. Правда же?
– Хорошо, что понимаешь. Сейчас, Оля, чтобы распутать клубок – требуется время. Понадобится несколько дней, может быть, недель. Всё это время ты можешь гостить на моей территории, в этом доме. Не бойся, здесь ты в полной безопасности, и никто тебя не тронет, не заберёт отсюда. Когда более-менее утрясём ситуацию, сможешь свободно передвигаться по городу, не опасаясь ареста. Годится?
– Я согласна. Хочу только попросить об одном: у меня есть маленький сын, и когда всё началось, я оставила его на несколько дней у подруги. Очень волнуюсь за него. Можно, он тоже поживёт здесь со мной?
– Не проблема. Через пару часов съездите с Аркашей и заберёте мальчика. Кроме того…
Что «кроме того», мне так и не удалось узнать, потому что в комнату бесшумно, как чёртик из табакерки, вошёл только что помянутый Аркаша Бобон:
– Гамлет, мы привезли Грифа.
– Давай его сюда.
Толя Гриф был в шоке, когда появился в дверях. Его, заурядного урку, вдруг выдернули из небытия и привезли пред лицо вора. По степени важности это было то же самое, как если бы обыватель из захолустья во мгновение ока очутился при королевском дворе. Гриф моментально смекнул: доставили его сюда не чаи распивать, тем более, что и я сидела в комнате. Однако был он по-своему крут, а потому, набычившись, скупо обронил:
– Всех благ тебе, батя. Ты позвал – я пришёл.
– Толян, время дорого и рассусоливать долго не буду, – сразу взял быка за рога Гамлет. – Ты эту девочку знаешь и понял, о чём я хочу с тобой потолковать. Я хочу вытащить на волю её мужа, которого ты кому-то помог упрятать.
– Гамлет, сука буду, пусть этот косяк на мне, но я не в курсях был, что ты в этом деле свой интерес имеешь. Я думал, мужик её – обычный коммерсюга, а коммерсов нам сам бог велел их стричь и с них иметь.
– За это у нас будет разговор отдельный. А пока скажи, кто тебя нанял, у кого такой зуб большой на этого коммерсанта вырос?
– А я знаю? Какой-то деловой, в годах уже, вроде как нездешний, потому что город плохо знает. Он сам на меня вышел: чё да как, ты, мол, нормальный пацан, а у педрилы на содержании живёшь. Не стрёмно? Я, говорит, тебе надёжную делюгу предлагаю – надо одного чёрта подставить через его бабу. Вот эту вот. А за работу заплачу, говорит, так, что можешь год со шприца не слезать. Ну, я и подписался.
– А что за деловой? Как назвался?
– Да никак не назвался. Я всего раз и разговаривал-то с ним, а так больше с его подельником общался, того Михой зовут. На вид Миха дохленький, в очках, но по всему видать, что духовитый –
