Эрик шагнул на улицу, успев придержать оступившуюся на первой ступеньке девушку. Она сжала зубы, не пуская стон, и навалилась на него обнаженной, измазанной в ее крови, теплой спиной. Вот черти! Досталось же ей сегодня.
— Все в порядке? — прошептал он в красивое ушко у самого его носа.
— Секунду назад было гораздо лучше, — ответила она, сильнее прижимая к своей груди мокрое полотенце.
Невероятно, но Эрик почувствовал, как в паху снова взрывается жар, хотя вряд ли можно было считать, что он до этого утихал. Девушка попыталась сделать шаг, от него, но Эрик сильнее сжал пальцы на тонкой талии, не желая терять ее тепло и этот момент. В голове разрывались колокола, что у них слишком мало времени, а он все равно его тянул. Потом, все потом… хотелось забыть обо всех и обо всем, чтобы им некуда было торопиться и не от кого бежать.
Как же она его возбуждала… будоражила, сводила с ума… даже такая, и особенно такая — грязная, в своей собственной крови, в его одежде, агрессивная, соблазнительная, с самым вкусным запахом, который хотелось вдыхать и слизывать с ее кожи. А каким зрелищем было наблюдать за ней во время боя, как она танцевала со смертью, как четко и уверенно двигалась, и как жаль, что пропустила такой удар. Стойкая девочка…
— Время… — выдохнула она, поворачивая голову и касаясь щекой его губы.
Вот же черт! Кроме всего прочего, она пахла вожделением, она хотела его, а ведь он только около часа назад с нее слез. Опустив немного руки, Эрик зажал пальцами ее бедра и прижал к себе, вминая в мягкую попку свое возбужденное достоинство и проводя носом по ароматной щеке. Девушка резко выдохнула. И он умудрился уже почти забыть об окружающем пространстве, желая снова погрузиться лишь в нее одну, как с дороги к ним свернула машина. И только услышав звук шуршащих шин по гравию, Эрик быстро собрался, отключив все лишние сейчас чувства. Девушка в его руках напряглась, так же следя за машиной. Но в этот раз их опасения оказались напрасны — в старом авто, похоже, сидели обычные туристы, которые с испугом осмотрели их и небольшой погром возле кафе, в виде разбитых стекол и неразличимых кусков от каких-то предметов, и поспешили отсюда убраться, с буксом снова вылетая на трассу.
Напоминание из туристов получилось хорошее, и схватив девушку за предплечье, Эрик повел ее к машине. Он посадил ее на сиденье, достал из багажника еще одну футболку и сел на место.
— Держи, — кинул он ей новую одежду. — Надень, иначе мы далеко не уедем.
Девушка рыкнула.
— Неужели так сложно держать в штанах все свое возбужденное хозяйство? У тебя что — год секса не было?
Эрик улыбнулся:
— Детка, мне кажется, что до тебя у меня вообще не было секса.
От такого ответа девушка оторопела, видимо, удивляясь его наглости, но как интересно было следить за эмоциями на ее личике, где красовались засохшие полоски крови. И Эрик не удержался — он поднес к своему рту большой палец руки, лизнул его, и наблюдая за девушкой, которую дразнил каждый его жест, поднес мокрый палец к ее лицу, чтобы стереть кровь. Но его такая забота оказалась ей не нужна — девушка дернула головой, отталкивая его руку:
— Да отстать ты от меня. Нам, кажется, ехать нужно. Или подождем полицию? Хотя нет, давай лучше подождем Отдел Зачистки, который нам обоим надерет зад, а потом будет разбираться, зачем это было нужно.
Эрик вернулся на место и завел мотор. Все-таки девушка была права, но он ничего не мог с собой поделать. У него было такое чувство, что она его одурманила, иначе, как еще можно было объяснить такую тягу к ней. Хотя, один ее запах уже можно было считать своеобразным дурманом.
Наконец, они вернулись на трассу. Чуть отвернувшись к окну, девушка натянула на себя новую футболку. Эрик подумал, что ей нужно было бы купить одежду, но ему так нравилось видеть на ней его вещи, что этот пункт вычеркивался из списка их дел. Правда, такими темпами, как они переодеваются, он скоро и сам останется гол. Подобная перспектива казалось заманчивой, но не очень удобной, учитывая все обстоятельства опасного путешествия.
А обстановка начинала накаляться и злить его. И переключив внимание на дорогу, пока девушка забилась возле двери, сидя тише мыши, Эрик смог, наконец, подумать. Появления Кая было не удивительным, но не совсем ожидаемым, и тем более в такой момент. Не важно как, но они выследили их, и наверняка напали на ее след так же, как он, и пасли их от самого города. Вот что значило смешивать дело с удовольствием, желание которого получить, застилало глаза и тормозило мыслительный процесс. И если бы он смотрел почаще в зеркало заднего вида и по сторонам, то смог бы давно заметить слежку.
Появление же давнего знакомого привело мысли к другому ликану: Нифер… как же тут дело может обойтись без него, когда это дело касается Нейлы. И воспоминания покатились волной, от которых руки сильнее сжимали руль, и скрипели зубы…
— Нифер! Не надо! — кричала мать, защищая его собой, уже едва стоя на ногах, но продолжая давать отпор зверю, который стоял перед ними в застывшем облике получеловека-полуволка.
Его гнев, его Сила давила так, что тяжело было дышать. Но Эрик не собирался больше это терпеть. И он зарычал, оскаливая свои зубы, которые даже не успели вырасти после того, как выпал последний молочный клык. Он попытался пролезть сквозь мамины руки, которые с легкостью удерживали его за плечи, и царапнуть обидчика своей маленькой лапкой, с едва сформировавшимися когтями, и это когда он только научился придерживать своего зверька, чтобы не перекидываться полностью, а лишь частично.
Но в ответ на всю свою бойкость и злость, он услышал смех. Нифер смеялся над ним.
— Жалкий трус! — выкрикнул Эрик первое, что пришло в его юную голову. — Разве ты не видишь, что мама уже слабая!? Попробуй сразиться со мной!
Но от его угроз Нифер рассмеялся еще пуще. И наклонившись к нему, но продолжая стоять не достаточно близко для удара, мужчина спросил:
— Это кто здесь решил бросить мне вызов? Жалкий щенок?
Эрик дернулся к нему, продолжая махать лапами и упираясь носом в мамину ладонь, которой она снова оттолкнула его за свою спину.
— Нифер, прошу тебя, только его не трогай.
После ее слов последовала пощечина, но такой силы, что мать отлетела в сторону.
— Не смей мне перечить! — заорал он.
Эрик почувствовал дикий ужас. Опять! Опять он это с ней делает! И захлебываясь рычанием, он прыгнул на мужчину, но тут же отлетел в стену от взмаха руки, больно ударяясь и сползая на пол под новые крики матери, просящие о пощаде.
— Ну, — услышал он голос Нифера. — Давай, дорогая, покажи мне, на что ты способна. Или ты уже ни на что не способна!?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
